Михаил Глузский: «В актерстве я — рабочая лошадь»

0

Со дня рождения знаменитого артиста исполняется 100 лет

Часто Глузскому доставались роли второго плана, но любой образ, показанный артистом, становился ярким и запоминавшимся.Фото: http://stuki-druki.com

«Актер – человек физически и духовно очень сильный»
Отец Михаила, журналист и поэт Андрей Михайлович Гмырёв, выходец из крестьян, в середине 1917 года перебрался из Петрограда в Киев, и в районе Караваевых дач построил дом, заложил фруктовый сад. А 21 ноября 1918 года у его жены Ефросиньи Кондратьевны Глузской родился сын, которого назвали в честь деда Михаилом. Старшую сестру мальчика звали Людмила.
В 1922 году от тифа умер отец, и семья Глузских переехала в Москву. Вскоре мама мальчика вновь вышла замуж, в школу Михаил пошёл в Баку, а в 1929 году вернулись в Москву. Юный Глузский был озорником, хулиганство даже довело его до учета в детской комнате милиции. Да и с учебой как-то не заладилось, так что Михаил пошел работать. Он был монтером в Центральном универмаге Москвы (там же, в ЦУМе, работала и его мама в отделе игрушек) и параллельно учился в вечерней школе рабочей молодежи. «У нас была самодеятельность, в которой я принимал участие, — рассказывал Глузский. — Мое хулиганство к тому времени уже все было позади. Это был уже период, когда нужно было работать, заниматься делом. Если бы я хулиганил, то меня выгнали бы с работы, а мне этого не хотелось».
Конец лета и всю осень 1936 года Глузский посвятил попыткам поступить в различные театральные училища. Пробивался с очень большим трудом: «Я был испорченный самодеятельностью молодой человек, что-то изображавший, копирующий кого-то. Самого Глузского не было. А ведь это главное. Поступая в Школу киноактера, я такое выделывал, что меня и смотреть не хотели. А потом предложили просто почитать Зощенко. Я почитал — и меня сразу взяли. Взять-то взяли, но потом несколько раз отчисляли за злостное нарушение дисциплины».
Первые роли Глузского в кино были небольшими: дворовый в фильме «Минин и Пожарский», пограничник в «Девушке с характером», ученик гимназии в «Семье Оппенгейма», Абдурахман в «Салавате Юлаеве». Но после них Михаила Андреевича взяли в штат актеров «Мосфильма». В 1940 году Глузского призвали в армию, в войну участвовал во фронтовых бригадах.
С 1946 по 1995 годы – полвека! – Глузский играл на сцене Театра киноактеров «Мосфильма», много снимался в кино. «Меня удивляет и немного раздражает, когда актеры начинают чрезмерно превозносить себя, придумывать сказки: «Я вжился в роль, потом не мог прийти в себя…» Зачем эти ореолы таинственности? Актер – человек физически и духовно очень сильный. Не надо забывать: актерство – это профессия, работа. Творческая, изнуряющая работа. Если кто-то себя в кино считает героем-любовником, то я – рабочая лошадь. Я – в меру талантливый актер. Но старательный, трудолюбивый. Хотелось бы работать больше, больше, больше. Был период, когда меня хотели видеть только в отрицательных ролях. Ну вот, фильмы “Тайна двух океанов”, “Тихий Дон”, например».
О своей роли есаула Калмыкова в киноэпопее Сергея Герасимова «Тихий Дон» по роману Шолохова актер говорил: «Есаул Калмыков интересен для меня был не как враг, а как человек, верный своим идеалам, своей субъективной правде. Это очень цельная личность, и в этом плане играть такую роль было нетрудно. Если ты во что-то глубоко веришь, не шарахаешься от одной стенки к другой, не юлишь, не переодеваешь пиджаков, не приспосабливаешься, жить тебе под этим небом и трудно, и легко. Как и умирать».
Но потом все же роли у Глузского стали разноплановыми. Об одной из них Михаил Андреевич вспоминал: «Я играл одного восточного человека, извозчика Гади в фильме “Миссия в Кабуле”. Это был наш разведчик. Он передавал шифровки и носил кличку Странник. Роль была без единого слова. Я оказался так похож на афганца, что, когда выезжал на своей арбе, местные жители принимали меня за своего. Съемки вызывали большое скопление народа. Тогда я по договору с режиссером просил, чтобы камеру убирали, и разъезжал со своей арбой, совершенно сливаясь с толпой. Никто на меня не обращал внимания, я просто махал рукой, и съемка продолжалась».
Есть среди работ Михаила Глузского и мелодрамы. Например, чудесный, трогательный фильм «Почти смешная история», картина о зарождении любви у двух немолодых людей, где Глузский в дуэте с актрисой Ольгой Антоновой виртуозно разыгрывает этот вечный и в то же время всегда новый сюжет.В роли есаула в фильме «Тихий Дон». С сайта stuki-druki.com
Параллельно актер много работал на радио и телевидении. Голосом Глузского говорит Луи де Фюнес в фильмах «Жандарм и инопланетяне», «Жандарм в Нью-Йорке» и «Маленький купальщик», Бурвиль в фильме «Веские доказательства», мафиозо Розарио Агро в «Невероятных приключениях итальянцев в России». Актеру часто предлагали переозвучить кого-то из коллег, но прежде чем согласиться, он всегда спрашивал: предупрежден ли тот, кого переозвучивают? А когда режиссер Илья Авербах пригласил Михаила Андреевича на главную роль профессора Сретенского в свой фильм «Монолог», он, зная, что прежде на эту роль был утвержден Бруно Фрейндлих, сам десять раз перепроверил, нет ли со стороны актера каких-то обид.
Роль академика Сретенского в щемяще грустном и трогательном «Монологе» в итоге стала одним из лучших образов Глузского в кинематографе. Устами актера пожилой ученый, сделавший блестящую научную карьеру, пронзительно исповедальной интонацией рассказывает о скрытой от друзей и коллег драме одинокой жизни. В осеннем сквере встречает он призрак своей несостоявшейся юношеской любви, а наяву переживает непростые, отягощенные бытовыми неурядицами отношения с непутевой дочерью и зятем, а также с обретающей первый романтический опыт внучкой. Как писала киновед Наталия Басина: «В «Монологе» актером были явлены такая степень внутренней концентрации, такая профессиональная изысканность и одновременно такая мощь, что следующей его ролью после Сретенского мог бы стать король Лир».«Десять негритят». С сайта stuki-druki.com

