Джозеф Пулитцер: «Только ответственность спасет журналистику»

0

Со дня рождения знаменитого издателя исполняется 170 лет
Упорность, креативность и смекалка помогли ему стать одной из самых значимых фигур не только в Штатах, но и во всем мире. Пулитцер поднял издательское дело на новый уровень, а так же стал родоначальником журналистики как отдельной профессии.

Первая публикация
Джозеф родился 10 апреля 1847 года в венгерском городке Мако, в семье богатого еврея-хлеботорговца и немки-католички. Вскоре семья переехала в Будапешт, где будущий журналист получил образование в частной школе. В юности Пулитцер мечтал о военной карьере, но по состоянию здоровья (прежде всего, слабое зрение) не был зачислен в австрийскую армию. Позже ему удалось завербоваться в армию США, но во время плавания в Америку он передумал и по прибытии дезертировал.
Однако ему всё же пришлось повоевать — Пулитцер застал в США окончание гражданской войны. Воевал Джозеф рядовым Первого нью-йоркского кавалерийского полка. Но через год война кончилась, и его просто уволили. 18-летний Пулитцер не знал, чем заняться. Он перепробовал все: работу грузчика, официанта, носильщика на вокзале, погонщика мулов, помощника адвоката.
Однажды Джозеф прочел в газете Westliche Post объявление на немецком языке о работе на табачных плантациях в штате Луизиана. Работников отправляли туда по Миссисипи. Однако, путешествие закончилось быстрее, чем ожидалось – в 50 км от города капитан судна получил известие, что работники на плантациях уже не нужны. Тогда он просто высадил пассажиров и поплыл дальше. Назад Джозефу пришлось возвращаться пешком. Рассерженный Пулитцер написал полное самых едких выражений письмо в свою любимую газету Westliche Post. Послание было написано от души и тронуло редактора. Письмо было решено опубликовать в ближайшем номере. Таким образом, первая публикация Пулитцера была случайной.
Перебираясь в поисках работы из города в город, Джозеф добрался до Сент-Луиса в разгар эпидемии холеры. Там он, наконец, нашел дело своей жизни. В городе как раз освободилось место начальника арсенала, в обязанности которого входило хоронить погибших от болезни. А после работы Пулитцер стал заходить в местную библиотеку, где за игрой в шахматы познакомился с владельцем Westliche Post Карлом Шурцем и ее редактором Эмилем Преториусом. Через несколько месяцев они предложили Пулитцеру стать репортером. Некоторое время Джозеф занимался изучением нового для него английского языка, параллельно работая в немецкоязычной газете.

Политические кампании и скандалы
Никаких особых успехов Пулитцер поначалу не добился. От редакторов ему попадало за плохой английский и за то, что он был слишком нетерпелив, чтобы проверять слухи. Но работа захватила, и журналист быстро учился. Через год за Джозефом закрепилась слава человека, способного добыть любую информацию. Вскоре он стал заметной общественной фигурой в Сент-Луисе. А в 1869 году его даже избрали в законодательное собрание штата Миссури. Там он был секретарем комитета по банкам и банковскому делу и одновременно продолжал работать корреспондентом Westliche Post. В 1870-м глава комитета ушел в отставку, и неожиданно для самого Пулитцера его избрали на этот пост. Но тут не обошлось без нарушения закона. Кресло главы комитета можно было занимать с 24 лет, а Джозефу тогда было лишь 23. Впрочем, через год нарушение исчезло само собой. Как глава парламентского комитета он был вхож в лучшие дома Сент-Луиса и дружил со многими представителями местной элиты.
В 1871 году Карл Шурц предложил Пулитцеру стать совладельцем Westliche Post. В том же году его избрали полицейским комиссаром Сент-Луиса. Джозеф вовсю включился в политическую жизнь. В президентской кампании 1872 года он активно поддерживал кандидата от либерально-республиканского движения Хораса Грили. Но тот проиграл выборы, и политическая карьера Пулитцера остановилась. Не помогло даже то, что Джозеф мгновенно переметнулся в стан Демократической партии.
Он вернулся в журналистику. Правда, ему стало тесно в рамках пишущей по-немецки Westliche Post. В итоге Пулитцер продал свои акции и уехал в Вашингтон, где начал заниматься юриспруденцией. В дальнейшем знания о государственной «кухне» помогли будущему издателю в поисках золотой жилы в журналистике. В столице он познакомился и со своей будущей супругой — Кейт Девис. Работая адвокатом, Джозеф за несколько лет сколотил себе небольшое состояние, а женитьба на американке помогла стать Пулитцеру полноправным гражданином США.
В 1878 году ему предложили приобрести находящиеся на грани банкротства сент-луисские газеты Dispatch и Post. Пулитцер купил их и объединил. Его личная газета теперь называлась St. Louis Post-Dispatch. Он был и хозяином, и редактором, и журналистом одновременно. Джозеф сделал St. Louis Post-Dispatch агрессивной, и в журналистских расследованиях бичевал тех, с кем хорошо познакомился, занимаясь политикой. Его газета быстро стала самым популярным изданием в Сент-Луисе. Окрыленный Пулитцер ввязывается во все местные политические кампании и скандалы. От работы на износ в 35 лет у Пулитцера начинает катастрофически падать зрение. Отдыхать его заставляет только страх того, что он не сможет больше читать газеты.
В конце 1882 года Джозеф окончательно рассорился с политическими оппонентами, оставаться в Сент-Луисе стало небезопасно. Он решил не рисковать жизнью и уехал в Нью-Йорк. Руководить St. Louis Post-Dispatch по телефону и телеграфу было невозможно. И в мае 1883 года Пулитцер купил себе вторую газету — The New York World.

«В каждой статье должна быть история»
Имея за плечами пять лет опыта издания St. Louis Post-Dispatch, Пулитцер моментально преобразил нью-йоркскую газету. В первом же номере обновленной The New York World появился рассказ о страшном шторме в Нью-Джерси, причинившем убыток в 1 млн. долларов, и интервью с осужденным убийцей накануне его казни.
Пулитцер требовал от своих журналистов не столько «добывать» сенсации, сколько уметь их подавать. Методы его были достаточно просты и, одновременно, очень действенны. Он совмещал на страницах газет статьи о политической коррупции, журналистские расследования, сенсации в различных областях жизни, немного юмора и достаточное количество рекламы. Позже стал добавлять спортивные новости, рубрики, посвященные женщинам, яркие иллюстрации. Таким образом, на страницах пулитцеровских газет было все — от сплетен до серьезных политических анализов. Особое внимание Пулитцер уделял заголовкам материалов. Набранные аршинными буквами заголовки типа «Дыхание смерти», «Террор на Уолл-стрит» или «Любовники малышки Лизы» захватывали внимание. Кроме того, Пулитцер особо ценил хорошие иллюстрации.
Интересным приемом были так называемые крестовые походы корреспондентов. Молодые журналисты внедрялись в какую-то среду и в жанре репортажа освещали какую-либо засекреченную или малоафишируемую информацию. Одним из самых известных расследований газеты является репортаж Нелли Блай. Журналистка смогла попасть в психиатрическую лечебницу, гениально сымитировав шизофрению. Она пробыла в психбольнице несколько недель, а после «чудесного выздоровления» опубликовала материал, где рассказала об ужасных условиях, голоде и жестокости персонала. Мэрии ничего не оставалось, кроме как переоборудовать больницу.
Статьи подкупали не только оперативностью новостей, проверенными фактами, а и тем, что журналистские расследования действительно привлекали общественное внимание к тем ли иным проблемам. Для Джозефа было важно, чтобы «в каждой статье, репортаже, очерке был сюжет, должна быть история. Не только факты, социальный фон, статистика, но и драма». Также существует версия, что термин «желтая пресса» изначально не имел никакого отношения к скандалам, интригам, расследованиям. В газете Пулитцера появился комикс про желтого малыша Элли под названием «Переулок Хогана». Герой комикса был очень беден, что носил мешок из-под муки. Элли так полюбился читателям, что надолго остался на страницах издания.
Еще Америка обязана изданию Джозефа Пулитцера своим символом — Статуей Свободы. Правительство не спешило с транспортировкой статуи в США из далекой Франции. Журналист же превознес ее как олицетворение американской мечты и символ истинной свободы личности. Тем самым в короткие сроки были собраны необходимые средства на переправку и установку статуи в Америке.

Завещание медиа-магната
С приходом Пулитцера The New York World стала первой газетой, постоянно помещавшей политические карикатуры на первой полосе. К этому добавлялись обязательные забавные и поучительные истории и полицейская хроника. В общем, это была газета для массового среднего читателя. А вместе это составляло созданный Пулитцером новый газетный стиль, названный позже «новым журнализмом».
В 1887 году Джозеф почти ослеп и оставил пост главного редактора The New York World. К 1890 году у издателя стали случаться нервные срывы, и он вообще отошел от дел. Болезнь прогрессировала, и скоро Пулитцер не мог даже передвигаться без посторонней помощи. Вдобавок у него развилась болезненная чувствительность к шуму. Джозеф лечился в лучших клиниках мира, но ничто не помогало. Самым страшным для него было не иметь возможности читать газеты и никогда больше не увидеть свою редакцию. Последние годы жизни он вынужден был провести в звуконепроницаемых бункерах в своем нью-йоркском особняке и на яхте «Свобода».
Умер Джозеф Пулитцер на борту своей яхты 29 октября 1911 года. А незадолго до этого он надиктовал то, что можно считать его профессиональным завещанием: «Только искреннее чувство ответственности спасет журналистику от раболепства перед классом имущих, которые преследуют эгоистические цели и противодействуют общественному благоденствию». Он пожертвовал 2 миллиона долларов Колумбийскому университету и хотел, чтобы на его деньги была основана Высшая школа журналистики. А на оставшуюся сумму он наказал основать премию для американских журналистов и литераторов: «Я занимался журналистикой всю жизнь и уверен, что она оказывает сильнейшее влияние на умы людей. Мне хотелось бы сделать эту профессию привлекательной для сильной духом и умной молодежи, а также помочь тем, кто уже посвятил себя журналистике, помочь приобрести высокие моральные и профессиональные качества».
В 1912 году была открыта Колумбийская Школа журналистики. Премию же начали вручать с 1917 года. В завещании медиа-магнат дал четкие указания, кому, как и за что необходимо вручать эту премию. Он просил ежегодно давать по четыре награды в сфере журналистики и литературы и одну — в области образования. У Пулитцера было достаточно конкретное видение того, что именно следует отмечать в сфере литературы. Он просил, чтобы за лучший роман, драму, книгу по истории США и биографию вручались отдельные премии. Однако допускал внесение тех или иных изменений в список номинаций. Размер премии составляет 10 тысяч долларов. Особо отмечается номинация «За служение обществу», за которую победителю помимо денежного награждения вручают золотую медаль.
За время своего существования Пулитцеровская комиссия неоднократно подвергалась критике за неправильное вручение или невручение наград. Противоречия часто возникали также между счетной комиссией и судейской коллегией. Субъективность самого процесса награждения с неизбежностью приводила к такого рода противоречиям. Однако комиссия никогда не принимала популистских решений. Многие, а возможно и большинство отмеченных премией книг, никогда не входили в основные списки бестселлеров, а многие награждённые комиссией пьесы никогда не ставились на сценах бродвейских театров. Наибольшее количество наград в журналистской номинации собрали такие крупные издания как The New York Times, The Wall Street Journal и The Washington Post. Однако комиссия часто отмечала и небольшие, малоизвестные газеты. С февраля 2006 года авторы и издания, претендующие на Пулитцеровскую премию, могли представлять в жюри не только произведения на бумажных носителях, но и работы из Интернет-пространства. С 2011 года приём работ осуществляется исключительно в электронном виде.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам Dailyculture.ru, New-fact.ru, «Википедия» (ru.wikipedia.org)

Поделиться.

Ответить