Кладоискатель: «Мой ежедневный улов – до 10 граммов золота»

0

Профессиональный кладоискатель, владелец единственной в России кладоискательской конторы Владимир Порываев рассказал об одном из аспектов своей необычной профессии – «пляжном поиске».

– Я не могу что-то не добывать. Когда у меня не было металлоискателя, все равно я не мог усидеть – крабов ловил, рыб догонял. А потом пришло вот это занятие, – вспоминает о начале своей карьеры кладоискателя Владимир. – Каждый год, уже более 15 лет подряд, я выезжаю в Крым в пляжный сезон и занимаюсь поиском «пляжного золота» – украшений, которые люди теряют, купаясь в море и загорая на пляже.

– Неужели теряют так много, что вы каждый день что-то находите?

– В наших традициях, собираясь на пляж, оставлять на себе минимум одежды и максимум украшений. А на пляже мало мусора, мешающего кладоискателю. В основном это ярлычки от банок и пробки от пивных бутылок. Конечно, иногда вместо золота находишь детские игрушки, женские заколки, столовые приборы и фольгу от конфет и сигарет, которую всегда надо разворачивать, – часто в нее-то и заворачивают самое ценное. Как-то я развернул фольгу, а в ней – 50 долларов.

Пляж и прибрежная зона – это скопление людей. А площадь здесь весьма ограничена. Обследовать есть смысл лишь те места, где люди загорают, и небольшую прибрежную зону там, где они купаются.

Количество находок распределяется примерно так: 70 процентов я нахожу в воде и 30 – на пляже. Мой ежедневный улов составляет до 10 граммов золота. Причем не только лома, но и золотых украшений в отличном состоянии. А кроме золота – современных монет рублей на 200.

– И куда вы деваете монеты?

– Если они долго лежали в соленой воде, то они блеклые, поеденные морем. Человек у вас их вряд ли возьмет. А автоматы принимают без претензий. В курортных местах всегда очень много автоматов – в них можно купить кофе, шоколадки, вытащить игрушку из игрального автомата. Мои дочки уезжают из Крыма с 10–20 мягкими игрушками каждая. Но монетки для меня – баловство.

– А что настоящее?

– Настоящее – золото. Ну и серебро, конечно. Что касается 30 процентов ювелирных украшений, найденных на пляже, то их теряют умные люди, которые знают, что они пойдут в воду, будет перепад температуры больше 10 градусов. Кровеносные сосуды резко сужаются. И чем больше, чем массивнее кольцо, тем проще оно теряется. Во время водных забав рвутся цепочки, расстегиваются сережки, но в первую очередь, конечно, моментально теряются кольца. Поэтому умные люди не идут в золотых украшениях в воду. Они их снимают, кладут в пачку сигарет или в задний карман шортов, заворачивают в покрывало и идут купаться. А когда выходят из моря, об этих своих действиях забывают. В традициях также обычай обильного возлияния на пляже. Когда о золоте вспоминают, по этому месту уже побегали детишки, или шорты надевали, чтобы сходить за сигаретами, и снова снимали, или вытряхнули покрывало от песка. В общем, в итоге все достается мне.

– Когда вы ходите по пляжу с металлоискателем, народ не волнуется?

– Конечно, когда на пляже есть люди, бывает, что я прошу их подвинуться. Под шезлонг не лезу, правила приличия стараюсь соблюсти. Но в основном, конечно, поиском на пляже лучше заниматься после 6–7 часов вечера, когда есть еще часа два до наступления темноты. А позже я использую налобный фонарик. На пляжный поиск подсели и две мои дочки.

– Сколько же им лет?

– Два года назад, когда они начинали, одной было четыре, а второй — одиннадцать. Старшая на суше обгоняет меня легко и непринужденно. А под водой она использует «детский» способ поиска – либо просто собирает украшения со дна, которые лежат на поверхности, либо становится вертикально и ластами размывает грунт. Если там есть монетки и украшения, они зазвенят, и останется их собрать сверху. Но это, конечно, баловство. В основном дочка лазает с моим прибором по песку. И знаете, Господь любит детей и пьяных… У меня самые лучшие находки были не в трезвом состоянии, и ей, как ребенку, иногда потрясающе везет, вплоть до найденных перстней с бриллиантами.

