Евгений Миронов: «Я понял, почему Леонова отправили в космос»

0

18 марта 50 лет назад легендарный космонавт Алексей Леонов совершил первый в истории выход в открытый космос. В честь этого события кинокомпания BAZELEVS и студия «Третий Рим» приступили к работе над драмой «Время первых». Режиссёром выступит Юрий Быков («Дурак», «Майор», «Жить»), главную роль исполнит Евгений Миронов, который вместе с Тимуром Бекмамбетовым выступает и продюсером проекта.

— По словам Бекмамбетова, именно вам принадлежит идея снять фильм о знаменитом полёте «Восхода-2». Чем вас зацепила эта история?

— Для меня история полёта Леонова и Беляева (совершил тот памятный полёт в качестве командира корабля «Восход-2». – Прим. ред.) – это история подлинных героев, о нехватке которых в современном кино и литературе так много говорят. То, что осуществил Алексей Архипович Леонов, нормальный человек сделать не может. Ведь это был выход вслепую: невозможно было просчитать всё до конца, и даже то, что у Леонова раздуется скафандр, никто не предвидел. Не будь с ним рядом Беляева, всё могло бы закончиться совсем по-другому. Как раз этими неизвестными деталями и неожиданными поворотами этой истории и хочется поделиться. Я заболел ею, увидев документальный фильм про жизнь Алексея Архиповича. Уверен, что Голливуд давно бы воспользовался ей, если бы это была их победная страница.

— Леонов выступает консультантом нового фильма. Какой он в личном общении?

— Помню нашу первую встречу с Леоновым. Он ждал меня в своём доме в Звёздном городке, а я опаздывал на целых 3 часа – в тот день были дикие пробки. И вот наконец-то подъезжаем. Перед нами стоит высокий, ровный, красивый человек в спортивном костюме и блестящих кроссовках PRADA. Спутать его с кем-то было невозможно – это был Леонов. После той и нескольких других наших встреч я понял, почему именно этого человека Королёв назначил выходить в космос. Поражает внутренняя свобода, которая чувствуется в мыслях и оценках Алексея Архиповича. Он бывает резким, ему свойственно идти напролом, но как раз это и отражает его судьбу. Он рискнул нарушить инструкцию и смог вернуться на корабль, ведь следовать ей в той ситуации было бы верной смертью.

— Страшно, наверное, играть живую легенду?

— Конечно, я ощущаю свою ответственность перед Алексеем Архиповичем, ведь у меня перед ним абсолютный пиетет. Такая же история была с Солженицыным: ещё при жизни писателя я фактически должен был сыграть его в сериале «В круге первом», ведь именно себя Александр Исаевич описал в Глебе Нержине. Сложность заключается в том, что в художественном кино всегда есть повороты, которые драматургия требует заострить. При этом человек не всегда готов принимать художественную условность в отношении себя. Но Алексей Архипович интеллигентный человек и понимает, что кино – это во многом вымысел, способ достучаться до сознания зрителя.

— Почему вы решили выступать ещё и как продюсер?

— Все просто: продюсер – значит ответственность. Мне очень захотелось самому рассказать эту историю, и я стал думать, с кем это можно сделать. Это касается идеи, поиска режиссёра, актёров и, конечно, финансов. Страшно? Конечно! Но что же я, в кусты? Нет уж! Я ведь играю Леонова, а значит, всё по полной – ва-банк!

— К космическим перегрузкам вы готовы?

— В фильме будут сцены подготовки космонавтов. Технология съёмки ещё обсуждается, но в любом случае это будет серьёзная физическая нагрузка. Поэтому я, как всегда, хожу в спортивный клуб, а перед съёмками увеличу интенсивность упражнений. Не для рельефа и бицепсов, а для общей физподготовки.

— Почему решили остановиться на Юрии Быкове?

— Это жёсткая история, не разлюли-малина – она требует особого взгляда. Поскольку рассказчика у нас в фильме не будет, ключевой становится фигура режиссёра, то, как он увидит и покажет эту историю. Зрители должны прочувствовать, что эти два мужика испытали и в каких условиях. И мне кажется, что выбор в качестве режиссёра Юрия Быкова – идеальный вариант, ведь он сам такой, как наши герои. И ему тоже пора выйти в космос, приоткрыть форточку мира. Мы не хотели, чтобы на его месте был человек, набивший руку в масштабном кино.  

Воспоминания Алексея Леонова о первом выходе в космос

— В космосе скафандр повел себя иначе, чем на испытаниях. Он надулся и стал жестким, как волейбольный мяч. Руки и ноги не слушались, ощущение такое, как будто намертво стянули бинтами. Попытался смотать длинный фал, но тот скользил в руках и не давался. Время уходило. Еще немного и корабль выйдет из солнечного света в темноту, более того — в мертвую зону, где связь с Землей полностью пропадет. С третьей попытки удалось зацепиться за поручень шлюза. Осталось только войти внутрь. Попытался попасть в шлюз ногами вперед – так было по инструкции. На тренировках на это уходило 12 секунд, но сейчас я понял, что не смогу этого сделать.

Я решил действовать против правил. Нарушил самый строгий приказ – докладывать о каждом своем шаге. Стравил давление в скафандре ровно наполовину и сразу почувствовал, что двигаться стало легче. Затем покрепче ухватился за поручни и втянул себя не ногами, а головой вперед.

…Только представьте, как бы я начал докладывать, что у меня проблемы. Я не хотел паники на Земле. Потом, после нашего возвращения на Землю, выслушав мой доклад, Королев сказал: «Леша все правильно сделал».

Владислава Александрова,
«Метро»

Поделиться.

Комментарии закрыты