Гленн Клоуз: «Я нахожу друзей только на работе»

0

Найти фото Гленн Клоуз в молодости непросто – она впервые появилась на киноэкране лишь в 35 лет, зато с тех пор для нее началась настоящая «золотая эра».

«Долго не могла избавиться от догм, которыми меня напичкали»

Семья Клоуз гордилась двенадцатью поколениями уважаемых жителей Новой Англии, которых можно было бы назвать столпами общества. Гленн родилась в огромном поместье в штате Коннектикут 19 марта 1947 года. Она помнит то время, когда была совсем маленькой девочкой: ее отец учился в медицинской школе, семья жила у деда. Гленн, две ее сестры и брат любили скакать на лошадях по близлежащим лугам и полям, и уже в те времена у Клоуз проявлялся сильный, властный и упорный характер. Мать вспоминала день, когда Гленн приехала на день рождения подруги в соседнее поместье верхом на очаровательном пони: «Она выглядела абсолютным ангелочком – в белоснежном платье и с белокурыми волосами. И вдруг я услышала, как дочь говорит другой девочке: “Только притронься к моему пони, я тебе башку снесу!”»

Безмятежное детство закончилось для Клоуз в 7 лет, когда родители вступили в религиозную секту «Моральное перевооружение» и отправились в Конго работать миссионерами. Гленн отдали учиться в закрытый пансионат в Швейцарии. Она не очень охотно вспоминает те годы, однако уверяет, что «пансионат представлял собой ужасающее место. Там даже канализационные трубы были перекрыты колючей проволокой, чтобы у нас не было ни малейшей возможности сбежать». По окончании курса младших и средних классов Клоуз вернулась домой, в США. Она поступила в старший класс школы Rosemary School и там, на любительской сцене, впервые открыла в себе актерский дар.

Родители были категорически против. В семье Клоуз вообще не поощрялось стремление выставлять себя напоказ и выделяться на общем фоне. «Честно говоря, меня с детства влекло в театр, но у меня хватало ума не говорить об этом родителям, что меня тянет на сцену, – вспоминает Гленн. – Когда же я осмелилась сказать об этом, они стали мне доказывать, что актерство окончательно испортит мой характер!» Но к тому времени Клоуз была уже взрослой, и родительский запрет мало что значил для нее. После окончания школы, решив стать певицей, она вступила в музыкальную группу Up With People. Они выступали в основном на военных базах США. Почти вся американская молодежь протестовала тогда против войны во Вьетнаме, а Клоуз и ее коллеги пели патриотические гимны для новобранцев.

«Я долго не могла избавиться от догм, которыми меня напичкали в детстве, – говорит Гленн. – Мне пришлось через многое пройти, чтобы понять, кто прав, а кто виноват. Проходит время, и ты осознаешь, что ко всему этому нужно относиться с юмором. Надо уметь прощать и себе, и другим».

«Боевое крещение»

Во время одного из турне Клоуз вышла замуж за гитариста Кэбота Уэйда, но три года спустя они развелись, и девушка ушла из группы. В 22 года Гленн решила, что пора, наконец, получить настоящее образование, и записалась в колледж William and Mary в штате Вирджиния. «Там изучали различные виды искусств и науки о человеке, – говорит она. – Я хотела получить общее образование, но при этом знала, что в этом колледже прекрасная театральная программа. Поэтому профильным предметом я выбрала театр, а параллельно понемногу изучала антропологию, философию, литературу, биологию».

Клоуз хотела быть актрисой, но не стремилась в кино. Ей нравилось играть на сцене. «Окончив колледж в 1974 году, – рассказывает она, – я стала ходить на все прослушивания и уже к осени получила работу на Бродвее. Правда, сначала меня взяли как дублершу. В труппе Phoenix в трех спектаклях я дублировала исполнительницу главной роли и заодно играла маленькую роль. А потом мне повезло: Хол Принс, который ставил “Любовью за любовь” Конгрива, уволил исполнительницу главной роли Мэри Юр, и я заняла ее место. Это было настоящее боевое крещение. Но пьеса сошла со сцены, и я из роскошной гримерной для звезд вернулась в свою убогую каморку на пятом этаже».

Театр, по словам Клоуз, остается для нее источником энергии и вдохновения. Актриса трижды удостаивалась «Тони» – высшей театральной премии США. Уже находясь на вершине голливудской славы, она согласилась рискнуть и выйти на сцену в мюзикле «Бульвар Сансет» Эндрю Ллойда Уэббера, где ей пришлось исполнять сложнейшие арии. Кроме Клоуз в роли Нормы Десмонд, стареющей кинозвезды, отчаянно цепляющейся за молодого любовника-сценариста, в этом мюзикле выступали только профессиональные певицы – Патти Лупоне, Дайан Кэрролл и другие. Чтобы подготовиться к роли, Клоуз долго занималась вокалом и, в конце концов, завоевала сердца зрителей и критиков.

«Да, я сексуальна»

В 32 года Гленн несколько раз снялась в телефильмах, а через три года получила первую роль в большом кино. Постановщик комедии «Жизнь по Гарпу», Джордж Рой Хилл, посмотрел одну из музыкальных постановок с участием актрисы, и этого оказалось достаточно. Вместе с Гленн снимались молодой Робин Уильямс и Джон Литгоу. Успех превзошел все ожидания: дебютантку сразу же номинировали на «Оскар», но в тот раз статуэтка ушла к Джессике Лэнг за «Тутси». После этого Клоуз еще пять раз будет бороться за «Оскар», но тщетно. Так что можно считать ее одной из главных оскаровских неудачниц.

Несколько лет Клоуз играла ангелочков – либо честных, добрых подруг главных героев, либо верных, понимающих жен, либо любящих матерей. Даже сыграв в «Зазубренном лезвии» героиню, которую обольщает Джефф Бриджес, она по-прежнему оставалась в сознании американцев совершенно несексуальной, холодной гранд-дамой. Но в 1987 году роль одержимой Алекс Форрест в «Роковом влечении» сделала ее самой обольстительной и эффектной злодейкой киноэкрана. Клоуз вспоминает, что режиссер Эдриан Лайн не мог представить ее в роли Алекс, и ей пришлось проходить кинопробы: «Я часто слышала о себе: “Да, она умеет играть, но разве она сексуальна?” Да, я сексуальна. Просто я не хожу по улицам с плакатом “Я – сексуальная личность!”»

Гленн замечает, что роль в «Роковом влечении» повлияла не только на ее кинокарьеру; Алекс Форрест изменила всю ее жизнь. «Она помогла мне освободиться от многих предрассудков и комплексов, – говорит актриса. – После съемок в “Роковом влечении” я ощутила настоящий катарсис. Этот фильм очень подействовал на меня. Я даже стала совершенно иначе одеваться. Раньше я, например, никогда не могла надеть кожаный плащ, не испытывая при этом чувства вины и дискомфорта». Эдриан Лайн говорил, что во время проб был потрясен актрисой: «Гленн оказалась невероятно чувственной. Я сразу понял, что для нее, привыкшей играть чопорных дам, этот фильм станет переломным».

Потом была роль маркизы де Мертей из мелодрамы «Опасные связи»: «Для меня это самая страшная книга после “Дракулы”. Там все построено на психологии. Актер должен любить своих героев, поэтому он неизменно становится субъективным. Я сумела встать на точку зрения маркизы де Мертей: она понимает, что женщины – жертвы по определению, но не хочет с этим мириться. Единственная власть, которой обладали женщины в те времена, была сексуальной, и маркиза использует эту власть до конца. Но, тем не менее, она жертва, потому что общество все равно наказывает ее за независимость и стремление вести себя по-мужски. Я полюбила маркизу де Мертей за то, что она сумела стать кукольником в царстве кукол. И я думаю, что у людей, в которых велик потенциал зла, не менее велик и потенциал добра. Вопрос только в том, какая чаша весов перевесит».

Хороший актерский коллектив собрал мэтр Дзеффирелли ради очередной экранизации «Гамлета». Хрупкую Офелию сыграла молоденькая Хелена Бонем Картер, принца – Мел Гибсон, а Гертруду, поддавшуюся обаянию своего деверя, – Гленн Клоуз. Всем известно, к чему привела эта страсть.

В чане с патокой

В начале 1990-х у актрисы было много работы на ТВ, хотя кино она не бросала. А на 1996 год приходится одна из самых известных ролей Клоуз – жестокая беспринципная Круэлла. Фильм Стивена Херека «101 далматинец» рассказывает о том, как злодейка Круэлла, решив сшить себе костюм из шкурок щенков пятнистых догов-далматинцев, попыталась украсть собак у их хозяев.

Однако звери, объединившись, ухитряются проучить ее. Ради возможности сыграть в буффонаде Гленн Клоуз в ряде сцен мужественно отказалась от услуг дублерш. По признанию актрисы, во время съемок она чувствовала себя не драматической актрисой, а цирковой. Ей пришлось лежать в снегу и грязи, играть на площадке перед хлевом и даже окунуться в чан с вязкой патокой!

«С высоты прыгнула в чан не я, а каскадерша, – вспоминает актриса. – У меня было желание рискнуть, но режиссер не позволил. Со мной снимали только крупный план. Меня погрузили в эту липкую гадость по шею, потом я нырнула с головой и по команде “Мотор!” вынырнула вся в патоке. Потом второй дубль, третий. В перерывах ассистентка поила меня водой из трубочки, потому что вытащить руки из патоки было невозможно. В конце концов, я почувствовала не просто отвращение к этому чану и к этой патоке, а настоящую клаустрофобию!» Однако самым страшным испытанием для Клоуз оказались не съемки «в липкой гадости», а сапоги и туфли ее Круэллы с каблуками высотой 10 сантиметров.

Вскоре Гленн Клоуз снялась в сатирической фантастической ленте Тима Бертона «Марс атакует!» в роли первой леди. «Это маленькая роль, – рассказывает она. – Джек Николсон выступил в роли президента, я сыграла его жену, а Натали Портман – нашу дочь, которая нас терпеть не может. Моя госпожа президентша в основном озабочена перепланировкой Белого Дома. И вдруг на нас нападают марсиане. Вообще-то мне в этом фильме почти ничего не пришлось делать – нужно было только сидеть на кушетке и смотреть по телевизору, как марсиане все уничтожают. Один раз Тим Бертон попросил, чтобы я опрокинула на себя чашку чая. Вот и весь “экшн”. После “101 далматинец” для меня это было отдыхом».

Любопытно, что сыгравшая животноненавистницу Де Вилл актриса на самом деле просто души не чает в четвероногих! В ее загородном доме под Нью-Йорком для собак – раздолье. Клоуз даже завела блог о питомцах знаменитостей и брала интервью у коллег, выпытывая подробности о «звездных» псах. Другая гордость артистки – коллекция нарядов. Ей нравится оставлять у себя костюмы, в которых она появлялась на экране.

«Нож Алекс Форрест висит на моей кухне»

Личная жизнь Гленн Клоуз ни в чем не уступала ее кинобиографии – успехов было много, но и без поражений не обходилось. После Кэбота Уэйда следующим (правда, неофициальным) супругом Гленн стал коллега, Лен Кару. Период с 1984 по 1987 – это замужество за Джеймсом Марлэсом. А вот дочь актриса родила от продюсера Джона Старка. Энни неуловимо напоминает Гленн Клоуз в молодости.

На 1995 год пришлась помолвка актрисы и Стива Бирса, но бракосочетание отчего-то не состоялось. Сейчас мужем звезды является Дэвид Шоу – с главой биомедицинской корпорации у нее был давний роман, а свадьбу они сыграли в 2006.

Большинство друзей актрисы – коллеги. «Я нахожу друзей только на работе, – говорит Клоуз. – Ведь на сцене ты зачастую беззащитна, и очень многое зависит от поддержки товарищей. Во время работы над спектаклем актеры становятся единомышленниками. Мы должны поддерживать друг друга, ведь жизнь так тяжела». «Помимо таланта Гленн привносит в спектакль то, что делает собрание актеров настоящей труппой, – говорит режиссер Джеймс Л. Брукс, который в 1991 году поставил на сцене пьесу “Бруклинская прачечная” с Клоуз в главной роли. – Ей нравится быть частью актерского ансамбля. Она охотно делит гримерную с новичками. У нее нет эгоизма звезды. В прошлые века это называлось хорошими манерами. Сегодня – чудом».

Клоуз говорит, что согласна на любой риск ради хорошего сценария, но никогда не зайдет слишком далеко. «У меня есть “правило одного пальца”: я согласна на один рискованный элемент, но не более того. Пусть это будет рискованный материал. Или режиссер, работать с которым – значит идти на риск. Но не то и другое вместе. Беда с режиссерами в том, что ты никогда не поймешь их, пока не снимешь первую сцену. Я хочу, чтобы меня уважали как актрису, чтобы режиссер умел подобрать для работы над фильмом хороших и умных людей. И еще я всегда надеюсь, что режиссер будет говорить мне правду».

Несмотря на крутой нрав и упрямый характер Клоуз, режиссеры любят ее, а коллеги-актрисы часто говорят, что именно она проторила дорожку для новых ролей и новых типажей. А что касается тех, кто ее не любит… «Первое, что видят люди, которые приходят ко мне домой, – огромный нож, который висит на кухне, – говорит актриса с ехидной усмешкой. – Это тот самый роковой нож, которым действовала Алекс Форрест. Я унесла его со съемочной площадки “Рокового влечения” и оставила себе на память. Пусть все знают, с кем имеют дело!»

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам Studio6ng.com, Fancy-journal.com

Поделиться.

Комментарии закрыты