Сергей Перегудов: «Все воздается, когда приходит время»

0

«Кино-Театр.Ру»У него сильная солнечная энергетика. И если вы попали в его «поле», то вы «попали». В 19 веке это называли магнетизмом, в 20-м – обаянием, сейчас – харизмой.

— Как вы попали в профессию? К выбору подтолкнула педагог высшей математики в Волжском, сказав «слышь, клоун, езжай в свой Питер»?

— Нет, этот эпизод – лишь капля в потоке моего стремления к профессии, просто шутка судьбы, которая запомнилась. А решение принимал давно и постепенно.

— Ваш первый фильм?

— Смотря, что считать первым. Есть первые эпизоды в кино, а есть первое, что достойно внимания зрителя. Был эпизод в «Убойной силе», где я играл охранника, а также в сериале «Вовочка». Но ощутимый старт, скорее, состоялся в «Принцессе и нищем».

— Как вы оказались там, да еще в главной роли Лика?

— Было это в 2004 году. Режиссер проекта Дмитрий Месхиев случайно с ассистентом по актерам пришел к нам в театр на дипломный спектакль «Старший сын». И через час после окончания спектакля ассистент позвонила пятерым из нас и четырех утвердили! Причем, двоих – на главные роли. Для меня и Юли Пересильд это была первая значительная работа.

— А как вы стали Барабановым в «Агенте специального назначения»?

— Мне предложили эту роль, когда еще шли споры, нужен ли вообще сам проект. А потом четыре сезона мы его снимали.

— Долго вас пробовали?

— Нет, сразу утвердили, сказав, что роль писалась под меня. Кстати, играть в фильме было интересно: очень хороший сценарий, профессионально написанный, много юмора.

— В кино вы говорите на испанском, английском, прибалтийских языках. Что-то специально изучали?

— Для проекта «Последняя встреча» месяц учил испанский и неделю — английский.

— Еще в первом сезоне «Агента» вы с Юлией Рудиной танцуете танго. Брали уроки?

— Да, у нас было четыре урока танго.

— Получилось выразительно, видны характеры героев.

— Это все моя замечательная партнерша Юлия Рудина, а я так, просто помогал ей (смеется). А вообще мы все слаженно работали в этом проекте — он был нам по душе.

— Из прессы: «Перегудов научился ездить на лошади, освоил базовые элементы паркура и даже переплыл канал Грибоедова в Питере». На самом деле переплывали канал?

— Да. Это было непросто — стояла такая жара. Чтобы ездить верхом, брал несколько уроков, хотя я этому учился и прежде. И прыжками занимался, и бегом для паркура. Правда, слишком сложные вещи делал другой человек.

— По гороскопу вы — Весы. Легко принимаете решения в жизни или постоянно взвешиваете?

— О, это катастрофа! Порой не могу выбрать между сушками с маком и сушками с ванилью, и решается это на протяжении 45 минут.

— Чего в жизни боитесь?

— Наверное, полного одиночества. От неполного все равно никуда не деться, да и полезно оно. А полное одиночество отнимает, отгрызает душевный покой.

— Вы семь лет занимались восточными единоборствами. Какими, и как вас это изменило?

— Это вовинам вьет во дао – вьетнамские единоборства. Их мало кто знает, но и по ним тоже проходят соревнования. Занятия изменили меня физически и сформировали психологический стержень, который необходим в жизни. Он дает крепость, силы держаться, бороться. Даже, когда ты себя уже не чувствуешь, а надо идти и играть счастье и радость. Да и вообще помогает в жизни не распускать сопли и быстро концентрироваться.

— Как-то на вопрос, в какой точке света вы бы хотели оказаться, вы ответили – где-нибудь на краю Джомолунгмы. Что вас тянет в горы?

— Ну, Джомолунгмы мне не видать. Доходят до нее единицы. Достаточно Эльбруса. А Джомолунгма – это заоблачная мечта, пусть она мечтой и остается. Можно, правда, попробовать пролететь над ней и полюбоваться.

— Весной этого года вы были на Эльбрусе. На самом деле — на высоте 4.700 метров?

— Да, на такую высоту мы забрались. Это скала Пастухова — последняя точка, до которой доходят снегоходы, дальше — лед, по которому взбираться помогает хорошая погода. Горы непредсказуемы. Ты можешь взбираться при тихой погоде, и неожиданно начнется метель, надо будет срочно возвращаться, а иначе — ориентиры потеряются, и всё — возврата не будет.

— Тяжело на такой высоте?

— Да, кислорода мало, и это чувствуется, приходится разжижать кровь согревающими средствами. Не напиваться, а именно — разжижать кровь, глоток — и всё! Это жизненно важно. Иначе нет сил — встать, идти.

— Вы пользуетесь в жизни талантом актера для достижения своих целей?

— Как же без этого? Мы идем по жизни с нашими навыками. Приходится пользоваться этим в социально-бюрократических структурах – ЖЭК, поликлиника. Там могут быть такие странные требования, например, прийти за талончиком в 5.20 утра. Это просто убивает! Меня начинает выворачивать наизнанку, но я не кричу, не доказываю, — к крикам там прекрасный иммунитет, а когда ты начинаешь тонко с людьми разговаривать, тебя могут услышать.

— Ваши поклонницы на кинофорумах интересуются, почему вы до сих пор не женаты?

— Значит, пока Бог не дал.

— Что вас раздражает в женщинах?

— Их тотальный контроль. Даже то, что женщина старается разбираться во всем. Но если она умная, то не должна показывать, что понимает все и во всех сферах жизни. Женщина должна быть чуткой, но не вездесущей.

— Вы можете отличить любовь от увлечения?

— Надеюсь, да. Это просто: если мозги связаны с сердцем, сердце все сможет отличить. Только ум не должен главенствовать.

— У вас хороший характер?

— Всем кажется, что хороший. Но это не так.

— Если у вас выгодный контракт по работе, но работодатель ведет себя некорректно, унижает вас и других актеров, вы останетесь в проекте?

— Я закончу свою работу, как этого требует профессионализм. Но в следующий раз буду избегать совместных дел с таким руководителем.

— Какую роль ждете?

— Ничего не жду. Следую принципу: «Делай, что должно, и будь, что будет». Все приходит, все воздается. Когда приходит время.

Нонна Алиева
«Кино-Театр.Ру»

Поделиться.

Комментарии закрыты