У меня однажды был интересный случай. Сижу на пляже и готовлюсь нырнуть. Надел пояс с грузами, нацепил ласты, приборы проверяю. Перед тем как идти в воду, надо обязательно проверить прибор – мало ли, вдруг он залился и не работает. Я подношу его к свинцовым грузам – пищит. Опускаю рядом на песок – пищит! Загребаю в пригоршню песок и вытаскиваю огромную золотую цепь с гигантским крестом. Нырять я в тот раз уже не стал. Но ныряю я благодаря второй категории отдыхающих.

– Как же теряют золото отдыхающие из второй категории?

– Они не такие мудрые люди, как первые, – идут в воду, ничего не снимая. В воде ныряют, кувыркаются, играют, топят друг друга, усиленно гребут руками. В итоге золото остается в море, и там его намного больше, чем в песке.

– Какова технология поиска?

– Наиболее благоприятное для поисковика покрытие – песок и мелкая галька. Для поиска в воде очень важно плотно лежать на дне, чтобы волной не гоняло тело. В воде находки распределяются примерно так – на глубине по пояс в основном находится детская бижутерия. Основные ценные находки идут полосой на глубине от «детской» до приблизительно одного метра 80 сантиметров. Дальше в основном тяжелые обручальные кольца тех, кто по-настоящему плавает. Ширина этих полос на разных берегах может быть разной, главное – глубина.

Монеты располагаются иначе – основная их масса напротив спуска с набережной на пляж. Также есть много монет в зоне волнорезов – перед отъездом люди подходят к морю, бросают монету именно из этих мест и уходят собираться в дорогу. В этих местах не нужен металлоискатель, можно просто руками разрывать грунт и доставать монеты. За один глоток воздуха я достаю до трех монет. На глубине двух метров работаешь на дыхании, никакие акваланги использовать невозможно, потому что приходится буквально лазать под ногами купающихся.

– И как купающиеся на это реагируют?

– Летом я бреюсь налысо и отращиваю бородку, так что когда неожиданно выныриваю в гидрокостюме и маске, народ от испуга кричать начинает. Ну и еще когда я неподвижно лежу на дне, народ тоже кричать начинает, что здесь утопленник, либо пытается за ласты вытащить на берег.

– А когда купающиеся оставляют вас в покое, как идет поиск?

– Когда работаешь на дыхании, главное – очень четкая локализация объекта. Для этого у меня в руке – белый камень. Например, я начал разгребать грунт, а мне не хватает воздуха. Я оставляю камень на месте, вдыхаю новый глоток воздуха и возвращаюсь к своему белому камню. Особенно это важно, когда море штормит, чтобы не отнесло на новое место. Из снаряжения у меня маска с диоптриями (поскольку я ношу очки). Для того чтобы мне комфортно было проводить под водой около 40 минут, у меня имеется гидрокостюм со специальными отверстиями для акваланга. Но это не обязательно. На пояс я укрепляю девять килограммов груза, чтобы мощно лежать на дне и не «колбаситься» от волны. Я ложусь на дно и потихоньку ползу. Передо мной – металлоискатель размером с две большие мыльницы, и я потихоньку мониторю перед собой грунт. Услышав трель, я разгребаю грунт, нахожу там монету или украшение.

– Искать можно только в море?

– Если зона поиска не море, а пруды, озера, купальные зоны, то там эффективность в разы больше. Море выбрасывает золото, а в прудах и озерах золото копится с 20–30-х годов. У меня были случаи, когда за один «заныр» длительностью 40 минут я поднимал шесть обручальных колец. Но работа эта серьезнее и сложнее – там больше ила.

– В вашу контору обращаются за помощью в поиске потерянных вещей?

– С просьбой найти потерю в воде – около десяти раз за сезон. В среднем нахожу около 70 процентов потерянных вещей. При этом мы оговариваем, что все, что я нахожу помимо этого, принадлежит мне. А потерянная вещь перед началом работы очень четко описывается. Например, однажды во время такой работы я нашел пять колец, а того, что было потеряно, не нашел, не получилось. Часто прямо на пляже подходили с просьбами – поищи. Находил, отдавал бесплатно. Так что не совсем я еще потерянный для общества человек…

Елена Киселева,
«Невское время»

Поделиться.

Комментарии закрыты