Супруги Дяченко: «Обитаемый остров» показывает нынешние отношения Украины и России

0

Фильм Федора Бондарчука «Обитаемый остров» снят по одноименному роману братьев Стругацких. Шум вокруг этого фильма поднялся задолго до того, как его увидел даже «узкий круг ограниченных людей».

Выбор авторов сценария для фильма столь не случаен. Из всех фантастов постсоветской эпохи именно о творчестве Марины и Сергея Дяченко хочется сказать: «в духе Стругацких».

— Чем объясняется выбор именно этой книги Стругацких для экранизации? По мнению поклонников Стругацких, это не лучший их роман.

— Поклонников Стругацких много, и мнения у них разные. Эта книга относится к тому периоду творчества, когда Стругацкие писали динамичные сюжеты — это важно для фильма. В основе «Обитаемого острова» — авантюрный сюжет, приключения молодого человека, история его взросления, которая прописана совершенно четко. Кроме того, критериями выбора, насколько нам известно, были социальная актуальность и характеры. У Стругацких они всегда прекрасно прописаны — яркие, интересные, совершенно определенные.

— К кому обращен этот фильм?

— Перед нами стояла задача сохранить философию романа — но для массового зрителя. Материал для воплощения этого замысла — роман Стругацких — был самый благоприятный — боевичок про комсомольца, который меняет мир. Не все рассмотрели, что там есть еще кое-что — не совсем комсомольское. По мнению критиков, которым мы доверяем, — этот фильм снят с элементами арт-хауза, но обращенный к массовой аудитории. Это решение, на наш взгляд, смело и интересно. Смело, потому что есть опасность, что не примут ни те, ни те. Согласитесь, Бондарчуку проще было бы снять еще одну «Девятую роту» — его за этот фильм любят и любили бы дальше.

— А кто полюбит его за «Обитаемый остров»?

— Мы надеемся, что у этого фильма будут миллионы зрителей, и многим он понравится. В первую очередь, это молодая аудитория — 14—15 лет. Большинство из них не читали Стругацких, у них нет «своего виденья» этой книги и ее героев. Но их увлечет сюжет и то, как фильм сделан.

Но успех или неуспех фильма решается не в тех залах, которые его уже видели. Мы с самого начала не рассчитывали на тотальное одобрение фанатов Стругацких — каждый видит эту историю и, главное, героя по-своему. Но и они посмотрят раз, второй, третий — и им будет нравиться все больше и больше.

— Выбор «лица» фильма вы одобряете?

— По нашему мнению, Степанов очень подходит для этой роли. В начале фильма Мак беспечный — он с идиотской улыбкой наблюдает за тем, что происходит. До него еще не дошло — слишком велика инерция его прежнего беззаботного существования. Он пока херувим. Можно сказать, что Степанову этого играть сильно не приходится, он такой и есть — красив собой и чист душой. Но в процессе работы над фильмом он меняется — превращается из пацана в мужика — озверевшего, седого. Путь его взросления идет через внутреннее сопротивление, внутреннюю борьбу. Степанову удалось это сделать — это будет видно во второй части фильма. Вообще в этом фильме есть несколько великолепных актерских работ. Великолепна пара Странник-Серебряков и Прокурор-Бондарчук. Очень хорош Гармаш в роли Зефа.

— Борис Стругацкий видел этот фильм?

— Ему передали диск, и пока его мнение неизвестно. Не исключено, что он захочет подождать вторую часть. Впрочем, Стругацкий — это «черный ящик», предполагать, какова будет его реакция, бесполезно. Но вот в Москве на просмотре была дочь Аркадия Стругацкого со своей семьей, профессиональные исследователи творчества Стругацких, и их оценка была очень светлой и искренней.

— Чем вы объясняете такой широкий разброс мнений о фильме? Кажется, критика на него появилась задолго до того, как его увидели впервые.

— Немалую роль во всей этой кампании — если не определяющую — сыграла сама личность Бондарчука. Она легендарная — в разных аспектах. И есть люди, которые просто желают ему провала, во что бы то ни стало, и заранее выдают желаемое за действительное.

Проблема также в том, что когда есть миллион фанатов, среди них обязательно найдется группа особо агрессивных, которые инстинктивно отторгают все. Они имеют право на существование. Пусть кусают — чтобы мы не расслаблялись. Противоположная группа тоже есть — им восторженно все нравится. Но и их мнение также не может быть точкой опоры. Среди читателей наших книг тоже есть такие преданные поклонники. Но нам интереснее иметь дело с людьми, которым что-то нравится, что-то нет, но за любой их критикой стоит мысль, анализ.

В общем, с одной стороны, культовая личность Бондарчука в современной России, с другой — культовые личности Стругацких в постсоветском пространстве — все вместе поставило критику в нелегкое положение. Добавьте к этому просто ужасающую политизацию нашей жизни.

— Вы считаете этот фильм политически актуальным?

— Мы считаем, что он актуален, хоть и не является политическим. Да и не только фильм — книга. Она была написана 40 лет назад. Когда империя была жива и нерушима. И в ней описано будущее империи, от которой откололись и изолировались друг от друга разные государства. Они живут в ненависти. Один герой спрашивает у другого: почему вы так друг друга ненавидите? А тот отвечает: потому что у нас общая история. Разве это не актуально для нас теперь? Так же, как тема манипуляции сознанием, создания идеологем — нет более актуальной темы в мире. И одно к одному с тем, что происходит на Украине и в России. Потому люди и воспринимают этот фильм как агитку то ли «против», то ли «за» — пока не могут договориться. Но это не проблема фильма — это проблема нашей слишком политизированной жизни. Мы видим в нем то, что нам вкладывают в мозги с утра до вечера.

Екатерина Щеткина,
«Зеркало недели»

Поделиться.

Комментарии закрыты