Ольга Чкалова: "Папа ложился спать с револьвером под подушкой"

0

Дочь знаменитого советского летчика Валерия Чкалова — Ольга Чкалова рассказала, почему причины его гибели до сих пор не раскрыты, о 45 поломках в его самолете, о том, где сейчас прячут подарок Сталина. А еще — о даче, которую хотят отнять, и духах жены Булгакова.

Известный советский летчик Валерий Чкалов прожил короткую жизнь, но она была такой яркой и насыщенной, что ее хватило бы на несколько биографий. Он был любимцем Сталина, встречался с Рузвельтом, Берия считал его своим врагом, а Марлен Дитрих просила у него автограф. Валерий Чкалов совершил в 1937 году первый беспосадочный перелет через Северный полюс из Москвы в Ванкувер, пишет Segodnya.ua.

Летчик погиб в 34 года: он разбился во время испытаний нового самолета в Москве. Обстоятельства этой трагедии даже спустя 77 лет остаются одной из главных загадок в истории советской авиации.

— Ольга, ваш отец, известный советский летчик-испытатель Валерий Чкалов, прожил 34 года. Как думаете, почему спустя столько лет его имя не забыли?

— Ну, во-первых, во Второй мировой войне сражались на самолетах, которые испытывал папа, — И-16. Потом были перелеты, которые принесли большую пользу стране, показав, что она тоже может делать летательные аппараты, что есть люди, которые могут управлять ими. Но самое главное — его личность: он был неординарным, способным и обаятельным. Это его врожденные качества. Он очень любил людей, умел найти с ними контакт, заинтересовать. Время от времени я читаю воспоминания известных людей и часто встречаю хотя бы полстранички, которые посвящены встречам с отцом. Значит, эти встречи остались в памяти человека на долгие годы, раз он их изложил на бумаге.

Папа с детских лет грезил самолетами. В 14 лет увидел гидросамолет на Волге и — "заболел". Хотя он работал на тот момент кочегаром на пароходе, все равно стремился к летному делу. Он посвятил этому всю жизнь, пусть и очень короткую. Он много чего успел и пережил. Это было не поступательное хождение к славе и почету, а взлеты и падения. Жизнь была к нему жестокой в какие-то моменты, но его стремление и желание побеждали все. В том числе, конечно, благодаря своей жене, моей маме, которая была необыкновенным человеком. У истории нет частицы "бы", но, может быть, если бы ее не было в его жизни, он бы не стал тем, кем стал.

— О Валерии Павловиче и его гибели написано очень много; ваша сестра и мама выпустили по книге. Остались ли сегодня факты в биографии Чкалова, которые и для вас остаются тайной?

— Моя сестра Валерия писала книгу о папе по документам, которые ей удалось отыскать, работая в архивах. Думаю, конечно, какие-то вещи неизвестны еще и потому, что ушли люди, которые были свидетелями тех событий. В остальном же подавляющее большинство документов она просмотрела. Что касается его гибели, то Валерия писала, что перед полетом Берия написал Сталину, Молотову и Ворошилову служебную записку о том, что, по его агентурным сведениям, самолет И-180 не готов к испытаниям, там огромное количество недоделок, но вылет самолета назначен, и вести его будет Герой СССР Чкалов. Реакция была такой: испытание до ликвидации всех недоделок было решено не отменять, а вместо этого… просто перенесли дату.

— Валерия рассказывала, что в самолете насчитали 45 неисправностей!

— Более того, с мотора были сняты жалюзи. Когда представитель моторного завода увидел это, то запретил вылет. Почему эти испытания все-таки состоялись, сказать трудно.

— А как считала ваша мама, единственная любовь Чкалова, ленинградская учительница Ольга Орехова? Случайность ли это или спланированное убийство?

— У нее не было окончательного мнения. Но она допускала, что это было неслучайно.

— Вы родились через семь месяцев после гибели Валерия Чкалова. Как быстро поняли, что вы — дочь такого известного человека?

