Владимир Соловьев: «Политики не могут мне соврать»

0

В своей программе «К барьеру!» он никогда не церемонится с сильными мира сего. Один из самых популярных телеведущих России, он не только скандалит с политиками в прямом эфире, но также поет и пишет книги, которые сразу становятся бестселлерами.

«Антижир»

Владимир Соловьев родился 20 октября 1963 года в Москве. Его мать работала в музее-панораме «Бородинская битва» рядовым научным сотрудником, но не теряла надежды отдать своего сына в престижную школу, где учились дети и внуки членов ЦК КПСС, дипломатов и прочих особо выдающихся личностей. Ей хотелось, чтобы Владимир хорошо выучил английский язык. К ее удивлению, директор школы принял ее сына в свое учебное заведение. Соловьев всегда больше увлекался гуманитарными предметами, но родители уговорили его поступать в технический вуз.

«Когда-то я был ученым, — рассказывает Владимир. — Окончил Московский институт стали и сплавов с красным дипломом, преподавал в Англии и Штатах. Причем, преподавал американцам… экономику! Когда еще только начинались реформы Егора Гайдара (его помню с детства – совсем маленьким), я приезжал в Россию, мы встречались с Гайдаром, и меня звали в правительство. Даже показывали: “Вот здесь будет располагаться особняк вашего министерства”, “Вот такую мы купим тебе машину”. Я сказал: “Спасибо, до свидания!” Занимался бизнесом несколько лет – у меня были заводы в Ирландии, на Филиппинах и в России. А потом вдруг стало так скучно. Продал свои предприятия, надежно вложил средства. Тележурналистикой стал заниматься, как хобби. А она, как ни странно, еще и деньги неплохие приносит».

Впервые на телевидение Соловьев попал, придя гостем в передачу то ли «Суд идет», то ли «Слушается дело»: «Как раз там Жириновский на кого-то “наезжал”. А я тогда был 150 кг веса, усы, коротко стриженный, весь в золоте, занимался бизнесом… И как на Жириновского “покатил” — он от ужаса присел, открыл рот. Во-первых, не ожидал, что кто-то может говорить быстрей, чем он, и громче, чем он. Это его так “прикололо”, что после этого Немцов назвал меня “антижиром”. Политикам довольно сложно со мной беседовать, потому что они знают, что я знаю: если я задаю вопрос, они не могут соврать, потому что они знают, что я знаю правду».

«Вербовка» в президенты

Вот уж кого не любит Соловьев, так это олигархов: «Мне очень нравится история, откуда появился Абрамович, рассказанная Борисом Немцовым. Он впервые увидел Романа Аркадьевича на даче у Александра Волошина. Кто-то там “шустрил” все время, что-то подливал, бегал. Немцов спросил дочь Ельцина Татьяну Дьяченко: “А это кто?” “А это Рома”, — кратко ответила Дьяченко. “А кто такой Рома?” – “Рома умеет дружить”. И действительно, Рома “надружил” столько, что мало никому не показалось».
Кстати, когда-то Борис Березовский «вербовал» Соловьева, предлагая всяческую поддержку, если тот выставит свою кандидатуру на президентских выборах. «В книге “Русская рулетка” (“Заметки на полях новейшей истории”) я подробно описываю, как проходила “вербовка”, — рассказывает телеведущий. — Но я Березовскому сказал: “А в чем радость быть президентом? Ну, что хорошего в том, чтобы стать президентом, молодому мужику? С девчонками на сторону не зарулить, с мужиками в футбол не побегать, в ресторан тихо-спокойно со старыми друзьями не сходить, на машине самому за рулем не погонять, за границу в музей не выбраться!”

Когда же Владимир Путин стал президентом, Березовский пришел к Борису Немцову в кабинет и сказал: “Скучно. Страна моя!” На что тот ему возразил: “Не поскучаешь! Отымеет всех, и тебя в первую очередь!” Абрамыч ему на это говорит: “Дурак ты, Боря!” Когда через несколько лет Березовский со мной встретился, то сказал: “Слушай, приедешь в Москву, скажи Немцову: он был прав!”»

Березовский в книгах Соловьева всегда выглядит каким-то комедийным персонажем. «Он во многом такой и есть, — соглашается Владимир. — Если бы на какой-нибудь тусовке сейчас вдруг появился Березовский, то попробовал бы все, что есть на столе, быстро меча рукой. Раздел бы глазами всех женщин, а тех, которые моложе 19 лет, еще и “оприходовал” бы. При этом продолжал бы рассуждать о судьбах России, сморкаться, звонить по мобильнику, обещать баснословные “бабки”, но по счету заплатил бы ты. Он бес. Такой абсолютный мелкий бес. А вообще, российская политика интересна классическими персонажами. Достоевский мог бы порадоваться. Тот же Лимонов — абсолютный персонаж из “Бесов”, ни дать ни взять. Эдик, который совращает и отправляет молодых ребят в тюрьмы, прекрасно понимая, что делает, используя их для своего буржуазного, более чем гламурного образа жизни».

