Мишель Легран: «Я пишу музыку сердца»

0

Мишель Легран – человек чрезвычайно общительный, разносторонний, активный, открытый ко всему новому. Когда разговор заходит о музыке, то в его глазах загораются искры, даже несмотря на усталость. Каждое утро для Леграна начинается с чистого листа. «Я занят поиском новых ощущений, поэтому я все время разный».

Увлечение джазом

Он родился 24 февраля 1932 году в Париже в семье не менее известного французского музыканта Раймона Леграна. Мать Мишеля, Марсель Тер-Микаэлян, была пианисткой, происходившей из армянской семьи. И хотя семья Леграна жила общими интересами, музыкой, она распалась, когда мальчику было 3 года. С этого момента начинается грустный период жизни Мишеля – будучи маленького роста, он все время сносил нападки и побои мальчишек, поэтому в школу ходить не любил. А дома маленький Легран часто оставался один – матери приходилось много работать, и ее часто не было дома. Пианино было единственным другом мальчика, который слушал мелодии по радио, а затем пытался воспроизвести их на музыкальном инструменте.

Уже в 11 лет он поступил в Парижскую академию музыки, где обучался дирижированию у Нади Буланже, известной своими прогрессивными взглядами на организацию учебного процесса. Позже Легран получил классическое образование по классу фортепьяно в Парижской консерватории. В 1947 году ему посчастливилось попасть на концерт великого джазового исполнителя Диззи Гиллеси. Джаз настолько понравился Мишелю, настолько захватил его, что все последующее творчество будет неразрывно связано с этим направлением в музыке.

С начала 1950-х Легран писал музыку и занимался аранжировкой для нескольких французских шансонье. Как ни странно, но первым заказчиком был его отец – именно он попросил сына написать несколько произведений и аранжировок. Классическое образование вместе с увлечением джазом очень помогали в работе, позволили успешно начать концертную деятельность и в 1955 году выпустить свой первый, невероятно популярный альбом «Я люблю Париж», наполненный французскими мелодиями в обработке Леграна.

«Никто не Пиаф»

Благодаря успеху на родине и двухгодичному плодотворному сотрудничеству с Морисом Шевалье, в 1956 году Легран решил отправиться попытать удачу в Нью-Йорк, хотя это было и достаточно рискованно. Несмотря на свою молодость и относительную неопытность, Легран отлично вписался в американское джазовое общество, тем самым доказав, что не только американские музыканты и композиторы могут чувствовать джаз. Легран работал и был на равных с Диззи Гиллеспи, Стэном Гетцем, Биллом Эвансом. Впоследствии маэстро так оценивал те дни: «Джаз стал частью моей жизни, потому что я вырос среди его мелодий. Мне кажется, что джаз стал самым мощным направлением в музыке XX столетия, поэтому он также стал частью и моего сознания. Я не просто играю, а веду диалог с миром. Импровизация позволяет мне держать себя в форме и занимает мой ум, я чувствую себя молодым и полным сил».

Одновременно с работой над личными проектами, Легран старался создавать оркестровые ансамбли в Европе и Америке, но особенно это удалось сделать ему сразу по возвращению в Париж: им был создан оркестр, исполнявший не только джаз, но и поп-музыку. Как позднее заметил композитор, «необходимо было постепенно просачиваться в репертуар ведущих исполнителей». И он добился этого! К середине 1960-х произведения Мишеля Леграна исполнялись такими знаменитостями как Фрэнк Синатра, Элла Фицджеральд, Джек Джонс, Лена Хорн, Перри Комо, Джонни Матис, Джеймс Инграм.

Однажды Эдит Пиаф попросила Мишеля с ней поработать. Она сказала: «Прежде чем я умру, я хочу вновь записать 20 моих лучших песен. И хочу, чтобы вы дирижировали оркестром на моих концертах». Несмотря на усталость и болезненность Эдит Пиаф, начались регулярные репетиции. Было запланировано четыре концерта, но три из них пришлось отменить из-за плохого здоровья певицы, а вскоре она ушла из жизни. По мнению композитора второй такой артистки быть не может, потому что она была уникальной, неподражаемой певицей. «Никто не Пиаф», – говорил он не раз.