— У нас дома был культ папы. Мама сумела для нас, детей, сделать так, что отец жил с нами— мы всегда ощущали его присутствие. Я никогда не чувствовала себя сиротой. Хотя я никогда не видела отца, но очень его люблю. Я много знаю о нем из рассказов людей, которые бывали у нас в доме. В нашей семье всегда отмечались две даты — день его рождения и день гибели. У нас дома устраивалось застолье, приходили друзья, вспоминали, разговаривали, общались. На стол ставили красное вино и водку. Мама делала заливную рыбу и пекла пироги с капустой и свой коронный — лимонный.

— Правда, что его любимым блюдом были пельмени? Говорят, он был готов есть их круглый год — зимой и летом.

— Да, пельмени он действительно очень любил. Его сестра Софья Павловна рассказывала, что еще когда отец был пилотом Горьковского авиационного завода и по работе прилетал к ней, она бежала на кухню лепить пельмени.

— Ваша мама потеряла мужа, будучи уже беременной вами. Знал ли папа, что у него будет еще одна дочка?

— Тогда невозможно было узнать пол малыша — медицина не была такой передовой. К счастью, у мамы все прошло хорошо. Хотя врачи волновались, думали, что родится очень нервный ребенок. Мама мне говорила, что после родов (а они были тяжелыми) к ней пришел врач и спросил: "У вас все дети такие спокойные?". Видимо, здоровый организм отца и матери сказался. Но маме все равно было невероятно тяжело. В семье кроме меня было еще двое детей, и она должна была думать обо всех. Она рассказывала мне, что когда наступал вечер, она шла к Кремлевской стене, где похоронен папа. У нее была потребность постоять, поговорить с ним…

— Дочь маршала Жукова Эра рассказывала, что вся семья была против захоронения их отца в стене на Красной площади: они называли ее братской могилой. Но с ними не хотели даже разговаривать. Ваша мать не возражала по поводу похорон мужа в этом месте?

— Я думаю, ее разрешения тоже не спрашивали.

— К вам в дом приходило много известных людей. А кого вы особенно запомнили? Говорят, у вас бывал даже писатель Алексей Толстой…

— Толстой как раз не приходил. Отец с ним дружил, они общались, но после гибели папы он к нам не приходил. Бывал Иван Козловский, он очень хорошо относился к нашей семье. Мы ходили на его день рождения. Было много коллег-соратников: летчик-испытатель Алексей Байдуков, штурман Александр Беляков. Сейчас мы поддерживаем отношения с их потомками. Эмма, дочь Байдукова, жива, дочери Белякова уже нет, но с его внучкой Анечкой мы в хороших отношениях.

Когда после гибели отца началась Великая Отечественная война, нам один человек помог уехать из Ленинграда в эвакуацию. Мама забрала и свою сестру. Мы были еще маленькими, а два моих двоюродных брата вообще родились в 41-м. Так что кроме друзей вокруг нас были и незнакомые люди, которые помогали в трудных обстоятельствах.

— Жизнь у Чкалова была непростой — покушения, тюрьма… Но сам он говорил, что его словно вела какая-то невидимая рука, помогая ему остаться живым. Был у него ангел-хранитель, талисман, который его оберегал?

— Нет, ничего такого не было. Талисманом была мама. Она его никогда не бросала в трудную минуту, поддерживала и вселяла в него веру в себя.

— С другой стороны, она сама признавалась, что, как жена летчика, всегда была готова к любым поворотам судьбы.

— Человек не может жить и все время думать, что его близкий уже не вернется — так можно с ума сойти! Во всяком случае, от мамы я не слышала, что она всегда была готова к его гибели. Она понимала, что означает его профессия. Когда они поженились, отец просил ее не отговаривать от полетов и вообще к нему не приставать. Мама страшно переживала, когда он уходил на испытания, но никогда ему ничего не говорила, чтобы он не бросил это дело.

— О встрече вашего отца с актрисой Марлен Дитрих известно многим, но без подробностей. Правда, что Марлен попросила у Валерия Павловича автограф?

— Там очень много накручено. Романа между ними точно не было. Действительно, они были знакомы — ехали из США на одном пароходе "Нормандия". Там Марлен и взяла у него автограф. Они на корабле были почетными гостями, общались. Когда прибыли во Францию, их встречало много народу. Марлен подумала, что встречают ее, а оказалось — папу. Когда им преподнесли цветы, отец вынул розы из своего букета и подарил их Дитрих.

