Людмила Белоусова и Олег Протопопов: «В 70 лет жизнь только начинается»

0

Легендарные фигуристы, покинувшие Россию 30 лет назад, 24 сентября 1979 г., никогда не думали возвращаться обратно. Тогда они не верили, что империя рухнет. И уезжая, прощались навсегда, увозили с собой самое ценное – коньки и костюмы. Да только в 2003 г. спустя 24 года, они снова вышли на лед России, покорив бывших соотечественников новой сольной программой. И сделали это не единожды.

Несмотря на столь солидный возраст, знаменитые фигуристы до сих пор ежедневно тренируются: стройной фигуре и подтянутости 70-летней Людмилы Евгеньевны (супруги, правда, просят называть их без отчества) позавидует любая 20-летняя девушка. Еще бы! Весит она всего 42 кг, а 75-летний Олег – 63 кг! Фигуристка, кстати, абсолютно не стесняется своего возраста!

Вот такой этот неувядающий дуэт двукратных Олимпийских чемпионов (Инсбрук-64 и Гренобль-68), четырехкратных чемпионов мира и Европы и шестикратных чемпионов СССР, на который до сих пор равняются фигуристы всего мира, искренне считающие, что их мастерство по сложности и виртуозности перешагнуло свое время далеко вперед.

Созданы друг для друга

Людмила Белоусова родилась в 1935 г. в Ульяновске, а потом ее семья переехала в Москву, где Люда с сестрой Раей с удовольствием занималась бальными танцами и каталась на хоккейных коньках. Посмотрев однажды фильм «Весна на льду», Людмила «заболела» фигурным катанием, и добилась на катке весьма неплохих результатов. Парным катанием она увлеклась совершенно случайно. Неожиданная встреча на катке с красивым парнем Олегом, коренным питерцем, с которым она выполнила в паре пируэт, заставила ее сразу же понять, что они просто созданы друг для друга. Эти же чувства овладели и пареньком, который до встречи с этой миниатюрной школьницей долгими армейскими вечерами уже мечтал о парном катании.

Получив аттестат зрелости, Людмила поступала в энергетический институт, но не добрала баллов и уехала в Ленинград, так как все ее планы на будущее уже были связаны только с Олегом и фигурным катанием. Правда, ленинградские тренеры встретили провинциалку из Москвы не очень дружелюбно, да и питерская погода не жаловала (то снег, то слякоть). Только Олег всегда находил для Люды нужные слова, чтобы строптивая девушка не бросила спорт.

А потом пришел 1958 г., который стал для этой пары воистину судьбоносным: фигуристы впервые вышли на Европейские и мировые первенства, поженились и ушли в «одиночное плавание» – полностью отказались от услуг тренеров и тренировались самостоятельно. Зато в их программах появилась такая техническая сложность, что позволила им конкурировать с сильнейшими парами мира. Настоящий же успех к ним пришел в 1962 г. на чемпионате Европы в Женеве и на чемпионате мира в Праге. С тех пор, до 1969 г., легендарная пара была первой везде и всегда.

Вот только их почему-то их не очень-то жаловало спортивное советское руководство. Слишком уж часто они отстаивали свои права, поэтому в чиновничьих кабинетах происходило немало неприятных скандалов. А скандалистов и правдоискателей, как известно, в бывшем СССР не любили.

Их просто продали…

Они тогда готовились к Олимпиаде-72 и собирались ехать в Саппоро. Фаворитами на тот момент были Роднина и Уланов, Белоусова и Протопопов рассчитывали на 3 место, так как на 2-е претендовали их ученики – Люда Смирнова и Андрей Сурайкин. Протопопов даже пытался убедить главного спортсмена страны Сергея Павлова: «Есть шанс занять весь олимпийский пьедестал почета! Нельзя упускать возможность». Наивные! Как оказалось, их никуда не собирались выпускать: «бронза» в парном катании была обещана команде ГДР за поддержку фигуриста-одиночника Сергея Четверухина. По сути их просто продали, хоть и в приличной форме. Уже тогда они поняли, что в этой стране рассчитывать не на что, только еще 9 лет, почему-то, продолжали питать иллюзии.

К тому же новая пара фигуристов Роднина-Уланов вихрем мчалась по льду, открывая эру высоких скоростей и сложнейших трюков. И все попытки Людмилы и Олега пробиться на самый верх пьедестала были тщетны: спортсменам было уже далеко за 30. Даже в Ленинградском балете на льду, куда они потом пошли работать, им тоже не давали спокойно жить! Проводили бесконечные профсоюзные, комсомольские, партийные собрания, без конца их учили жизни и клеймили позором…Что оставалось делать? Олегу на тот момент уже исполнилось 47 лет, в любой момент его могли отправить на пенсию (советских спортсменов отправляли в 38 лет).

