Алексей Петренко: «Я верю – и всё! Верю!»

0

Этот актер, недавно ушедший из жизни, всегда был связан с православием

Алексей Петренко – один из немногих актеров, чье имя народная молва давно и крепко связывала с православием. Все знали: Петренко не просто ходит в церковь, а живет как христианин. Воцерковлен, трудолюбив, одинаково любим коллегами и зрителями, при этом в желтых скандалах не замечен, в СМИ появляется редко. От интервью актер действительно часто отказывался – и времени нет, и искренне не считал себя достойным широкого внимания. 22 февраля 2017 года актер ушел из жизни, и редакция Православие.ру решила почтить память Алексея Петренко, повторив публикацию его интервью-монолога от октября 2015 г.

Нас Алексей Васильевич принимает в подмосковном селе Никольское на небольшой, но уютной веранде в стороне от скромного двухэтажного домика. Перед нашим приездом Петренко собирал черноплодную рябину – наполненный с горкой таз с ягодами стоит тут же, на покрытом клеенкой столе. Хозяин предлагает угощаться и разливает по кружкам горячий зеленый чай. Рябина с чаем – его любимый десерт. За ягодным чаепитием мы и слушаем рассказы актера о его встречах с православием, о смысле церковнославянского языка и многом другом интересном и сокровенном.

Как не ушел в монастырь
– Был у меня такой период, когда я решил актерскую профессию оставить. Но потом у меня не хватило наглости овладевать еще какой-нибудь профессией – все-таки возраст. А выручил меня в этом случае Валерий Ивченко – замечательный, талантливый, прекраснейший актер, который работает в БДТ. Он решил покончить с актерством и уйти в монастырь. А я тоже подумывал об этом. И вот он поехал в Псково-Печерский монастырь и попал к отцу Иоанну (Крестьянкину).
Батюшка его спрашивает: «Так, вам сколько лет?» Он говорит: «Мне скоро будет 60». «А что вы умеете? Вы в электрике что-нибудь соображаете?» – «Нет, не больно-то». – «Та-а-ак… А слесарное дело?» – «Нет», – отвечает Валера. «Ну а ухаживать за скотиной, за коровами, например, умеете? Когда-нибудь ухаживали?» – «Нет». – «Петь умеете, ноты знаете?» – «Петь умею, – говорит, – но нот не знаю. На слух». И батюшка ему говорит: «Вот скажите, пожалуйста, вы уже пожилой человек, и что же, вы придете иждивенцем к нам? У нас и так пожилых монахов много, а молодых мало. Кто будет трудиться? Кто всё будет делать? Что же вы, сядете им на шею? Занимайтесь своим делом! Только не делайте ничего скабрезного, противного Господу Богу. И это будет ваш настоящий вклад в эту жизнь».
Когда Валерий рассказал мне это, я стал перебирать в уме: что я умею? В электрике не понимаю. Слесарем работал давно. Копать умею, но не могу уже, тяжело. Дальше стал перебирать: это не могу, то не могу. Так кому я нужен в монастыре?!
Думал я и читать на клиросе, и петь в церковном хоре. А когда состарюсь – работать в этой же церкви сторожем. Но потом вдруг испугался. Ведь это не тексты говорить со сцены. Громаднейшая ответственность. Перед Богом!

Мама отговорила идти в священники
– Во времена моего детства (Алексей Петренко родился 26 марта 1938 г. в с. Чемер Черниговской области. – Прим ред.) было принято, что священники по большим праздникам объезжали на лошадях деревню и освящали дома. И священникам за это что-то давали. Они складывали это в воз и отправлялись дальше… Так получалось, что в такие дни я оставался дома один. Но мама перед уходом на работу мне говорила: «Алеша, придет батюшка, ты открой ему, прими его в доме, перекрестись, вместе с ним послушай молитву. Вот корзинка с продуктами – отблагодари его за то, что он приехал и освятил наш дом». Я это всё проделывал.
И вот однажды батюшка зашел, прочитал молитву, освятил дом. Потом начал со мной разговаривать, спрашивал, в каком я классе, как зовут. Я ответил. Он: «Хорошо, я буду молиться за тебя. А кем ты хочешь быть?» – «Я еще не знаю, хотел быть врачом, но сначала – военным». А он мне вдруг: «А ты не хочешь стать священником?» – «А как можно стать?» – спрашиваю. «Ну, нужно в школе выучиться, ходить в церковь, прислуживать, потом в семинарию поступишь, затем в академию, если захочешь. Вот как я». А он мне так понравился! Он такой красивый был: борода красивая, одежда красивая, говорил на церковнославянском, когда читал молитвы. В меня это всё вошло как-то так: я вдруг начал что-то понимать и чувствовать другое. И он уехал…
Ну, и я, когда оканчиваю 10-й класс, маме говорю: мол, так и так было когда-то, и я хочу в семинарию. И мама моя руками разводит: «Да ты что?!» Нет, нет, нет! Я сдался и не стал поступать в семинарию. Пошел в артисты.

