Поль Пуаре: первая жертва моды

0

Все, что носят женщины сегодня — балетки, манто с рукавами-кимоно, юбки-шаровары, «греческие» шлепанцы – придумал французский модельер Поль Пуаре. От его нарядов теряли головы и француженки, и американки, и даже русские княгини. В год столетнего юбилея его триумфального визита в Россию, в сентябре 2011 года в Музеях Московского Кремля открылась выставка «Пуаре – король моды».

Дом шика и роскоши

Путь Поля Пуаре к славе был необычайно быстрым. Он родился в 1879 году в Париже в семье лавочника. Уже в детстве мальчик проявлял незаурядные способности к рисованию, но свою карьеру начал как продавец зонтиков, в чем, правда, не особенно преуспел. В это же время, в возрасте 16 лет, он начал предлагать свои эскизы женских платьев лучшим парижским домам мод, и самое интересное, его не гнали, а всегда внимательно изучали его предложения.

Едва Полю исполнилось 17, он получил работу в лучшем парижском салоне моды под началом великого кутюрье Жака Дусе, много работавшем с ведущими французскими актрисами театра. Дусе, то ли проявив большую смелость, то ли уже устав от дамских капризов, поручил юноше обслуживать своих самых непростых клиенток – актрис Сару Бернар, Мистангетт и Габриэль Режан, деливших между собой столичную сцену и славу элегантнейших женщин Парижа. В своей книге «Одевая эпоху» Пуаре с умилением вспоминает свое первое самостоятельное произведение, в буквальном смысле сочиненное для спектакля «Заза», в котором блистала Режан. Двойная широкая накидка-манто из черной тафты и тюля была от руки расписана белыми и сиреневыми ирисами. Позднее он одевал танцовщицу Иду Рубинштейн, аристократок и певиц кабаре, русских великих княгинь и дам полусвета, придумал сотни оригинальных туалетов — от девически нежных до умопомрачительно экстравагантных для парижан того времени. Однажды Полю потребовалось одеть Сару Бернар, которая до глубокой старости обожала играть на сцене юные создания, в костюм семнадцатилетнего юнца. Когда на генеральной репетиции легендарная дива облачилась в одежды от Пуаре, то услышала смешок. Мадам с треском выгнала Поля. Что, однако, нисколько не повлияло на их крепкую дружбу и любовь к его модельным коллекциям. Говорят даже, Сара Бернар оставила завещание, где требовала похоронить ее в платье от Поля Пуаре.

В 1903 г., после военной службы, Пуаре открыл собственный салон, в котором все, от роскошной мебели и высоких зеркал до таинственно мерцающей витрины, украшенной китайскими вышивками, цветами и осенними листьями, представлялось новым, неожиданным и манящим. Салон Поля Пуаре был оформлен в восточном стиле с элементами древнегреческого искусства, поскольку модельер в те годы очень интересовался Японией, Китаем и Древней Элладой, что нашло отражение в его моделях новых женских костюмов. Это было не просто дорогое ателье, это был дом Хорошего Вкуса, выставочный зал, центр искусств, клуб избранных, наконец.

Во многом модельеру помогала его супруга Дениза, на которой столичный кутюрье женился, спустя короткое время после знакомства. Выбор 16-летней провинциалки удивил современников Пуаре. Он был молод и успешен, водил знакомства со столичными красавицами и мог рассчитывать на более выгодную партию. Своим друзьям Пуаре терпеливо объяснял, что в Денизе он разглядел скрытую от посторонних глаз красоту и грацию. Отныне творчество Поля Пуаре было тесно связано с именем Денизы.

Супруга стала настоящим послом моды мужа: она носила исключительно наряды от Пуаре, демонстрировала в светских гостиных новый стиль и оригинальные идеи. Увидев Денизу на рауте в новом роскошном платье, парижанки устремлялись в мастерскую Пуаре, чтобы заказать себе такое же.
Празднества у Пуаре составили одну из ярких страниц парижской жизни начала прошлого века. На одном из самых роскошных – «1002 ночи» — Пуаре играл роль восточного султана, Дениз – любимой из жен, а танцевала для гостей Айседора Дункан.