Даже их имена на афишах никогда не выделяли, просто писали в списке кордебалета по алфавиту, мол, в стране дефицит бумаги, никто специально для вас ничего печатать не будет, а в глаза говорили: «Здесь вы никому не нужны». Правда, на гастролях во Франции информацию об олимпийских чемпионах набрали крупными буквами в самом центре афиши. Даже бумагу нашли, причем, быстро. А фигуристы взяли и из принципа не поехали. Дирекция театра была в шоке, однако рекламу не сняла, обманув французов…

Когда Театр на льду давал большое турне по всему миру, в аэропорту Монреаля (Канада) у них пропал чемодан с костюмами. Что делать? Вечером выступление. Они не переживали о том, что там лежали чемпионские медали и приз за победу на мировом первенстве — золотые коньки с бриллиантами. Для них самое главное было — костюмы! Организаторы нашли у одной 12-летней девочки красненькое коротенькое платьишко с талией под мышками, а Олегу костюм одолжил немецкий фигурист Зепп Шонмецлер. Правда, ростом он был поменьше, а потому штрипки на брюках не дотягивались до щиколоток, и рукава на пиджаке были коротки. Сам Олег окрестил свой наряд «жипердянчиком»! Зато в таком непрезентабельном виде они настолько грандиозно откатали свои «Грезы любви», что зал аплодировал стоя. Кстати, по предположениям фигуристов, чемодан пропал не случайно. В аэропорту грузчиками работали эмигранты из Украины. Возможно, они отставили чемодан в сторону, чтобы сорвать выступление. Видать, сильны были в то время антисоветские настроения в украинской диаспоре Канады.

Белоусова с Протопоповым постоянно пытались переломить ситуацию, даже попытались в КПСС вступить, чтобы иметь хоть какую-то защиту. Целых 3 года ждали очереди, но их так и не приняли. Сказали, мол, партия рабоче-крестьянская, среди кандидатов есть более достойные люди, чем вы. А потом таки преспокойненько выпихнули из большого спорта: советский строй никогда не прощал тех, кто пытался плыть против течения.

Вот фигуристы сами и решили круто изменить свою жизнь. По их собственному признанию, они просто воспользовались первым удобным случаем, так как решение приняли давно. Только никому ничего не говорили: проговорись они случайно, все могло бы рухнуть. Помимо коньков она взяла с собой швейную машинку, а он — книги по искусству и видеозаписи. Маме Олег позвонил уже из Швейцарии, и она сказала сыну: «Не приезжайте сюда как можно дольше».

А потом Олег проинструктировал родню, так как сразу после известия об их бегстве жилье в Питере опечатают, и близкие не успеют забрать ценные вещи. Так и случилось. Их имущество тут же национализировали, в их квартиру быстренько кого-то вселили, а гараж у помойки «подарили» дирижеру Е. Мравинскому.

Для всего «остального мира» они стали героями, а в СССР на них навесили ярлык «беглецов» и «изгоев». Имена их вычеркнули из всех советских справочников. Когда на Олимпиаде в Калгари в 1988 г. знаменитый дуэт участвовал в показательных выступлениях, как и другие чемпионы-олимпийцы, председатель Госкомспорта СССР Марат Граммов предъявил ультиматум: если Белоусова и Протопопов выйдут на лед, советская делегация церемонию проигнорирует. Зато в «Известиях» написали, что фигуристы собирались устроить в Калгари «политический скандал».

К слову сказать, в СССР гонорары за выступление у них были воистину смешные. За каждый выход на лед СССР получал колоссальные по тем временам деньги – $2,5 тыс! На руки же спортсменам выдавали 25 швейцарских франков. В 1977 г., например, за участие в шоу в нью-йоркском «Мэдисон Сквер Гарден» им заплатили за выступление $10 тыс. наличными, а в Госконцерте, куда они сдали валюту, им выдали по $53,25, в соответствии с утвержденной артистической ставкой…

«И дым Отечества нам сладок и приятен»?

Фигуристы вообще не думали возвращаться в Россию. Даже после перестройки, когда их уже вроде бы реабилитировали, перестали клеймить позором на каждом углу. Просто они хорошо знали, как советская пропаганда промывала мозги. Ведь страна по прежнему была под «колпаком»: все их звонки прослушивались, а письма перехватывались. Поэтому они свои послания подписывали чужими именами и отправляли через знакомых из других стран. Правда, мама Олега не считала нужным таиться и всегда рубила правду-матку: «Почему нашего Брежнева называют господином? Он же глава рабоче-крестьянского государства, пусть так и обращаются». Что интересно, связь тут же прерывалась. Кстати, свою маму Олег так и не увидел больше, она умерла в 1992 г.