Жестко про Путина

Говорят, что Соловьев долгое время был тайным советником Путина. Телеведущий соглашается, но уточняет: «Очень тайным, очень. Настолько тайным, что ни он, ни я об этом не знаем». Но в Кремле его книжки читали всегда. Когда Путин еще был президентом, замглавы его Администрации Сурков попросил Соловьева подписать книгу для лидера государства. «Я подписал, — рассказывает телеведущий. — Сурков прочел и сказал: “Вообще-то, нагло!” Я сказал: “Я, вообще-то, всегда был таким”. А я подписал: “Дорогому Владимиру Владимировичу — от Владимира. Все будет хорошо!” Наверное, надо было подписать что-нибудь другое, типа: “Дайте денег, дачу, должность!” Но как-то ничего не хочется!»

Перед последними президентскими выборами в России Соловьев презентовал новую книгу «Путин. Путеводитель для неравнодушных». «Когда работа над книгой была в самом разгаре, в составе агитбригады журналистов я прилетел в Сочи, где сообщил Владимиру Владимировичу, что пишу про него книгу, и спросил: нужно ли показать текст, до того как он будет напечатан? – рассказывает Соловьев. — Путин сказал, что не надо, напечатаешь, тогда почитаю. Я предупредил, что будет довольно жестко, а он отвечает: “Пускай жестко”.

Книга появилась как результат моего наблюдения за кремлевской жизнью, за изменением политического пространства в Кремле. Мне хотелось написать так, чтобы читалось легко, и моя оценка событий не была бы однозначной, выдержанной черной и белой красками. Мне хотелось понять, почему можно было в 1999 году предъявить народу человека, практически не известного широкому кругу, и народ его так полюбил. Поэтому, кроме различных кремлевских деятелей, героем книги является и народ, который любит по-своему, ненавидит по-своему. Также здесь есть и политические портреты практически всех значимых персонажей, в том числе, тех людей, которые не на слуху у широкой аудитории, но они реально определяют политическую жизнь в стране».

«От осины не родятся апельсины»

Больше всего Владимира Соловьева прославила его телепрограмма «К барьеру!», которая выходит на российском канале НТВ. При этом ходят постоянные разговоры, что содержание и даже сама верстка передачи проходят согласование в Кремле. «Конечно, у нас же все говорят только правду, — говорит на это Соловьев. — Так же, как и правда то, что мою программу перед выходом в эфир отсматривает лично Сурков. Так же, как и правда, что вся кремлевская администрация занимается тем, что направляет мне героев, а вся “Единая Россия” звонит на передачу “К барьеру!”, чтобы обеспечить правильный исход голосования. Мне все это просто смешно слушать, ведь программа идет в прямом эфире.

Помню, к нам собирался Николай Злобин, работавший в Вашингтоне в журнале “Демократизация”. Накануне он спрашивает: “Можно ли ему привести с собой Ирину Хакамаду, Георгия Сатарова (президента Фонда политических исследований “Индем”) и другого оппозиционера — Владимира Рыжкова?” Я ему говорю: пусть зовет, кого хочет. Вечером он мне звонит в истерике и кричит в трубку, что эта компания ему сказала: “Это все вранье и провокация с целью их дискредитировать, ведь они запрещены Кремлем!” Сатаров заявил, что Соловьева ненавидит, его непременно обманут, и на программу он не придет. Хотя до этого у меня в программе были и Лимонов, и Рыжков, и другие оппозиционеры. Но с кого-то момента им стало выгодно показывать, что на телевидение их не пускают. Потому что, если пускают, часто оказывается, что сказать им нечего.

Передача “К барьеру!” уже достаточно долго выходит в прямом эфире на Дальний Восток, но об этом как не знают люди, которые пишут о телевидении, так и те, которые считают, что в России все подвох. И Сурков перед этим нас не смотрит, и Кремль не дает никаких указаний. А вот, кто голосует, мы не знаем вообще. И это очень важный момент, потому что голосование и подсчет итогов проводит независимая от нас компания».

У Соловьева есть свои предпочтения, кого вызывать «к барьеру»: «Тех, кто ворует, тех, кто умышленно скрывает смысл своих истинных действий. Тех, кто, утверждая, что он против кого-то или чего-то, не говорит, за кого он или за что. Поэтому для меня очень важно не только то, что политик N публично заявляет, но и то, как он делом подтверждает свои слова. К сожалению, большинство российских политических деятелей подтверждают их сообразно русской народной поговорке — “от осины не родятся апельсины”».