«Я не ждал, пока мой успех вырастет сам по себе. Приходилось безумно много работать… Все, что способствовало успеху, казалось мне пригодным. В Париже он был обеспечен. Я захотел привлечь внимание Европы и всего мира», – писал в своей книге Поль Пуаре. Он, работавший со звездами, уяснил, что законодателем мод является сцена, и именно ему первому пришла в голову идея вывести на подиум живую модель. Пуаре первым организовал модные показы на известных курортах Франции, а затем предпринял колоссальное турне по столицам и крупным городам Европы. Показы были сенсационными — вместо традиционных, набивших оскомину длинных черных платьев Пуаре выводит на подиум девиц в самых экзотических восточных нарядах. Как писали парижские газеты, «одалиски из гарема Пуаре вызвали такой восторг у наших дам, что теперь даже почтенные супруги политиков готовы бросить все и уехать к турецкому султану, лишь бы иметь такие наряды». Осенью 1911 года Пуаре привез свою коллекцию, которую тут же скопировали великосветские портнихи, в Москву и Петербург.

«Мои воспоминания о пребывании в Москве, – пишет Пуаре, – связаны с Домом госпожи Ламановой, которая была великолепной портнихой и моим другом и о которой я вечно храню добрую память. Она открыла мне всю фантасмагорию того пред-Востока, каким является Москва. Я до сих пор помню Москву с ее иконами, Кремлем, колокольнями, храмом Василия Блаженного, извозчиками, грандиозными осетрами, замороженной икрой, с изумительной коллекцией новой живописи г-на Щукина…»

Позволивший женщинам вздохнуть

Чувствуя, что пришло его время, Пуаре создавал проекты один безумней другого. В его эскизах чередовались яркая персидская вышивка, пестрый батик и восточные тюрбаны с мехом и парчой. Именно он навсегда ввел в европейскую женскую моду некое подобие японского кимоно: длинное свободное одеяние с широкими рукавами, подпоясанное широким поясом, которое получило название «Пуаре-оби». Интересно, что мысль о кимоно пришла в голову Пуаре благодаря событиям русско-японской войны! Не зная толком, что там произошло, Пуаре разработал этот сюжет, желая сделать приятное своему русскому другу, театральному деятелю Сергею Дягилеву.

Но главная модная революция, которую совершил Поль Пуаре — это окончательный отказ от корсета, против которого выступали врачи, философы и реформаторы еще со времен Французской революции. Скорее всего, уважение к человеческому телу и здоровому отношению к нему Пуаре почерпнул в своей любимой Древней Греции. Древнегреческие женщины всех сословий, как известно, никакого белья, и, тем более, никаких зажимающих корсетов не носили. Великий модельер взамен громоздкого костюма предложил рубашечный покрой женского платья, который, в несколько измененном виде, используется до сих пор. Такое платье визуально увеличивало стройность женщин и давало им ощущение не испытанной ранее свободы. А мужчины просто глаз не могли оторвать от дам в этих «революционных» нарядах. Пуаре также освободил дам от неудобных и жарких нижних юбок, доставлявших массу неудобств при ходьбе. Женщина, принадлежавшая к высшему свету, теперь могла одеваться самостоятельно, ведь ранее она должна была непременно пользоваться услугами горничной, шнуровавшей корсет.

Любимыми тканями мастера были самые роскошные материалы — шелк, парча, которые он дополнительно декорировал бисером, блестками. В таком обилии сияния традиционные аксессуары, украшения из бриллиантов, легко могли потеряться, поэтому нужно было придумать что-нибудь новое, что вскоре и было воплощено. Женщины стали носить крупные украшения из цветных камней, золотые и серебряные, эмалированные броши. Более того, Пуаре решительно упразднил пышные прически, фальшивые локоны и шиньоны; модными стали гладкие, желательно темные волосы, а в качестве дополнений — ленты, эгреты (перья) и небольшие тюрбаны. Еще он стал первым модельером, выпустившим свои духи, — он назвал их «Розина», в честь старшей дочери. Выкройки Пуаре внимательно изучала Коко Шанель, которая в ту пору только мечтала вырваться из захолустья. В Америке его тогда называли Королем моды, в Париже – Великолепным.