— А за что член Политбюро ЦК Лаврентий Берия так ненавидел Чкалова?

— Были разговоры, что Сталин предложил отцу место наркома НКВД, но никаких достоверных подтверждений этому нет. Мама говорила, что отцу была предложена государственная должность, но он ответил отказом, считая, что его дело — летать. И после народного комиссара СССР Николая Ежова на этот пост был назначен Берия. Но это никоим образом не пересекалось с отцом — видеть в нем соперника Берия не мог. Он занимался своим делом и не стремился ни к какой государственной службе, поэтому все эти разговоры — лишь досужие домыслы.

— Сталин подарил вашему отцу свой самолет, на котором он возил вашу сестру, брата и маму. Где сейчас хранится его презент?

— В музее города Чкаловска, в Нижегородской области. В доме, где родился отец, открыли его музей, рядом построили ангар — там подарок Сталина и стоит. На него можно не только посмотреть, но и потрогать. В этом ангаре находятся и другие самолеты, на которых папа совершал свои первые перелеты: И-15, АМТ-25. Там же стоит и отцовская машина — ему подарили ее за перелет в Америку.

— При жизни Валерий Павлович считал себя богатым от народной любви. А насколько он был независимым финансово? Оставил ли после себя какие-то деньги?

— Мама после его смерти получила страховку: жизнь летчиков-испытателей всегда страховалась. Рспоряжением Совета народных комиссаров нам оставили ту квартиру, в которой наша семья жила при его жизни. Дали дачу, машину. Плюс к этому мы получали папину пенсию, но она была гражданская, а не военная, поэтому деньги там были небольшие.

— В одном из интервью вы говорили, что есть вероятность, что дачу у вас могут забрать. Уже намекали на это?

— Нет, пока она существует. Но ее судьба в дальнейшем неизвестна. В квартире Чкалова в центре Москвы сейчас живет семья моей покойной сестры Валерии. Кстати, там и сейчас есть кабинет папы — он сохраняется в том виде, в котором был при нем. Когда была жива мама, к нам, как в музей, приходили школьники. На доме висит мемориальная доска. Усилиями моей сестры там были еще повешены доски Байдукову, Белякову, которые жили с нами на одной лестничной площадке. Кстати, в одном доме с нами жил композиторы Сергей Прокофьев, Давид Ойстрах, художники Кукрыниксы, летчик Сергей Данилин.

— Известная фамилия облегчала вам жизнь?

— Наверное, да! Во всяком случае, особых страданий по этому поводу я не испытывала. Я занималась в своей жизни очень конкретными делами — разработкой полевых транзисторов. Фамилия мне в этом никак не могла помочь. Если бы пошла в общественную или политическую работу, может, было бы иначе. Но мы с сестрой пошли по другому пути. Реагировали на нас по-разному: кто с интересом, кто — с осторожностью. Сейчас я уже на пенсии, 40 лет отработала. Муж — физик, академик, директор института, дочь — кандидат биологических наук. Внучка окончила институт информатики и информационных технологий, сейчас решила получать второе образование, поехала оканчивать магистратуру в Брюсселе, знает много языков. Сейчас жизнь изменилась — молодежь пущена в свободное плавание. У нас все было не так: нужно было окончить школу, поступить в институт, пойти работать. Брат закончил академию Жуковского. Да и мама у нас была человеком образованным, филолог по специальности, училась в Ленинграде, в Герценовском институте. Она окончила курсы журналистики, иногда подрабатывала — писала рецензии на книги.

— В школе знали, чья вы дочь?

— Конечно, но я не помню, чтобы это играло какую-то роль. Я начала учиться после войны, в 46-м. Тогда многие были без отцов. Мама была в родительском комитете; пользуясь знакомствами, устраивала благотворительные концерты в пользу детей без родителей. Потом этот комитет покупал что кому нужно было — кому ботинки, кому одежду. К ней на эти концерты шли хорошие артисты. Она сделала много добрых дел — была в Москве депутатом городского совета, ее вовлекли в эту общественную жизнь после гибели отца. У нее был день приема в домоуправлении. Люди чувствовали ее полное бескорыстие и желание помочь.