Потом сестру Людмилы, Раису, все же стали к ним выпускать. А они по-прежнему не имели возможности попасть в Советский Союз. С видом на жительство они могли въехать в любую страну мира, кроме СССР – их обратно бы уже не выпустили.

Очень интересно у них проходило оформление швейцарского гражданства в 1995 г., которое они ожидали 16 лет. В отличие от прочих государств, в Швейцарии гражданство предоставляет не президент или правительство, а жители того города, где ты обитаешь. Поскольку фигуристы уже долго жили в горной деревушке Гриндельвальд (один из самых модных горнолыжных курортов мира с населением в 3 800 чел.), то жители их уже знали, поэтому на общем сходе и проголосовали за предоставление им гражданства (ни одного голоса «против» не было!).

Примечательно, но фигуристы так и не приобрели недвижимость: они просто арендуют апартаменты. Так проще и удобнее. И ностальгия их никогда не мучила. Если вдруг и начинали скучать по родной речи, то просто включали российские телеканалы.

Одно время кто-то усиленно распускал слухи, будто бы они просились обратно в Россию. Но такого не было никогда. Да и изначально они никуда не собирались уезжать. Олег Протопопов даже как-то сказал Екатерине Фурцевой, министру культуры СССР, звавшей их в Москву, что хочет умереть только в родном городе. Но, обстоятельства изменились. В какой-то момент они на Родине почувствовали себя, словно в тюрьме. И единственным способом вырваться была эмиграция.

«Нас помнят на льду»

После, несмотря на то, что они регулярно ездили на чемпионаты мира, абсолютно все бывшие коллеги обходили их стороной, как прокаженных. Общался с ними только давний друг и коллега Станислав Жук. В 1985 г. в Копенгагене он безбоязненно подошел к ним, обнял и расспрашивал о том о сем. На вопрос: «Не боишься нарваться на неприятности?» Жук оглянулся и громко рубанул: «Да пошли они все!» Видимо, позже в Москве ему объяснили политику партии, и через год Станислав смог только шепнуть на ухо: «Олежка, эти б***и не разрешают с вами разговаривать. Позвони, пожалуйста, вечером в отель». С Майей Плисецкой в 1981 г. фигуристы даже успели обменяться номерами телефона: ее тут же увели якобы на интервью, потом ночью часа 2 она им рассказывала, как ее душат в СССР. Зато Галина Вишневская всегда при встрече в Париже кормила их борщом, а писатель Василий Аксенов в Америке – биточками с гречневой кашей.

За кордоном фигуристы несколько лет работали в Американском балете на льду, выступали по приглашениям в США и Европе, а Международный союз конькобежцев наградил Людмилу и Олега призом Жака Фавара.

Они никогда и никому не позволяли управлять собой и всегда были слишком свободны. В словах, в поступках. Просто эмиграция стала закономерным итогом обретенной ими внутренней свободы.
Конечно, советское государство сделало все возможное, чтобы вычеркнуть фигуристов из памяти, будто их вовсе не существовало. К счастью, эта задача оказалась не по зубам даже такому государству, как СССР. Фигуристы, конечно, прежние обиды простили, но не забыли. Не зря ведь на Руси говорят: «Кто старое помянет, тому глаз вон. А кто забудет, тому два». Поэтому сегодня они готовы пожать руки всем, кроме Ирины Родниной. Существенный, видать, у них тогда конфликт произошел.

Что можно сказать о нынешних Людмиле и Олеге Протопоповых (Людмила уже в Швейцарии взяла фамилию мужа)?

Кататься они продолжают до сих пор, жить собираются до 280 лет (каждый!). На льду и в общении с прессой лидирует муж, а в семейных делах хозяйка – Людмила (Олег называет ее в шутку «мой министр финансов»). В доме действительно все держится только на ней. Даже хлеб она печет много лет сама по старинному деревенскому рецепту (грубая мука, вода, немного дрожжей и немного соли), и заставляет мужа жить по системе питерского доктора Волкова: здоровый сон, активный труд и правильное питание. Кстати, у них в семье не принято дарить что-то дорогое друг другу. Поэтому на ее 70-летие муж подарил только совместную тренировку и страстный поцелуй после нее.

Сейчас они счастливы. В декабре 2007 г. отметили «золотую» свадьбу, и теперь абсолютно уверены, что в 70 лет жизнь только начинается.

Спустя тридцать с лишним лет жизни за рубежом они ни о чем не жалеют. «Мы — счастливые люди. Нас помнят на льду. Нас видят на льду».

Подготовила Соня Тарасова

Поделиться.

Комментарии закрыты