Крах в разоренном Париже

Начавшаяся Первая мировая война разом изменила все. Движимый чувством долга, Поль Пуаре ушел в армию. Но служба обернулась для него не ужасами войны, а унижением и чувством бесполезности – для невежественного полкового начальства Пуаре был всего лишь портным, «нагло заявляющим, что умеет шить». В качестве дисциплинарного взыскания его принудили пришивать пуговицы к солдатской амуниции. Это унизительное для Пуаре занятие зато позволило ему детально изучить армейскую униформу, громоздкую, с обилием ненужных деталей, и добиться усовершенствования ее кроя и значительного сокращению расхода ткани и времени на пошив.

На военной службе Пуаре провел без малого пять лет. Срок большой по всем меркам, а для моды и вовсе очень значительный. Вернувшись в разоренный Париж, Пуаре оказался в положении отца, который после долгого отсутствия не узнает собственных повзрослевших детей. В годы войны женщины пошли на заводы и фабрики. Встали к станкам и сели за печатные машинки. Но как работать в тюрбанах и юбках-шароварах? Они отчаянно мешали новому стилю жизни. Вот тогда-то и появилась Коко Шанель, которая понимала, как должна выглядеть женщина, зарабатывающая себе на жизнь самостоятельно

«Углы вместо плеч. Плоскость вместо груди. Клетка без птицы, соты без пчел», – негодовал Пуаре. Новая женственность – упрощенная, лишенная экзотичности и тайны, снобизма и шика, была ему непонятна. Однажды он встретился с новым законодателем мод – Коко Шанель. Она была в своем знаменитом черном платье. Пуаре спросил ее: «Мадам, по кому вы носите траур?» «По вам, месье», – гордо ответила Коко Шанель.

Пуаре захотел возродить Париж и снова вернуть женщинам прежние одежды. Но его поезд уже ушел. Модельеру не оставалось ничего, как следовать общей тенденции. Он пытался быть скромнее (собственно, уже поневоле – дела Дома в военное время пошатнулись) – но для этого он слишком любил блеск и роскошную жизнь. Пуаре успешно создавал платья нового силуэта, но теперь его работы были лишь более роскошными вариантами того, что придумывала Коко Шанель. Между тем, Поль Пуаре вновь проявил чутье прирожденного новатора, впервые использовав в своих коллекциях чулки телесного цвета и бюстгальтеры современной формы.

Но дела шли все хуже и хуже. Он был художником, но не бизнесменом, и его новые затратные выставки загоняли его в огромные долги. Надеясь спасти свое предприятие, хозяин распродал личную коллекцию — десятки полотен Матисса, Кееса ван Донгена, Вламинка и Пикассо, драгоценности жены. Но вырученных денег катастрофически не хватало. В 1928 году ему пришлось пережить еще один удар — экономическая составляющая брака оказалась для любимой Денизы более важной, чем совместное творчество, и она попросила у Поля развод. Получив его, Дениза оставила Пуаре, предусмотрительно прихватив с собой множество нарядов и аксессуаров, созданных мастером.

Вскоре Пуаре был вынужден продать свое имя, перейдя на унизительное для его самолюбия положение служащего в созданном им же модном Доме. Оставаясь человеком кипучей деятельности, Пуаре по-прежнему все время что-то предпринимал, но ни общественного признания, ни денег у него уже не было.

Все последнее десятилетие своей жизни Поль существовал, продавая свои авторские картины и иногда подолгу живя на счет старых друзей. Он умер в 1944 году, в возрасте 65 лет, в нищете и забвении. Установленную им же самим планку гениальности модной индустрии он так и не смог перепрыгнуть второй раз. Хотя время показало: Пуаре не просто создал собственный уникальный стиль. Он установил канон современной одежды. По горькой иронии судьбы кутюрье был забыт современниками, но его помнят потомки.

Подготовила Александра Билярчик,
по материалам «Вечерняя Москва», FashionBank.ru, Moda-image.ru, Luxemag.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты