Иван Лапиков: актер из народа

0

Он был не из тех, вокруг кого толпами клубились поклонники и о ком широко ходили сплетни.  Лапиков снимался у крупнейших режиссеров, но, быть может, не в самых главных ролях. Он был и народным артистом СССР, и лауреатом главных премий страны, но остался любим преимущественно вдумчивыми ценителями киноискусства.

«Жизнь родных – вот мой творческий материал»

Иван Лапиков родился 7 июля 1922 года в селе Горный Балыклей Царицынской губернии (ныне — Волгоградская область) в крестьянской семье. Позже, когда его спрашивали, как ему удается столь правдиво играть роли простых людей, он отвечал: «Жизнь отца, жизнь моих родных – вот и весь мой творческий материал».

В двадцатые года семья Лапиковых считалась крепкой, зажиточной. А потом власти объявили, что те – «кулаки», дядю Ивана посадили вместе с женой, отец тоже мог попасть в тюрьму, но избежал репрессий, переехав в другую деревню, а потом и в город. Однако Лапиков всю жизнь был напуган, что у него «плохая анкета», долгое время к нему относились с недоверием.

Учился он в Сталинграде. В заводском Дворце культуры имени Ленина в самодеятельном струнном оркестре Иван с увлечением играл на балалайке, записался в драматический кружок и оттуда уехал в театральное училище в Харьков. Окончить успел только два курса, так как началась война. Лапиков был мобилизован в батальон, строивший противотанковые заграждения под Сталинградом. Во время Сталинградской битвы Иван на рыбацкой лодке переправлял раненых через Волгу на другой берег, в тыл, и получил медаль «За оборону Сталинграда».

Еще в 1941 году Лапиков поступил в Сталинградский драматический театр, где прослужил больше двадцати лет. Там же в 1947-ом он познакомился со своей будущей женой Юлией Фридман, ее туда распределили после окончания Ленинградской театральной академии. Сыграли свадьбу, а в 1950 году родилась дочка Леночка. Первое время Лапиков с женой ночевали в театре, а девочка спала в чемодане с оторванной крышкой. Потом им дали комнату в бараке. Несколько лет пройдет, пока семья не получит собственную квартиру. Воспитанием Лены занималась бабушка, приехавшая из Ленинграда. Родители же были заняты в театре.

Переезд в Москву

Жизнь семьи изменилась, когда у Юлии Фридман резко начал падать слух. Для артистки это была настоящая трагедия: ей тогда было всего 35 лет, она играла в театре все ведущие роли. Но сказались последствия бомбежки, под которую Юлия попала во время войны, ее контузило. Какое-то время актриса старалась скрывать свою глухоту, пыталась читать по губам. Однако вскоре все раскрылось, из театра пришлось уйти. И Фридман решила, что не хочет больше оставаться в городе, где все ей напоминало о ее работе на сцене. Она стала настаивать, чтобы семья перебралась в Москву.

Муж не сразу согласился: в столице у пары не было никого из родных или друзей. Но Юлия не сдавалась. В конце концов, она уехала сама. Год Иван прожил один без жены, Лена все еще оставалась с бабушкой. А потом Лапиков понял, что нужно ехать в Москву – налаживать отношения. Вот тогда и решилась его судьба в искусстве. Фридман уже поняла, что на сцене ей больше не выступать, а потому решила стать помощницей Лапикова, заниматься его карьерой в театре и кино. Именно жена направила актера на прослушивания, заставила зайти на киностудию. Так в 1963 году Иван попал в труппу Театра-студии киноактёра.

А на киноэкране Лапиков впервые оказался в 32 года, в то время когда другие актеры уже начинают примерять на себя возрастные роли. Его первый эпизод в комедии «Запасной игрок» даже не указан в титрах. Далее следует еще пять эпизодических ролей. И только в 1964 году Владимир Монахов, у которого Лапиков позже еще дважды снимется в картинах «Про чудеса человеческие» и «Нежданный гость», пригласил его на главную роль. Социальная драма «Непрошенная любовь» была поставлена по рассказу Михаила Шолохова «Чужая кровь». Роль старого казака  Гаврилы, верой и правдой служившего когда-то царю-батюшке и в горниле Гражданской войны потерявшего сына, открыла киномиру Ивана Лапикова.

«Судьбоносный актер»

Режиссеры словно ждали его и обрушились со всех сторон с самыми лестными предложениями. И актер с готовностью окунулся в мир возрастных ролей, самозабвенно снимаясь ежегодно в трех-четырех картинах. Всего в творческом багаже актера 75 работ. Лапиков специализировался на ролях простых людей из народа, рабочих и крестьян, был мастером эпизода, ёмко и точно трактовавшим образы своих героев.

Ему было уже за сорок, когда пришла настоящая известность после выхода на экраны фильма Алексея Салтыкова «Председатель» по сценарию Юрия Нагибина. Критик Даль Орлов афористично подмечает, что Ленинскую премию за главную роль Егора Трубникова получил Михаил Ульянов, а Иван Лапиков за роль его брата Семена получил судьбу. «Братья-антиподы: один мучительно и неистово спасает-возводит колхоз, другой, разуверившись в пустопорожних обещаниях общего блага, окончательно отчаявшись, его покидает, собрав на подводу семью и нищий свой скарб. Одному подавай сплоченный коллектив и энтузиазм созидания, хоть и на развалинах, другой если и верит кому, то только себе, своим мосластым ухватистым рукам. Михаил Ульянов позже признавался, что как партнер Иван Лапиков был и радостен ему, и в определенном смысле страшен. Страшен, потому что, играя рядом с актером такой абсолютной психофизической правды, необходимо было дотягиваться до его уровня: “Такие актеры будто “тянут” тебя, помогают подняться выше”.

