Екатерина Рождественская: «У меня снимаются лишь люди с чувством юмора»

0

Долгое время она занималась лишь воспитанием детей, а потом взяла в руки фотоаппарат и стала делать сказочные снимки.
— Расскажите о «рождественских делах». Над чем трудитесь?

— Сейчас у нас несколько новых проектов, один из самых интересных и любимых называется «История белья» — красивый, но очень трудный. В нем я использую массу разнообразного винтажного белья, шелковые халаты прошлого века: что-то арендую, сама целую кучу накупила. Под каждое десятилетие надо создать свой интерьер, например, комнатку 20-х, 50-х, или 80-х годов, туда мы помещаем героев — женщин и мужчин в настоящем белье того времени. Работать безумно интересно — это то, что всегда было скрыто от глаз, но играло большую роль… в деторождении и в быту.

— «История белья» — самый смелый ваш проект?

— Не думаю. Смелым, наверное, можно считать «Календарь» — там звезды полностью обнажены. А этот — самый эротичный. То, что частично скрыто, вызывает самый большой интерес. Белье, особенно, начала века, было очень эротичным, красивым и продуманным. Захотелось всколыхнуть в памяти те далекие десятилетия.

— Кого вы уже отсняли?

— Список большой: Стас Садальский, Жанна Фриске, Юля Ковальчук, Юлия Зимина, Макс Покровский, Настя Макеева…

— Мужчины тоже участвуют? Белье считается чисто женской штучкой.

— Недавно снимали актера Виктора Логинова. Я купила для него замечательные отвратительно-лиловые кальсоны, абсолютно новые, на них даже ценник и год рождения указан — 1957. Потрясающая вещь — с начесом и белыми пуговичками. Сверху — отвратительная голубая майка-алкоголичка. Виктор настолько вжился в роль, что, качая головой, подметил: «Раньше все было продумано лучше, чем сейчас — в таких кальсонах можно запросто гулять, и никакой мороз не страшен».

— Как родилась идея?

— Мне нравятся уходящие в историю бытовые вещи. Идея пришла во время работы над проектом «Винтаж», где я использовала винтажную одежду прошлого века. Потом в каком-то магазине мне попался красивый корсет, а на блошке приобрела совершенно потрясающий пеньюар. Когда у меня накопилось много таких вещей, захотелось всем этим похвастаться и снять.

— Сейчас к вам буквально выстраивается очередь. Какие аргументы вы использовали в начале карьеры, чтобы завлечь звезд в свою студию?

— Аргумент один — у меня снимаются люди с чувством юмора. Если его нет, человек не будет со мной работать. Так и говорю: обратите внимание — те, кого я до сих пор не снимала, не смеются.

— Кто из первых персонажей вселил уверенность в собственные силы доверием и восторгом от результата?

— Я сама в себя вселила уверенность уже тем, что взялась за дело. Очень скоро меня поддержали Эльдар Рязанов, Людмила Гурченко, Ирина Аллегрова — звезды первой величины. Дальше все пошло как по маслу. Хотя и начало сложным не назовешь, все шло спокойно и чинно.

— Гурченко, Рязанов — непростые ребята. Вам проще договориться со сложными людьми?

— У меня нет таких градаций. Но, конечно, мне приятнее работать с опытными профессионалами, чем с людьми, на которых известность свалилась внезапно, они не привыкли к славе и еще не знают, как правильно себя вести, например, вовремя приходить на съемку.

— Людмила Марковна стала практически вашей визитной карточкой. За что ее так полюбили?

— Она — совершенно уникальный человек и невероятный профессионал. С ней не скучно, можно ожидать чего угодно. Она ничего не боится: быть смешной, уродливой — берется за любую работу, если считает, что это будет вызовом.

— Провокатор?

— Абсолютный! В хорошем смысле слова. Ей давно наскучило играть приглаженных будничных женщин. Ей нужен вызов. Поэтому каждым снимком мы стараемся создать провокацию или хотя бы удивить. С ней безумно интересно работать.

— Для актеров и музыкантов фотосесии — часть профессии. А насколько органичны перед фотокамерой политики?

— Политики ведь тоже актеры — шоумены и шоувумен, поэтому комфортно чувствуют себя перед объективом. Я очень люблю снимать Жириновского. Он всегда знает, где и как себя правильно вести. Каждый раз приходит, как Дед Мороз — с подарками, с огромной свитой, с улыбкой. Абсолютно другой человек, ничего общего с тем, которого мы видим по телевизору. Очень покладистый. Может уснуть во время грима, проснуться в совершенно другом облике, удивиться, посмеяться и тут же сняться — он хороший актер.

— Менял ли кто-нибудь имидж после ваших сессий?

— За десять лет внешний облик изменился у многих: Саша Буйнов, Таня Овсиенко. Честно говоря, всех не припомню.

— Что произошло с Буйновым?

— Он пришел ко мне с перекисно-водородным ежиком, а спустя два дня уже был тем Буйновым, которого мы видим по сей день. Вспоминаю, что белый Буйнов не произвел на меня никакого впечатления.

— В работе вы принципиальны?

— Я абсолютно беспринципный человек. К чему мне принципы? Главное, чтобы результат понравился человеку, который пришел на мою съемку. Я не буду гнуть свою линию, если ему что-то не нравится. Он должен остаться доволен.

— В своих работах вы меняете не только образ, иногда — пол (Оксана Пушкина, Аркадий Укупник). Кому проще перевоплощаться?

— Женщины намного легче идут на перевоплощение, с удовольствием приклеивают бороду и усы. Мужчины обычно боятся, что о них могут подумать что-нибудь плохое, относятся с подозрением. Правда, не все — процентов десять. Думаю, в их подозрительности что-то есть…

— Басков вошел в десятку?

— Нет. Он был замечательной старушкой.

— Ваш отец, Роберт Рождественский, к сожалению, не успел оценить ваше творчество…

— Думаю, он гордился бы мной. Ему было бы интересно, и он радовался бы, что мама при деле. Естественно, я работаю с оглядкой и мыслью, как бы отреагировал на это папа.

— В серии «Мечты детства» вы воплощали собственные или грезы ваших героев

— Конечно, героев. У меня же не может быть столько грез. Когда-то я мечтала стать врачом. Мне очень нравилось лечить людей. До сих пор этим занимаюсь.

— Души лечите?

— Иногда и тела.

Юлия Бойко
«Новая»
 

Поделиться.

Комментарии закрыты