Елена Николаева: «Любовь сильнее всякой политики»

0

Новый фильм режиссера — 4-х серийная картина «Манекенщица». О полузабытой уже «эпохе застоя», неумолимой данности таланта и, конечно же, силе любви.

— В фильме чётко обозначен 1979 год. Это важно?

— Важно, потому, что в этом году была история побега Александра Годунова. Его жена была против побега, сидела в самолёте; самолёт держали в Нью-Йорке трое суток, со всей бригадой. И это так нашумело, что был негласный приказ КГБ — больше такого быть не должно. Иначе что это за страна, из которой бегут артисты? Нужно их либо «убирать», либо воровать обратно. Когда я прочла сценарий, мне понравились две вещи: то, что можно сделать историю несостоявшегося побега, его собирательный образ — а таких попыток было много. Ведь кого-то высылали, как Солженицина, а кого-то держали, как Крамарова. Это была целая категория людей: «отказники». Им отказали в выезде, и они теряли всё. Имя Крамарова вырезали из титров. Это было пред-перестроечное время, очень тяжёлое. Мой муж, сокурсник, когда мы учились во ВГИКе, работал дворником, чтобы мы могли жить отдельно. Квартира в фильме списана с нашей — огромная, с дыркой в потолке, она считалась аварийной.

— У вас такой личный момент вошёл в работу?

— Да, конечно! И мы расписывали стены, делали инсталляции, люди же тогда выбрасывали антиквариат. У меня до сих пор стоит роскошная тумбочка в стиле модерн. С помоек собирали всякое-всякое, вещи, которые сейчас любой бы снёс, как минимум, на «блошку», а максимум — в антиквариат. Мы так жили, в меру своего таланта оформляли своё жилище. Также приходили гости, диссиденты, отсидевший философ, служивший вахтёром где-то, где был ксерокс. И отксерил, знаете что? Кьеркегора! Он тоже был запрещён при советской власти. Такие были времена.

Мне это было безумно интересно, и вот мы сняли нашу фантазию, чудовищный любовный треугольник. Она манекенщица, девушка, которая по статусу выезжает за границу, а почти все они «стучали» в КГБ, вынуждены были. Когда человек выезжал, у него была дилемма: как крутиться и что потом говорить, чтобы, не дай Бог, никого не персонифицировать. А дальше мелодрама: в неё влюбляется КГБшник, и треугольник — она любит художника нон-конформиста. Это течение не боролось с Советской властью, они были просто авангардисты, которые не хотели менять суть своего творчества. И четвёртый персонаж, гламурный сын дипломата, который временно становится её мужем.

Мне понравилась, прежде всего, эстетская часть этой истории. Ни одного героя в простоте: она манекенщица эпохи Зайцева. Длинные платья, яркие цвета, знаменитая «штапельная» коллекция. У меня даже есть фотография: сидят жена Брежнева, Нэнси Рейган и Таня Михалкова дефилирует в таком платье. Забавно, наши тёти, как в халатах, смешные, Нэнси вся в «Шанели» и прекрасная Таня от Зайцева, красивей всех. Конечно, это очень красиво. Чудесная компания актёров. Анечку Михайловскую я уже снимала в третий раз. Ваня Рудаков много со мной работает, замечательно сыграл КГБшника, сложная роль.

— Самая драматичная.

— Там такой поворотец у него будет в конце, до слёз. И открытие моё, только что сыгравший д’Артаньяна Риналь Мухаметов. Он прекрасен.

— Его персонаж словно с картины Тициана сошел.

— Да. Он всё время разный. Сам смешной такой мальчик, но чем он замечательный? У него такая пластика, он же из циркового училища пришёл. Его кумиром был Енгибаров, и его, как лучшего, отправили на конкурс цирка дю Солей. А там был Серебренников, и сказал — приходи лучше ко мне в театр. Теперь он там один из ведущих актёров. Замечательно совершенно работает, готовится. Не как молодые. Вот такой мы сделали ему образ, иконописный. Наш мученик.

— Скажите, почему у Догилевой такая маленькая роль? Хочется, чтобы её было больше!

— Она фея Золушки. Это важная роль! Я вам скажу честно, эпизод играть труднее, чем большую роль. Она блестящая, но это фея, которая героиню впустила и устроила работать.

— Тётю Зою играет Евгения Дмитриева.

— В седьмой раз её снимаю и очень люблю. А вы видели, какие у меня манекенщицы?

— Замечательные, но все выглядят взрослее Михайловской.

— Так и правильно! Модели были другие. Посмотрите старые альбомы — все взрослые. И не худые они были. Многие там сидели, как в театре актрисы, подолгу, когда имели какого-либо покровителя. Таких худых не было вообще. Все люди выглядели старше чуть-чуть. Вот фигура нашей Лены Николаевой (Рита) — типичный персонаж, абсолютно. Одна тогда была вообще русская красавица, с полным лицом, широкими плечами. Размер 44-й, никак не 42-й. Очень модный был типаж.

— Есть ли у героев фильма реальные прототипы?

— Нет, никаких. Это просто заданная тема. Все вторые роли, эпизоды, играют звёзды. Это мои друзья. Маша Шукшина сыграла отрицательный персонаж. Говорила — я такую не хочу! А я — у неё тоже есть своя правда. Вот я бы, если бы за моего сына девушка по расчёту вышла, просто убила. А твоя героиня ещё лояльная. Она — да-да, я не подумала на эту тему. (Смеётся) Роль Семёна, возлюбленного тёти Зои, играет Виктор Сарайкин, его забросило в Киев. Замечательно сыграл, просто зарисовка из жизни!

— То есть, работалось вам всем легко?

— Были свои трудности. Снимали в Киеве — где же в Москве такое найдёшь? Много строили. Всем работалось с удовольствием. Таким составом мы уже в третий раз работаем. Костюмы шикарные, авторские. Зайцев — такой чудесный, такая лапочка! Когда мы пришли к нему за консультацией, он подарил нам несколько кусков ткани того времени, мы смогли сшить себе винтажные костюмы.

— Так как, по-вашему, это фильм больше про любовь, или про политику?

— Про любовь, конечно! Вот представьте себе: вы молодая женщина, у вас друг сейчас в Киеве, а туда даже билеты не купишь? Конечно, это про любовь будет. Политика всегда, каждый день, какая-нибудь. Любовь выше, и сильнее всякой политики, и всегда она будет в жерновах политики.

Наша история — настоящего треугольника, любви, которая будет до самого конца у всех. А без любви и таланта-то нет. Если взять любого художника, любого поэта — всегда посвящения кому-то, чему-то, кто-то вдохновляет. Мол, какая стерва была Лиля Брик! А не было бы её, не было и великого поэта Маяковского, неуправляемый был человек. Она сама говорит: «Если бы я вышла за него замуж и родила пять детей, он бы на меня плюнул с третьего ребёнка». Ему нужна была такая женщина, вот так любить. Женщина, которую не поймаешь. Настоящая муза. Кстати, в нашем фильме очень много музыки и песен из 70-х, надеемся, что этим мы вызовем у зрителя приятную ностальгию!

Анна Кузьмина,
«Кино-Театр.Ру»

Поделиться.

Комментарии закрыты