— Вашу сестру назвали Валерией в честь папы?

— Да. За испытания самолета И-16 он получил свой первый орден Ленина. Вместе с папой эту награду получил и конструктор Поликарпов. Это было 1 мая 1935 года. Папа называл этот орден выстраданным. А сестра родилась через 10 дней после этого. В честь всех этих событий ее и решили назвать Валерией.

— Много раз слышала выражение "чкаловский характер". Каким он был у вашего отца?

— Папа был очень прямым человеком, высказывал свое мнение и не боялся этого делать. Из-за этого у него было много неприятностей. Еще у отца было две крайности: то все хорошо, то все совсем нехорошо.

— Мама не ревновала папу, когда он стал известным? Ведь вокруг него наверняка увивалось много женщин. Не было боязни, что уведут из семьи такого мужчину?

— Маме все время звонили разные женщины и говорили, что у ее супруга есть внебрачные дети на стороне. Папа говорил: "Дети? Привозите сию минуту!". И на этом все заканчивалось. Мама была очень умным человеком, я никогда не слышала от нее, чтобы она ревновала, скандалила.

— Рассказывали, что Чкалов из командировок привозил домой не подарки, как это обычно принято, а мешок картошки. У вас была нехватка этого продукта или он был такой заботливый хозяин?

— Ну, если он был где-то в командировках и там была хорошая картошка, а в Москве она была хуже, то он мог и купить. Если вспомнить те времена, то с продуктами всегда было сложно. А вот из Америки папа привозил подарки. Кстати, в музее хранится платье, которое он привез Лере, и духи маме — "Мицуки" называются. До сих пор помню этот флакон, который у нас хранился. Духов уже не было, а флакон все равно стоял… Как я потом узнала, это были любимые духи Лили Брик и последней жены Булгакова Елены. Еще папа привозил много пластинок классической музыки, они до сих пор живут в нашей семье.

— У вас дома была помощница по хозяйству?

— Да. Они были и при папе. Когда он был жив, конечно, мы жили лучше — летчикам-испытателям платили хорошо по сравнению, например, с рядовыми инженерами. А когда его не стало, к нам домработницей пришла Мария Ильинична Дюжева, мы ее называли Маруся. Она прожила с нами всю жизнь. Мы ее и сейчас вспоминаем — очень мудрая была женщина. У нее было всего два класса образования, но она была исключительно интеллигентным человеком. Жили мы очень скромно — на пенсию. Была, правда, папина машина, которой пользовалась мама.

— Несколько лет назад на экраны выходил фильм про вашего отца — "Чкалов". Сценарий к нему написал Алексей Поярков, а вашего отца сыграл Евгений Дятлов. Знаю, что вам эта картина не понравилась…

— То, что вышло, сделали просто какие-то бандиты, которые все переврали! Но зато совсем недавно у нас вышел 4-серийный фильм, его сделали Валдис Пельш и муж внучки летчика Георгия Байдукова, Оли, телеведущий Дмитрий Хаустов. Фильм документальный, он рассказывает про три перелета — Чкалова, Громова и Ливаневского. Когда я узнала, что собираются делать эту картину, позвонила Валдису и попросила сценарий. В отличие от предыдущих мерзавцев, сценарий мне показали: я посмотрела, сделала замечания. Хотя потом сценарий разросся, сначала он был значительно меньше. Они ездили снимать в Чкаловск.

К слову, с предложением снять фильм о папе ко мне обращались и американцы, но дальше разговоров дело не пошло.

— В Киеве на улице Гончара есть небольшой сквер Чкалова, где стоит памятник вашему отцу. Вы его видели?

— Нет, я даже не знала о его существовании… Сама я, когда была в Киеве, видела только мемориальную табличку.

— Скажите, а папа вам снится?

— Нет, ни разу за все эти годы. Снился ли он маме? Не знаю. Она старалась нам не рассказывать, чтобы лишний раз не расстраивать.

Поделиться.

Комментарии закрыты