Вячеслав Полунин: «Сейчас вся жизнь превратилась в клоунаду»

0

Отчество в обращении к Полунину редко кто применяет, он до сих пор, несмотря на возраст, просит называть себя Славой. «Я ощущаю себя ребенком – каким был 60 лет назад, таким и остался. Единственное, борода мешает иногда да на ступеньки трудно забегать. А в душе я как был мальчишкой, так и остался», – улыбается клоун.

Сила титула

К слову, 12 июня Вячеслав Полунин отметил свой день рождения. Корреспондент «Берега» поинтересовалась, отличается ли празднование дня рождения клоуна от того, как отмечают свое рождение обычные люди. «Любой день рождения – веселый праздник, даже если он грустно прошел. Я, кстати, иногда забываю про это. Вот случайно вспомнил, что у меня, оказывается, день рождения. И быстренько начал всем звонить».

– Вас называют гением клоунады. Вам этот «статус» что-то дает?

– Да, с ним я ощущаю себя гораздо комфортнее. Слава богу, власти помогают. Без титула помогали бы меньше.

– А ответственность какая-то есть?

– Ответственности никакой, а помощь хорошая.

– У вас множество наград, а есть какая-то наиболее ценная для вас?

– У меня целый наборчик любимых наград. Королева Дании вручила мне награду – называется «Посол Андерсена в России». Мексиканцы дали мне «Премию Луны». В Петербурге назвали «Королем карнавала». А недавно меня нарекли «Послом дельфинов на Земле»: теперь я должен раз в 2-3 месяца летать в разные точки мира на мероприятия, связанные с дельфинами.

– Кстати, о животных. Вы возглавляете питерский цирк на Фонтанке, а с ним совсем недавно был связан громкий скандал по поводу жестокой дрессуры животных. Насколько я знаю, защитники животных даже попросили вас убрать все номера с животными.

– Традиций дрессуры в России издавна очень много. Я теперь являюсь представителем государственной системы и не могу руководствоваться лишь собственными желаниями. Поэтому в своем цирке я создал пресс-клуб, и теперь каждый месяц в кафешке мы проводим встречи с журналистами, обсуждаем всякие дела, связанные с тем, что происходит у нас и в городе. Я хочу, чтобы не было слухов, а были только достоверные факты. Пресс-клубу я дал задание – расспросить как можно больше людей о том, что, на их взгляд, больше всего нужно петербургскому цирку. Пусть выскажут свое мнение, обозначат все плюсы и минусы. Так что, каким будет цирк в Питере, пока не знаю – сейчас я ставлю его на ремонт. За это время планирую сделать к открытию несколько спектаклей.

– Почему вы согласились возглавить цирк на Фонтанке? Вам дают возможность делать то, что вы считаете нужным?

– Я всегда делаю то, что считаю нужным, у меня в жизни никогда по-другому и не было. А почему согласился? Да просто стало интересно. Я люблю всякие авантюры. Иначе жизнь становится пресной. А цирк – очень сложное дело. Там веками сложившиеся традиции. Это такое государство в государстве.

«С русским цирком все в порядке»

– А клоунаде вообще можно научить?

– Как и в любом деле, здесь сначала требуется талант. И если он есть от Бога, то стоит уже прикладывать усилия. Тогда уже успех будет зависеть от труда и от упорства.

– Как вы вообще оцениваете положение цирка на сегодняшний день?

– С русским цирком все в полном порядке, если говорить о профессии. Вообще, самые лучшие профессиональные цирки в мире – китайский и русский. Другое дело, что нет авторов концепций. Продюсерам не хватает креатива, поэтому нужны люди, которые смогут умело преподнести номера наших прекрасных мастеров. В красивой обертке. Что, собственно, и сделал цирк Дю Солей. Вы в курсе, что 50% артистов цирка Дю Солей – русские ребята, которым просто сделали красивые номера? Ни один цирк в мире пока не в состоянии такого добиться. Это хорошо, что есть Дю Солей – появилась какая-то конкуренция, наши сразу стали делать интересные вещи. Чтобы люди ходили в цирк, из каждого номера нужно сделать конфетку!

– Виктория Тьере-Чаплин с детства мечтала быть клоуном, а ее отец Чарли Чаплин был против. Как вы считаете, почему? Этот жанр считается недостаточно высоким?

– Потому что она как-то сказала отцу, что есть клоуны намного смешнее, чем он. Например, Лорен Харди. И Чаплин на дочь сильно обиделся. Он сказал: «Я не буду тебе помогать в клоунаде, потому что ты считаешь, что я не самый веселый клоун». Но это все байки. Кто знает, как было на самом деле? Я рад, что хоть внучки Чаплина наконец появились на горизонте. Я с удовольствием хожу на все их спектакли. А что касается жанра… Я считаю, что клоунада – великое искусство. Сейчас, правда, вся жизнь превратилась в клоунаду. Клоунада нынче совсем другого уровня – она уже во всем.

– Может, стоит ввести такой предмет в институтах?

– Конечно! Вот ко мне частенько подходят парнишки и говорят: «Хочу стать клоуном!» Я спрашиваю: «Зачем?» – «А чтоб быть веселым среди друзей», – отвечают. И это хорошая цель, замечательная.

Марина Хоружая
«Берег»

Поделиться.

Комментарии закрыты