«Я никогда не забуду ее напутственных слов, которых придерживался всю жизнь, – вспоминает Легран. – Однажды накануне моего первого визита в Америку Эдит спросила у меня, люблю ли я США. Конечно, я ответил, что люблю, ведь это страна джаза, кино, больших надежд. На что мне Эдит сказала: “Наслаждайся своей поездкой, но не оставайся там надолго. Ведь если застрянешь в Штатах — потеряешь свой талант!”. Признаться, я не понял, о чем это она. Но позже, когда я в 70-х довольно долго жил и работал в Голливуде, понял, что слова Эдит стали для меня пророческими. Я осознал, что действительно могу потерять свой талант, ведь я оказался словно запертым в золотой клетке, после чего скоро вернулся в Париж».

Три «Оскара»

В конце 1960-х музыкант познакомился с Барброй Стрейзанд, когда она играла на Бродвее в «Смешной девчонке». Эта знакомство переросло в долгую и плодотворную дружбу. Позже американская певица специально прилетала в Париж для совместных проектов с французским композитором. Песня «Меня зовут Барбара», аранжированная Леграном и исполняемая оркестром под его управлением до сих пор считается настоящим хитом.

Мишель неоднократно отмечал в своих интервью, что с Барброй Стрейзанд приятно общаться и работать, потому что она из тех редких исполнительниц, которые способны украсить любую песню. Однако композитор подмечает и страх певицы перед ошибкой на сцене на глазах у публики, хотя как говорит сам Мишель Легран, «с её-то известностью она может делать на сцене что угодно. Она собирает самые большие концертные залы в мире. Но чем больше знаменит исполнитель, тем больше он рискует и тем больше боится рисковать».

В 1953 году начался новый виток творчества Мишеля Леграна – написание музыки для кинофильмов. Для него это совсем другая, необычная работа, занимаясь которой нужно хорошо понимать, что такое кино и не забывать, что ты сам – один из создателей фильма. Музыка в фильме – словно второй диалог, она должна быть дополнением к картине, подчеркивать настроение актеров, помогать донести неуловимое, тонкое, важное, но и быть интересной музыкально.

В 1960-е была написана музыка к фильмам «Лола», «Клео от 5 до 7», «Я люблю жить». Но настоящая слава пришла к маэстро, когда им были придуманы мелодии к двум кинофильмам Жака Деми: «Шербурские зонтики» и «Девушки из Рошфора». Легран – трижды лауреат премии «Оскар» в номинациях за лучшую песню и лучшую музыку к фильму. Он получил эту награду за работу над картинами «Афера Томаса Крауна», «Лето 42-го» и «Йентл». Композитор является лауреатом премий BAFTA и «Золотой глобус», на которую номинировался 8 раз, также три раза номинировался на премию «Сезар».

«У нас невероятная история любви»

В сентябре 2014 года Мишель обвенчался с актрисой Машей Мериль, урождённой княжной Гагариной. Они поженились, когда Леграну было 82, а Мериль — 74 года. «У нас невероятная история любви, которая началась еще 50 лет назад, – рассказывает композитор. – В 1964 году я прилетел в Бразилию на кинофестиваль и встретил в нашей французской делегации молодую девушку Машу Мериль. Между нами возникла огромная обоюдная симпатия — более того, мы страстно полюбили друг друга, но не могли быть вместе, ведь оба были несвободны. У меня была жена и дети, и я не мог их бросить, а у нее — жених в Италии, обязательства и обещания.

Словом, мы так и не смогли быть друг с другом как мужчина и женщина, и когда прощались, пообещали друг другу, что внутри нас любовь останется навечно. И вот спустя 50 лет мы снова встретились в Париже: она играла в одной постановке в театре, а я пришел на этот спектакль. На тот момент я был уже разведен. Я смотрел на Машу на сцене, а видел все ту прекрасную юную девушку, что встретил полвека назад. Я не сомневался в том, что люблю ее. Слава Богу, она ответила мне взаимностью, и мы очень скоро сыграли свадьбу. Кстати, я женат в третий раз, и это самая любимая моя жена.

Сейчас я могу признать, что, когда был молод, то не ощущал молодости, не знал, как нужно ее проживать. А сейчас я как никогда прежде понимаю, что на самом деле есть молодость. И уж тем более теперь понимаю, как ее прожить и прочувствовать до самого конца, до последнего вздоха».

