Николай Добрынин: «Мой герой — фантазёр вроде Мюнхгаузена»

0

Только с третьей попытки он сумел обрести личное счастье. Два предыдущих брака распались, и лишь Екатерина смогла дать ему то, что артист искал всю жизнь – уютный дом, нежность, заботу и счастье отцовства.

«Я простой человек из рабочего города»

Николай Добрынин родился 17 апреля 1963 года в Таганроге, в самой обычной семье: его папа был милиционером, мама работала в торговле. Отец хорошо играл на баяне и всегда хотел, чтобы сын занимался музыкой. Поэтому будущего актёра отдали в музыкальную школу обучаться игре на фортепиано. Но сам Николай музыкантом становиться не мечтал: еле дотянул до последнего года обучения, а потом его всё же выгнали из музыкальной школы из-за разногласий с директором.

Зато Добрынину постоянно нравилось что-нибудь мастерить. Бабушка-цыганка научила его шить, когда мальчику было еще только четыре года. «И вот я шил мешки для картошки цыганским узлом и получал за это огромные деньги — 10 копеек, — вспоминает Николай. — У меня всегда были деньги. Стал работать с шестого класса. Все друзья уезжали в пионерлагеря, а Коля все лето сколачивал почтовые ящики. В седьмом классе работал грузчиком. Студентом я первый раз связал себя узами брака, и мой тесть мне сказал: “Женился на моей дочери — обеспечивай”. И я пошел трудиться в метро: четыре года там вкалывал. Днем учился, ночью работал. Я — дренажник 6-го разряда метрополитена. Перекрасил всю станцию “Библиотека имени Ленина”. Я не боюсь работы и многое умею. Я простой человек из простого, великого, провинциального, рабочего города Таганрога».

В Москву Добрынин перебрался, когда туда позвал его брат. Александр все же исполнил мечту отца и окончил музыкальную школу, потом – консерваторию и впоследствии стал одним из ведущих солистов Большого театра. Николай тоже мечтал выступить на сцене – но только ему хотелось быть актером. Он поступил в ГИТИС, а после окончания учебы пришел на прослушивание к Константину Райкину в театр «Сатирикон» и уже через полчаса был принят в труппу. Однако вскоре молодого артиста призвали в армию. Служил Добрынин в войсках ПВО, там он успел поставить два спектакля на радость всему гарнизону. А вернувшись домой, Николай перешел работать в театр к Роману Виктюку.

«У меня с ним все было: и разрывы, и скандалы, и примирения, — рассказывает Добрынин. — По жизни я с ним не дружил. Все актеры были у него дома, я — ни разу. Меня абсолютно не интересовала его жизнь. Он очень часто кричит актерам “браво, сына”, “гениально, доча”, “супер”. А через секунду Виктюк тебя сомнет, растопчет. Он очень редко смеется, совершенно не понимает анекдотов. А когда хмыкает и тихонько говорит: “Хорошо”, это лучшая похвала! Однажды мы репетировали сцену, где я кричу: “Господи, у меня, наверное, и детей никогда не будет. Потому что я много убивал”. Я запомнил на всю жизнь, как он сказал: “Нам с тобой больше ничего не нужно, ничего. Только репетировать, это такой кайф!” Впрочем, бывало, что я его ненавидел».

Добрынин настолько выкладывался в каждой роли, что ему стало казаться, что он просто выжег свою душу. Он играл Ирода в «Саломее», Понтия Пилата и Мастера в «Мастере и Маргарите», и каждый раз входить в образ артист уже не мог: «Я бы просто умер. И решил уйти из театра Виктюка. До этого ведь один раз чуть не доигрался до комы. Это было во Владивостоке, где во время спектакля у меня случилась клиническая смерть — остановилось сердце. В зале присутствовал лама, и он мне сказал, что я играю уже в зазеркалье и что если я буду так дальше играть, то доиграюсь». Так что Добрынин стал все больше времени уделять кино.

«Любовь – это адреналин в крови»

В карьере артисту везло, а в любви – не всегда. «В первый раз я влюбился в девушку на 4 года старше меня, — вспоминает Добрынин. — Обдирал у соседки все розы и уезжал к ней за 300 вёрст. Не зная адреса, по какому-то наитию находил ее окно. И она заинтересовалась мною, косолапым щенком, и бросила ради меня своего ровесника. Но, видимо, я действительно был юн и глуп, скоро она меня отшила. Большего горя я еще никогда не испытывал и даже хотел покончить с собой, но не хватило смелости. Тогда решил сменить обстановку и рванул в Москву. Самое интересное, когда прошли годы, она подошла ко мне и сказала: “Я любила тебя всю жизнь, но всё-таки правильно сделала, что бросила. Если бы ты остался со мной, из тебя ничего бы не вышло”. В юности я так не думал, а теперь понимаю, что она была абсолютно права. Я бы точно не поехал в чужой город в поисках счастья и не встретил свою вторую любовь – Оксану Баршеву. Будучи студентами ГИТИСа, мы поженились. Наш брак длился 7 лет. Сейчас она известная журналистка Ксения Ларина».

Расстались они, когда Николай влюбился в другую женщину – актрису Анну Терехову: «Я смотрел на неё с открытым ртом. Готов был расшибиться в лепешку, лишь бы она стала моей! У нас был страстный роман – мы же по гороскопу оба Львы. Конечно, семейная жизнь приземляет, но я старался сделать ее более романтичной. Мне нравилось приглашать Аню на свидания. Покупал цветы и ждал ее у метро». Все испортила ревность — Николай буквально испепелил себя. Когда Анна все же решила его оставить, Добрынин еще долго горевал об утраченной любви. Считал, что в отношениях с женщиной нужно быть Ромео, сколько бы лет тебе ни было: «Любовь – это дрожание рук, адреналин в крови, безумное желание и помутнение разума. С Анной у меня все это было. И я не думал, что может быть по-другому, пока не встретил стюардессу по имени Катя».

Целых семь лет Екатерина Комиссарова была просто поклонницей Добрынина, ходила за ним по пятам, а он ее не замечал. «Мне многие девушки дарят цветы. Я с благодарностью их принимаю, но не обращаю на них особого внимания, — признается артист. — Кстати, Катя всегда обижалась. А потом все как-то само собой произошло. Я спросил ее как-то: хочешь французского вина? Поехали! Ехали, ехали, приехали. Наутро я проснулся в совершенно чужой квартире. Позвонил Кате на мобильный. Она была в аэропорту. “Вы знаете, — сказал я, — я в вашей квартире проснулся”. — “Ну и очень хорошо”, — ответила она».

В Екатерине есть одно качество, которое Николай очень ценит в женщинах – домовитость. Сам артист очень много работает, и ему стали необходимы домашний уют и тепло. Первое время в отношениях с Катей он чувствовал себя наставником – любимая была на 15 лет младше, вот Добрынин и учил ее жизни. Теперь сам учится у нее – мудрости, терпению. И ему даже не верится, что он когда-то отказывался жениться на Кате.

«Я страшно не хотел официально оформлять наши отношения, ведь два моих предыдущих брака закончились разводами, — признается Добрынин. – Екатерина не настаивала. Но однажды ее бабушка взмолилась: “Пожалуйста, не позорь внучку!” А после свадьбы я поймал себя на том, что стал любить ее еще больше. Все-таки официальный брак, в отличие от гражданского, дает какой-то магический эффект. Для женщины, зовущейся женой, хочется делать в сто раз больше».

«Живу одним днем, и мне хорошо как никогда в жизни»

Несколько лет назад в семье появилась дочка Нина, и Добрынин уверен, что это был Божий промысел. Рождения ребенка они с Катей ждали целых 12 лет. «Доходило до отчаяния, мы не понимали, почему у нас ничего не получается с ребенком, хотя со здоровьем все в порядке, — говорит актер. — Наверное, суета во всем виновата. Я много снимался, за несколько лет у меня не было ни одного выходного! Такая гонка не на пользу семейной жизни». Счастливые перемены начались с того, что Добрынин получил предложение стать одним из ведущих программы «Планета православия». Ему предстояло объехать христианские святыни – монастыри в Грузии, Сирии, Турции, Ливане. Условия были непростые: съемки по 14 часов в день, частые перелеты, но артист чувствовал – он должен это сделать!

