Даниил Страхов в роли разведчика Исаева

0

Автор нашумевшего сериала «Ликвидация» Сергей Урсуляк закончил таллинский период съемок своего нового проекта. Репортаж со съемок 16-серийного фильма «Исаев» о приключениях будущего штандартенфюрера Штирлица.

Пароль — «бриллианты»

Площадка — Музей старины Раквере в Эстонии, сцена — свидание советской шифровальщицы (Лика Нифонтова) с любовником, белогвардейцем графом Воронцовым (Михаил Пореченков). Сейчас доснимают части первого блока по роману Юлиана Семенова «Бриллианты для диктатуры пролетариата», потом займутся второй книгой советского классика «Пароль не нужен».
По сюжету, ЧК обнаружила утечку драгоценностей и внедрила в преступную группировку молодого разведчика, который и должен установить, где находится бриллиантовое «подполье» и по каким каналам ценности переправляют в Лондон, Париж, Германию. Несмотря на то, что Пореченков утомлен ночной поездкой в поезде, а вечером — снова в дорогу, актер травит байки, шутит, веселится: «Ух, Серега, да ты — звезда», — говорит он Урсуляку, который в это время позирует фотографу.

Сам Урсуляк тоже начинал как актер, играл в театре «Сатирикон». Но на режиссерском поприще снискал куда большую славу: «Русский Рэгтайм», «Летние люди» по пьесе Максима Горького «Дачники», «Сочинение ко Дню Победы», «Неудача Пуаро» и т. д. В прошлом году он поставил 14-серийную картину «Ликвидация», которая стала настоящей бомбой телеэфира.

После долгой и тщательной подготовки (свет, звук, грим), совещаний с оператором Михаилом Сусловым, поработавшим в Голливуде («Восход “Черной луны”» с Томми Ли Джонсом), репетиций раздается команда: «Тишина на площадке! Мотор!» Группа замирает, Урсуляк с Сусловым смотрят в экран монитора, установленного в другой комнате. Лика Нифонтова, проговаривая текст: «Может, вам вообще уехать из страны, говорят, в ЧК завели Иностранный отдел», — идет из одной комнаты в другую. Актриса раздевается (не до конца, впрочем), ее обнимает граф Воронцов, и тут же раздается команда: «Стоп!» Пореченков щекочет Нифонтову (жену Урсуляка), та хохочет… «Сборная идиотов», — беззлобно вздыхает режиссер. И снова: «Тишина на площадке! Мотор!» — и тут же новый «пит-стоп».

Дублей будет очень, очень много — Урсуляк снимает долго. Он внимателен к каждой детали интерьера, к тому, как играют актеры. Более того, по какому-то странному наитию реагирует на малейшее изменение освещения — это для группы самое страшное. Приходится переставлять софиты, и дело затягивается, соответственно, сместится график… А график в производстве решает многое. Эта сцена, в итоге, «полировалась» почти 8 часов. А ведь, казалось бы, героиня вошла в дом, произнесла несколько фраз, и любовники легли спать.
Ближе к десяти вечера группа рассе
лась по нескольким автобусам и поехала в порт, где до 4 часов утра проработала над еще несколькими «незначительными» дублями.

Следующий день — «отсыпной». А потом — снова в бой. Приехал Даниил Страхов, который играет молодого Исаева, и эстонец Виктор Ламберт, резидент германской разведки Отто Нолмар. К слову, Виктора нашли в таллинском Доме-музее Петра I. Окончив ГИТИС, он впоследствии был вынужден вернуться в Эстонию и, за отсутствием ролей, устроиться работать экскурсоводом. Урсуляк обратил на него внимание, когда в поисках интерьеров бродил по музею. С интерьером не сложилось, зато нашелся актер на роль главного антагониста советского разведчика.

Штирлиц шел по коридору…

Сегодня немецкий агент Отто Нолмар принимает в своей резиденции молодого Штирлица и встречается со связной — все той же любовницей графа Воронцова. День начался с того, что режиссер распекал эстонскую сторону, нарушающую все сроки и договоренности: «Почему вчера художник полдня ждал, когда его пустят на объект? А сегодня почему тротуар не подмели, он ведь в кадр попадет! Ребята, если вы думаете, что мы приехали из Москвы халтурой заниматься — ошибаетесь», — возмущается Урсуляк. Это единственный раз, когда он позволяет себе разговаривать на повышенных тонах — все остальное время это спокойный, уравновешенный человек, пользующийся безграничным доверием и уважением «спевшейся» команды.

В это время в стороне, покуривая, ходит Исаев — Даниил Страхов. Представляемся, и тут же в ответ: «Привет, я — Даня». Во время работы нет звезд, есть Миша (Пореченков), есть Даня, готовые общаться с прессой.

Страхов, поделился с нами, что в проект попал потому, что есть режиссеры, которым не откажешь априори, пусть даже жуткого маньяка предложат сыграть. Даже если бесплатно. «Вот, например, несколько лет назад я снялся в “Перегоне” у Александра Рогожкина. Честно признаюсь, поначалу торговался с продюсерами насчет гонорара, но потом плюнул и пошел на уступки — это же Рогожкин, — говорит актер. — Мне также приятно и интересно сниматься у Сергея Владимировича. А когда услышал фамилию Исаев, за голову схватился: так это Штирлиц же будущий, что же мне с Вячеславом Тихоновым тягаться! Но потом осознал, что второй раз такого не предложат, и все сомнения в себе убил».
Для того чтобы быть актером, видимо, нужно периодически, для дела, «убивать» в себе еще и человека. На улице жара, а Страхов, затянутый в теплое пальто, ведь по сценарию конец сентября, весь день, дубль за дублем, под светом софитов спускается и поднимается по узкой лестнице, забитой киношным народом и массовкой — охранниками Нолмара. В перерывах актер прямо на тротуаре дремлет на стульчике и раздает автографы своим эстонским и российским фанатам.

Рядом не дремлет Нифонтова, которая в последнее время крайне редко появляется на экране. «Дело не в том, что я кинематограф не жалую, но если есть возможность не зависеть от него — это замечательно, — говорит на это актриса. — А то знаете, как бывает: нужны деньги, снимаешься в чем-то, связываешься с халтурщиками, гонорар проедаешь, а потом кино или сериал на экраны выходит — становится дико стыдно за себя. Признаюсь, никогда не откажу мужу. Хотя, честно говоря, были и Сережины картины, которые меня не устраивали».

У Урсуляка — актерская семья. Дочь Александра тоже известная актриса. Привезла родителям внучку. «Растут дети, рождаются внуки, а я их не вижу, — вздыхает Урсуляк. — С другой стороны, в моем возрасте простой — непозволительная роскошь… Ну, что, ребят, готовы? Даня, подъем!»

На площадку мы приехали около одиннадцати, а уехали, тепло попрощавшись, ровно в 19.30 под голоса из громкоговорителей «Тишина на площадке! Мотор!». Будущий Штирлиц все шел и шел по коридору, вернее, вверх-вниз… по лестнице. Молодой ведь еще.

Стас Лобастов,
 [link=http://www.itogi.ru]«Итоги»[/link]

Поделиться.

Комментарии закрыты