У Леграна четверо детей: «В первом браке у меня родилась старшая дочка, а во втором браке сначала появились два мальчика, а потом девочка. Мальчиком я мечтал иметь много детей – столько, чтобы из них составился симфонический оркестр. А в оркестре, как вы понимаете, должно быть как минимум 80 музыкантов. Чтобы родить столько детей, мне понадобилось бы, наверное, 10 женщин».

Сыновья Леграна пошли по стопам отца и стали заниматься музыкой, а дочки отдали предпочтение спорту – одна из них чемпионка Франции по верховой езде, вторая – автогонщица. Подобная страсть к приключениям у детей Леграна в крови – сам композитор пилотирует личный самолет (ему нравится чувствовать себя птицей), управляет яхтой, занимается верховой ездой, играет в шахматы, теннис, не теряет интереса к жизни и откровенно наслаждается ею, считая, что жизнь и творчество – всего лишь игра.

«Я всегда готов к приходу вдохновения»

Легран до сих пор пишет прекрасную музыку, способную затронуть струны каждой души, а секрет мастерства композитора прост – надо все оттачивать до совершенства, заниматься с максимальной отдачей. Даже в свободное время Легран постоянно играет на рояле. Но работает Мишель именно за столом, хотя это может быть в любом месте и зависит от обстоятельств: «Я никогда не сочиняю, сидя за фортепиано, я пишу в тишине за столом. За инструментом у тебя только десять пальцев, а в воображении у тебя – бесконечность. Я слышу музыку в тишине. Есть музыка разума и музыка сердца. Я пишу музыку сердца. И создаю ее для тишины, а зрительный зал служит для того, чтобы сделать эту тишину более глубокой. Я всегда работаю с пристрастием». Когда композитор пишет музыку, то всегда старается работать на пределе своих возможностей. Он постоянно старается придумать что-то новое, удивить себя.

По словам Леграна, процесс создания концерта должен непременно приносить удовольствие ему самому, а для этого надо играть на таком высоком уровне, чтобы и музыканты и певцы рядом с ним тоже хорошо выступили. Только после концерта, на котором играешь с полной отдачей, появляется желание творить, создавать новые прекрасные произведения. По словам Мишеля Леграна «успех, который приходит после, – само собой разумеющееся» и это не может не доставлять удовольствия.

«Вокруг меня могут происходить катастрофы, разорваться атомная бомба – я этого не слышу и не вижу, я занят творчеством, – говорит композитор. – События моей личной биографии тоже мало влияют на мою музыку. Скорее процесс идет от обратного. Самые смешные и забавные сочинения я писал в самые трагические моменты своей жизни. И наоборот: скажем, “Шербурские зонтики” – это произведение, в котором много плачут. Но я писал его в моменты бесконечного счастья. Так что окружающая обстановка не имеет никакого влияния на мое творчество.

Я не могу сказать, как возникает мелодия. Скажу одно: я работаю бесконечно, процесс не прерывается ни днем, ни ночью. Я как завод, который работает в три смены и бесперебойно производит музыку. Что бы привести в качестве примера? Ну, представьте себе рекордсмена по прыжкам в длину, который все время тренируется, чтобы быть в хорошей форме. Скажешь ему: “Прыгни на метр шестьдесят” – и он тотчас же прыгнет. Или еще пример: колодец. Колодец наполнен водой до краев: вода всегда под рукой, достаточно подойти и зачерпнуть, сколько нужно. Я подобен колодцу: чем больше из меня черпаешь, тем больше музыки прибывает. Я всегда готов что-то создавать, сочинять. И поэтому мой колодец всегда полон водой. Но если я остановлюсь, если не буду работать все время, то создавать новое станет все сложнее и сложнее. Вода в колодце начнет убывать, будет плескаться где-то на дне, и достать ее будет нелегко. Есть, конечно, еще такое таинственное понятие, как вдохновение. Но, как говорил Пикассо, существует два типа художников: те, кто ищет, и те, кто находит. Я – из тех, кто находит. Я всегда в работе, и потому в любое время готов к приходу вдохновения».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам Dailyculture.ru, «Сегодня», «Невское время»

Поделиться.

Комментарии закрыты