Соловьев часто говорит, что национальная особенность его страны заключается в том, что есть две России: Россия политиков и Россия граждан: «Такие несмешивающиеся жидкости… У нас как-то интересно все получается: если у человека в детстве какой-то изъян, какая-то хромосома за что-то зацепилась, то он куда идет? В политику! У нас, почему-то, в политике сосредоточены люди, которых в принципе не следовало бы пускать в приличное общество».

Одна из передач «К барьеру!» довела Соловьева до суда. Мэр Самары Виктор Тархов подал на него в суд за оскорбление чести, достоинства и деловой репутации во время теледебатов, которые Соловьев проводил во время выборов мэра в Самаре осенью 2006 года. «Я прилетел на эти дебаты за свой счет, — рассказывает телеведущий. — С дебатов будущий мэр ушел уже через несколько минут после их начала, заявив, что может оплатить только часть эфирного времени. Если бы я знал об этом заранее, то никуда не полетел бы. Мне не понравились оба кандидата. И одному, и другому кандидату в мэры я задавал резкие вопросы. Но Лиманский на них отвечал, а Тархов просто ушел. На это судебное разбирательство я тратил время и деньги, а жизнь в Самаре лучше не стала».

Суд постановил, что Соловьев обязан выплатить Тархову 70 тысяч рублей, но лишь недавно приговор вступил в законную силу, потому как телеведущий пытался оспорить это решение.

Также не так давно Владимир узнал и другую неприятную для себя новость: НТВ решило закрыть другую его аналитическую программу — «Воскресный вечер». «Я не очень представляю, куда теперь будет приходить большое количество экспертов и политиков», — говорит Соловьев. Но его заверили, что уж передачу «К барьеру!» никто не тронет: уж слишком она популярна и скандальна.

«Нет в славе ничего хорошего!»

Активная работа в тележурналистике редко оставляет Соловьеву время для релаксации, но Владимир умудряется найти возможность отдохнуть: «Прежде всего, много играю в футбол и занимаюсь спортивными единоборствами по системе их великого мастера полковника Михаила Рябко. Это парень, который воевал в Афганистане, прошел две Чечни, участвовал во множестве труднейших спецопераций. Еще я очень много читаю. Но самый лучший отдых – время, проведенное с семьей. Когда дети уже спят, а жена еще нет, наступают самые светлые и очень яркие моменты моей жизни».
Владимир женат уже в третий раз, у него шестеро детей. Нынешнюю свою супругу Эльгу он как-то назвал «интеллектуальным партнером»: «Мне совершенно не интересно общаться с куском мяса, затянутым в кожу. Важно, чтобы у человека присутствовали еще и мозги, мне не интересны глупые люди. И уж, тем более, глупые женщины. Но при этом умная женщина должна быть либо красивой, либо уметь преподнести себя таковой».

Соловьев прекрасно знает о своей скандальной репутации, но она абсолютно его не тревожит. Но и поступков, которыми можно гордиться, он особо-то и не совершал, как признается сам: «Было такое, что пару раз я спас людям жизнь, да и то практически случайно. Мой близкий друг Вовка попал в автомобильную аварию, лежал в больнице, его должны были выписывать. От нечего делать он позвонил мне в эфир на радио “Серебряный дождь”. Я заметил, что во время разговора Вовка как-то странно икает. Это его икание, к счастью, заметил Вовкин одноклассник – врач, который в этот момент слушал эфир, он примчался к Вовке в больницу и выяснил, что у Вовки порвана диафрагма, его не выписывать надо, а срочно на операционный стол. Так что, благодаря нашей радиопрограмме человек остался жить. Хотя, повторюсь, заслуга моя здесь минимальная».

Соловьева очень раздражает, когда его узнают в обычной жизни: «Идеальный вариант: жить с одним лицом, а работать с другим. Ничего хорошего в славе нет – с семьей отдохнуть нормально не можешь, с друзьями спокойно посидеть тоже». А вот поклонницы в любви не часто признаются. «С сожалением вынужден констатировать, — говорит Соловьев, — что раньше гримеры говорили: “Ой, Владимир, вы так нравитесь моей маме”. А теперь я перешел в категорию: “Моя бабушка от вас без ума”».

Подготовила Лина Лисицына
по материалам [link=http://www.smena.ru]«Смена» [/link],  [link=http://www.sobesednik.ru]«Собеседник»[/link],  [link=http://www.vmdaily.ru]«Вечерняя Москва»[/link]

Поделиться.

Комментарии закрыты