Об актерском деле
– Когда-то в Древнем Риме, в Колизее, устраивались сражения. И там были аристократы римские. Они воспитывали своих молодых наследников таким образом: собирали их и собирали рабов. Напаивали рабов до свинского состояния и запускали в грязную жижу, и они, рабы, в этой жиже дрались, боролись, ползали… то есть, в самом непотребном виде находились. И аристократы говорили молодым наследникам: «Смотрите, вы будете выглядеть так же, если будете злоупотреблять спиртными напитками».
Так вот, актерское дело – это примерно то же самое, как эти рабы, которые напивались, валялись и были в непотребном виде. Мы, в общем, показываем всё через своих персонажей: как надо жить, каким должен быть человек, когда играем праведных и мудрых людей. Или – как не должен жить человек, как непотребно жить, когда играем отрицательные роли. Мы как рабы, такова профессия. Нельзя играть только положительные роли, это и неинтересно, потому что в самом тебе есть столько отрицательного, что ты можешь это использовать, чтобы сыграть и такие роли.
Мы являемся такой вот бумажкой лакмусовой для зрителя, поэтому приходится играть! Но не всегда. Вот у меня, например, не всегда хватает сил на это. Режиссер Элем Климов в фильме «Иди и смотри» приглашал меня сыграть полицая. А я помню, что в моих краях это было самым позорным словом – «полицай». Это предатель. И я не согласился. Не хватило у меня духа.
А один раз болгарский спектакль у нас в театре ставили. И мне предложили играть роль зоотехника, который в целях экономии должен отстрелять собак, стороживших стадо овец. И он приехал отстреливать этих собак, чтобы сэкономить. И я вот не смог этого зоотехника сыграть – отказался. Я говорю: не могу! Собак невинных, которые сторожат стадо от волков, выученные, такие прирученные, умелые, – их убивать ни за что ни про что?! Не буду! Так что бывают и такие случаи.
Выбирая предложенные роли, прежде всего, я смотрю на то, о чем фильм. Будет от него польза человеку или же это обычная «пустышка». Комедия? Ну и что! Главное, чтобы она была доброй, а не какой-нибудь «ржакой», и чтобы не было юмора ниже пояса. Знаете, как говорят: если есть, что нельзя показывать до 16 лет, значит, это нельзя показывать и после 16… Совершенно с этим согласен.

О самом красивом храме
– Мой духовник, отец Евгений, батюшка замечательный. В нашем сельском храме служит. Церковь наша двухъярусная, красивая. Она никогда не закрывалась, ни на один день. Пришли ее закрывать в свое время, а чтобы ее закрыть, нужно сначала открыть, всё описать. Староста был очень умный и толковый мужик. Он подошел к дверям, по карманам постучал, говорит: «А где же ключи, батюшки, а где же ключи?» И начали они искать ключи. Он их водил-водил, и в сараях, и в доме искали – нет ключей. Они полдня проходили. И тем, которые приехали церковь-то закрывать, видимо, надоело, они ушли и сказали, что в следующий раз приедут. Больше не приезжали.
Церковь очень намоленная, раз не закрывали, и там, конечно, атмосфера потрясающая. Когда-то в эту церковь ходило много людей, так как в округе церквей не было больше. А сейчас построили. Поэтому прихожане распались на другие приходы, и церковь немного оскудела. Но всё равно этот храм пользуется большим уважением прихожан. Воскресная школа здесь хорошая.
Мой храм мне больше всего нравится, потому что он родной. А вообще, как говорил Подколесин – помните? – когда разговаривал с Агафьей: «В это воскресенье я был в таком-то храме, а в прошлое – в другом, а еще раньше я ездил в тот-то храм, а, впрочем, молиться всё равно где, в какой бы то ни было церкви».
Дело в том, что храмы – это вещь загадочная. Самый красивый тот храм, на который ты сейчас смотришь.

Почему надо учить церковнославянский
– Я уже в зрелом возрасте стал изучать церковнославянский, по молитвам, по святому Евангелию. И вспомнил, как он подействовал на меня, когда я в детстве-то захотел священником стать. Такой красивый язык! Его надо пропагандировать.
С Богом нужно разговаривать на языке, где нет ругательств, а в церковнославянском языке нет ни одного ругательного слова.
Я читаю на церковнославянском, иногда, правда, какие-то слова не понимаю – проскакиваю. Ну, думаю, Бог управит, пойму когда-нибудь. Потом заглядываю в словари, в переводы. Есть Евангелие у меня, где на одной половине листа написано на церковнославянском, на другой половине – на русском. Я таким образом сравниваю и чего-то понимаю.

О своей вере и духовных книгах
– Я верю в то, что написано в классических и не испорченных книгах. Я никогда не задумываюсь, не пытаюсь анализировать. Я верю – и всё! Верю! Отчего это происходит, почему, я не пытаюсь осмысливать. Есть люди, которые могут это делать и должны это делать, – они это делают, а я это читаю. В частности, мне нравится читать Паисия Святогорца. Можно сказать, настольные книги. Художественную литературу читаю очень редко. Пушкина люблю, Лермонтова, Юрия Казакова, Валентина Распутина, Евгения Носова. Хоть это и мирское, но есть у них что-то глубинное, духовное, благородное.
Мне один священник рассказывал о молодой женщине, которая пришла к нему со слезами и рассказала, что забеременела и хочет сделать аборт, так как жить негде, денег нет… Этот священник попросил ее прийти через несколько дней, а сам за это время договорился, чтобы ей дали комнату, помогли кое-чем… Когда женщина пришла вновь, он с радостью ей все это сообщил: «Вот видишь, как все устроилось! Слава Богу! Рожай!» Но ответной радости в ее глазах не увидел. «Я все равно сделаю аборт», – сказала женщина. Почему? Да потому что дело не в том, что негде и не на что жить, а дело в том, что хочется пожить для себя, а ребенок этому мешает. Наши сегодняшние нравы, сегодняшнее окружение, наша сегодняшняя жизнь испортили девушку, развратили. И теперь наладить ее душу ох как непросто.
Нужно иметь желание и стараться соответствовать своему внутреннему миру, и тогда через внутренний мир проявится внешнее содержание. А какой внутренний мир у нынешнего поколения?..
Душа должна трудиться! Посмотрите, как трудится огородник на своем огороде, как выращивает рассаду, рассаживает ее по грядкам, поливает, удобряет, а потом собирает урожай и весь год с любовью угощает своих близких соленьями и вареньями. Но не то же ли самое душа? Над ней, как над тем же огородом, тоже нужно трудиться, не покладая рук, копать, боронить, окучивать, удобрять, взращивать и полученными духовными плодами щедро делиться с окружающими, потому что сказано в Библии: «Да не оскудеет рука дающего!»
Не ленитесь… У меня бывают периоды, когда я заленюсь, начинаю сокращать утренние или вечерние правила, нет-нет, да богослужение пропущу, перестаю исповедоваться. И сразу начинаю болеть. Но заметил, что как только беру себя в руки и начинаю трудиться, вычитывать все положенные молитвы, регулярно ходить в церковь, болезнь проходит. А главное – вновь появляется желание молиться. Проверено! Поэтому я всем говорю: «Не ленитесь, душа должна трудиться!»
***
К концу разговора черноплодной рябины в тазу заметно поубавилось. А мы и не заметили, когда успели столько съесть. «Вот и хорошо, здоровее будете», – обещает Алексей Васильевич и говорит, что после нашего ухода займется хозяйством: «А то за поездками совсем всё забросил, перед соседями стыдно». И при нас намечает фронт работ: засохшее дерево спилить, дрова в баню нарубить, вымести листья с дорожек… «А что сделать с ягодами? – вдруг озабоченно спрашивает сам себя Петренко. – А из ягод мы с дочкой компот вечером сварим!»
На том и попрощались.

Максим Васюнов,
Александр Новопашин,
pravoslavie.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты