Александр Скляр: «Мало людей, которых допускаю в свою жизнь»

0

По Шоссе Энтузиастов два приятеля отправляются в путешествие, пытаясь слинять из города. По пути они зачем-то красят на шоссе стойки рекламных щитов, разговаривают по-польски и совершают другие странные действия. Параллельно два киллера готовят убийство. Так начинается фильм 92-го года «Шоссе Энтузиастов», где в главных ролях снялись рок-музыкант Александр Скляр и скульптор и поэт Дмитрий Пригов.

— Александр, что для вас лихие 90-е?
— В начале девяностых мы думали, что всё быстро разовьется. Что «рок-движуха» и рок-культура найдут достойное место, что мы будем долгие годы делать фестиваль «Учитесь плавать» и подтягивать туда молодых музыкантов. Но в 2000-е всё это ушло в песок.
— Как возник фестиваль «Учитесь плавать»?
— В 94-м году к нам приехал Генри Роллинз — американский рок-музыкант,продюсер, директор звукозаписывающего лейбла. Он был основоположником движения «straight edge», отрицавшего употребление наркотиков. В 90-е наркотики просто повалили в нашу страну, и о проблемах людей, их употреблявших, я знал не понаслышке, многие музыканты писали нам, делились этой проблемой. Для нас было важно присоединиться к этому движению. Тогда начались музыкальные фестивали в Горбушке, и мы с Гариком Сукачевым сделали фестиваль «Учитесь плавать». Я работал тогда исполняющим обязанности директора дома культуры Курчатовского института. У меня был кабинет, телефон, по которому я мог общаться с внешним миром. Днём я проверял посещаемость кружков, а вечером репетировал там с «Ва-банком». На малой сцене Курчатовки репетировали «Браво», Сукачев с «Неприкасаемыми», группа «Тихий час». Это было хорошее время, о котором сохранились прекрасные воспоминания…
— И все-таки первым делом, которое вы выбрали для себя в молодости, была дипломатическая карьера.
— В 8-м классе я решил, что хочу поступать в МГИМО. Одной из главных дисциплин там был язык, и даже несмотря на то, что оканчивал я «английскую» спецшколу, его надо было учить дополнительно. Родители отдали меня к частному преподавателю, очень хорошей учительнице Фаине Григорьевне. Она жила в Сокольниках, и я ездил к ней туда с 8-го по 10-й класс раз в неделю. Не помню улицу, но хорошо помню, что это был выход из метро, в противоположную сторону от парка. Она была преподавателем МГИМО и так вымуштровала меня, что все формы и времена отскакивали у меня от зубов. Это реально помогло мне, когда я сдавал экзамены, — в МГИМО очень круто гоняли по языку. А ещё я ходил на секцию горных лыж, но в 8-м классе, в 73 году, сломал ногу, на этом горнолыжный спорт прекратился.
— Александр, вы родились в центре Москвы, в семье ученого-физика Феликса Скляра, ваша мама — журналист, зам. главного редактора журнала «Работница». Каким вы были в детстве?
— Мягким и доверчивым, ценящим отношения человеком, склонным к созерцанию и уединению, романтиком. Потом всё это, конечно, изменилось и ушло внутрь, обрастая маской, ставшей потом моими доспехами — практически нет людей, которых я допускаю в свою жизнь.
— Где вы родились?
— В маленькой комнате в коммуналке, где жили бабушка с дедушкой и мама с папой. Папа приехал из Оренбурга поступать в физтех, а мама училась в МГУ. Поженившись, они стали жить у неё. Иногда я специально проезжаю мимо этого дома, он стоит там и сейчас. Потом мы получили квартиру, я ходил в детский садик, куда отвозила меня прабабушка, специально выписанная для этого из Средней Азии. В маленькой «двушке» мы существовали вшестером. А когда я учился в третьем классе, родители переехали на улицу Вавилова, и мы стали жить у метро «Академическая». Оттуда я уезжал в Корею в качестве молодого дипломата (в МГИМО я изучал корейский). В 85 вернулся, у нас с женой родился сын (сын Скляра Петр — художник-график. — Ред.), а когда ему было уже 11 лет, переехали на Полежаевскую, и живём там до сих пор.
— Есть ли у вас любимые места детства?
— Я учился в 45-й спецшколе, через дорогу от нее был магазин «Детский мир» и кинотеатр «Ракета», (позже — «Улан-Батор»), куда мы сбегали с уроков смотреть кино. В кинотеатре «Иллюзион» впервые увидел «7 самураев» и, благодаря отчасти Куросаве, отчасти игре актера Тосиро Мифунэ, проникся самурайским духом.
Патриаршие пруды — я помню их ещё до переделок и «перестроек», там жил мой самый близкий друг, который стал потом ученым, профессором, директором академического института. Помню дом на Котельнической. Там жила Людмила Зыкина, которую я невероятно уважаю, и у которой моя мама брала интервью. А ещё в доме на Котельнической жил мой одноклассник Миша Ширвиндт, с которым мы учились с 7-го класса. Во «взрослые» школьные годы мы часто бывали у него в гостях, когда не было дома его родителей.
— Александр, вы — олицетворение рок-н-ролла. Что происходит в вашей жизни сейчас?
— Ничего особо не изменилось. Репетирую, играю концерты, сочиняю музыку. Жизнь достаточно, на поверхностный взгляд, неизменная на протяжении многих лет.

Мария Анисимова
«Восточный округ» (newsvostok.ru)

Поделиться.

Комментарии закрыты