Бывают судьбоносные решения, судьбоносные поступки, бывали даже “судьбоносные” постановления партии и правительства. А Лапиков был судьбоносным актером. В том смысле, что, кого бы и что бы он ни играл, во всем облике его, взгляде, способном передавать бездну смыслов и чувствований, в сутуловатой, узкоплечей, крепкой фигуре его безошибочно прочитывалось не одно только сиюминутное состояние персонажа, а именно судьба. Долгая и непростая».

Не похожий на «артиста»

В 1966 году, на экраны вышел фильм Андрея Тарковского «Андрей Рублев». В этой картине Лапиков исполнил одну из центральных ролей — монаха Кирилла. Оператор фильма Вадим Юсов сетовал иной раз, как нелегко было снимать Ивана: он настолько проникался ролью, вживался в нее, что забывал указания, уходил за границы кадра – но все это ради достоверности и кинематографической правды.

«Иван Герасимович Лапиков был совершенно не похож на “артиста”, — вспоминал те дни Николай Бурляев. — Выглядел простым, русским, добротным деревенским мужиком, случайно забредшим в джунгли кинематографической элиты. К моменту, когда мы с ним познакомились на съёмках “Андрея Рублёва”, за его плечами уже был ошеломляющий образ брата в “Председателе”, с которым Лапиков ворвался в советский кинематограф. Всем без исключения было ясно, что в кино вспыхнула новая ярчайшая и самобытная планета. И хотя в “Рублёве” у нас не было прямого партнёрства в кадре, общих сцен, мы замкнули между собой вольтову дугу благорасположения друг к другу, безмолвное не иссякавшее уважение от начала и до конца».

Среди наиболее известных ролей Ивана Лапикова — дядя Коля в фильме «Наш дом», Борис Краюшкин в героико-патриотической драме Игоря Шатрова «Минута молчания», старый чекист в приключенческом фильме «О друзьях-товарищах», Панкрат Назаров в киноромане Краснопольского и Ускова «Вечный зов», дед Василий в фильме «Возвращение Будулая», старик-слепец в исторической драме «Борис Годунов», генерал Ермаков в телесериале «Моя судьба».

А еще, конечно, старшина Поприщенко в экранизации романа Михаила Шолохова роли: «Солдаты, главные герои картины — образы емкие, сильные. В них все есть. За ними — вся страна, весь наш народ стоит. И написаны все шесть точно, живо. Шолохов не сфальшивит. Он знает тех, о ком пишет. И мне эти люди близки. Я жил рядом, на Волге, и казачество знаю хорошо. Весь Сталинград с 23 августа по конец октября видел своими глазами.

Для героя моего, старшины Поприщенко, смерть и кровь не в новинку: за плечами у него уже четыре войны. Старшина — он и по возрасту самый старший. Солдатам он практически заменяет отца — воспитывающего и сурового. Суровый, потому что любит их всех — не сопливой, а большой, настоящей любовью человека, за которым стоит разумность прожитых лет, мудрость опыта».

Оператор Вадим Юсов вспоминал о съемках фильма: «Во время работы над шолоховской эпопеей я узнал Ивана Герасимовича как человека большой души, обладающего лучшими качествами, свойственными русскому народу. Никогда не забуду я неторопливых рассказов Лапикова, так органично вжившегося в образ старшины Поприщенко. Мне казалось, что я беседую не с актером, а с настоящим участником Великой Отечественной, защитившим Родину от иноземных захватчиков. И таким правдоподобным Иван Лапиков был во всех фильмах, в которых ему довелось играть».

Хотел помешать гражданской войне

«Он был очень участлив к окружающим, — рассказывала Юлия Фридман. — Но и любил уединяться — уезжал отдыхать с удочкой на островок возле Волгограда, жил в палатке. Нас с Леночкой никогда не забывал: чуть какая возможность вместе с ним на съёмки поехать — обязательно брал. А во время работы всё равно замыкался в себе, никогда ничего не обсуждал. Он очень гордился не столько разными государственными наградами и премиями, сколько медалью “За оборону Сталинграда” — сотни раненых переправил на рыбацкой лодке через Волгу. Тогда, во время Сталинградской битвы, не то что земля горела, вода полыхала».

В 1993 году режиссер Сергей Бондарчук попросил Лапикова выступить перед солдатами одной из воинских частей. Иван Герасимович отказался, так как чувствовал себя плохо и решил, что ехать не стоит. Но 1 мая в Москве прошла манифестация, актер увидел, как омоновцы избивают демонстрантов – и сказал жене, что считает своим долгом помешать гражданской войне в России, и поехал на встречу с солдатами. Его сердце остановилось во время выступления. Лапиков умер 2 мая 1993 года. На родине артиста в 2002 году был открыт музей его имени. А в 2003 году в Волгограде, на доме по улице Советской, 4, где Лапиков прожил больше 20 лет, установлена мемориальная доска.

«Иван Герасимович – артист, как говорят, милостью Божьей. Он не из тех, кто пришел в мир театра и кино, чтобы попритворяться да поприкидываться, – вспоминал Валентин Гафт. – Его фигура, голос, глаза всегда гармонировали с тем, что человек хотел сказать, о чем думал. Острота, ирония, гнев не были в нем самоцелью. Он все глубоко переживал. А играл он людей из народа, тех, на ком держится весь этот мир; людей, которые сеют и пашут, воюют и умирают, сражаясь за Родину».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Одна родина», «Русский предприниматель», Chtoby-pomnili.com, «Литературная газета»

Поделиться.

Комментарии закрыты