Однажды очутился под Дамаском, в монастыре Святой Феклы. Разговорился с настоятельницей и в сердцах пожаловался: «Огорчает в жизни одно – не дает нам с женой Бог ребеночка». Тогда матушка взяла Николая за руку и отвела в келью – с пола до потолка та была увешана золотыми украшениями. Это были дары благодарных посетителей. Оказалось, в этот монастырь бездетные христиане со всего мира приезжают вымаливать, чтобы у них появились дети. Перед отъездом домой женщинам повязывают на талию вязаные шнурочки, которые нельзя снимать, пока не наступит долгожданная беременность. «Не то чтобы я поверил в возможность чуда, но надежда затеплилась, — рассказывает Николай. — Вернулся в Москву, повязал Кате на талию веревочку, а через месяц – известие: мы забеременели! Я говорю “мы”, потому что все симптомы ощущал на себе. Когда у жены был токсикоз, меня тоже подташнивало, когда она жаловалась на ломоту в пояснице – скручивало и меня».

И все же тот период был самым счастливым в семейной жизни артиста. Только выпадал перерыв в работе – он мчался в магазин выбирать кроватку, коляску, одежду. Хотя многие считают это дурной приметой, Добрынин не боялся, думал только об одном – как облегчить жизнь жене. Вот только рожала Катя без него – актер в это время ехал в поезде на съемки: «Когда она позвонила и сказала уставшим голосом: “Я все”, – бухнулся на колени и простоял так в молитве до самого вокзала. И сейчас постоянно таскаю с собой пачку фотографий моих девочек – Нины и Кати. На жену налюбоваться не могу: когда она смотрит на дочку и улыбается, у меня душа ликует: “Какая она красавица!” Такую улыбку, как у нее, видел только на картинах старых мастеров. Не знаю, сохранится ли наша идиллия и дальше, не стремлюсь загадывать, просто живу одним днем, и мне хорошо как никогда в жизни».

Возвращение к гайдаевским комедиям

Свою семью Николай привозил и в Киев, когда работал одновременно над «Сватами» и «Байками Митяя». А отмечать свой день рождения на съёмках на Украине стало уже доброй традицией: «Мне очень запомнилось, как меня поздравила съёмочная группа фильма “Байки Митяя”. Накрыли большой стол, а по деревенской улице разъезжала машина, которая приглашала всех жителей деревни на наш праздник. Получилось весело».

Сам фильм «Байки Митяя» Добрынин называет возвращением к гайдаевским комедиям: «В одной из историй мой персонаж попадает на Кубу, в другой — во времена горбачёвского “сухого закона”. Он пробует быть президентом, сумасшедшим профессором и даже парфюмером — по Зюскинду. Всё это позитивные короткие истории с хорошим концом. А мой Митяй — фантазёр вроде барона Мюнхгаузена.

Когда я пришел сниматься в этом сериале, я даже себе представить не мог, в какую лаву профессий мне придется окунуться. Кроме того, ради этой роли мне пришлось бросать пить, курить и начать серьезно заниматься спортом. Потому что в этом сериале мне пришлось бегать, прыгать, исполнять всяческие трюки, овладеть всеми видами транспорта, не бояться никаких животных (крокодилов, страусов, удавов, игуан) и при этом спать по два часа в сутки. Но я все это выдержал благодаря такой замечательной съемочной группе. На площадке мы были все, как одна семья. Поверьте, такое редко бывает». Кстати, артист Александр Игнатуша после съемок благодарил Николая не столько за актерские способности, сколько за человеческие качества. Дело в том, что во время съемок тот спас его жизнь в прямом смысле этого слова — вытащил из-под колес бобика, который сорвался с закрепленных тросов и покатился на лежащего актера.

Работы сейчас у Добрынина очень много, занят практически круглосуточно, и каждая смена — по 12 часов. Сейчас на экраны выходит остросюжетная историческая драма «Отрыв» с его участием. Действие фильма происходит в лагере строгого режима в 1947 году, Николаю досталась роль вора в законе. «Кроме того играю следователя в фильме “Шериф-2”, занят на съёмках “Василисы Кожиной”, — говорит актер. — Это история любви русской Жанны д’Арк, крестьянки Василисы Кожиной, и французского офицера Блие на фоне кровопролитной войны 1812 года. Но если я не съемочной площадке, то каждую свободную секундочку я всё же посвящаю своей семье!»

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Зеркало», «Сорока», «Звёздный бульвар», «Дуся»

Поделиться.

Комментарии закрыты