С некоторыми режиссерами не разговаривал годами
Глузский ценил обязательность, пунктуальность в работе. На репетиции приходил подготовленным и того же требовал от коллег. Увидев, что кто-либо из артистов едва ориентируется в тексте, хотя должен бы знать наизусть, мог объявить режиссеру: «Сегодня не репетируем! Не готовы!» Из-за запаха алкоголя на сцене или съемочной площадке мог развернуться и уйти. Хотя при всем том была у Глузского традиция, и о ней киношный мир тоже помнит: устраивать в последний день съемок скромную нешумную пирушку. Причем к столу приглашались не только артисты – Михаил Андреевич звал костюмеров, гримеров, осветителей, ассистентов.
С некоторыми режиссерами он не разговаривал десятилетиями. «Причина? Все та же необязательность, – пояснял сын актера, Андрей Глузский. – Бывало, отца приглашали на пробы, хвалили, даже утверждали на роль, а потом выяснялось, что играет другой. Папа объяснял: “Ну, пусть бы позвонил, по-хорошему все рассказал – я бы понял, я уважаю видение режиссера, но ставить точку, не сказав ни слова, непозволительно!” И если когда-нибудь этот режиссер снова к нему обращался, он говорил: “А помнишь? До свидания!”»
При этом Глузский снялся в более чем в 150 кинофильмах, режиссёры охотно звали его в кино, но в основном на небольшие роли. Снимался он у Михаила Калика («Цена»), Александра Митты («Сказ про то, как царь Петр арапа женил»), Евгения Татарского («Золотая мина»), Глеба Панфилова («В огне брода нет»), Динары Асановой («Никудышная»), Вадима Абдрашитова («Остановился поезд»). Хорош и его Фокич в «В огне брода нет», и дед Мельников в «Никудышной», и генерал Макартур в фильме «Десять негритят», и Яков Самгин в «Жизни Клима Самгина». Играл Глузский и в комедиях — «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика», «Ехали в трамвае Ильф и Петров», несколько раз появился в детском юмористическом журнале «Ералаш».
Отдельная глава в легендах о Глузском – его изумительная ирония. «Если стану пересказывать все, это будет надолго, – уверяет Иосиф Райхельгауз, художественный руководитель театра «Школа современной пьесы», где Михаил Андреевич играл с 1994 года. – Вот приехали мы однажды с гастролями в Томск, это были 1990-е. И зазвали нас местные олигархи на супервечер (по их словам). Оказалось – банальный стриптиз. Все сделали вид, что им неинтересно, а Михаил Андреевич сидит, весь – внимание. Одна стриптизерша, совсем юная, воодушевившись, улеглась к нему на стол – и тут Михаил Андреевич, наклонившись к ее ушку, совершенно серьезно, внятно спрашивает: “А мама знает, чем ты тут занимаешься?” Все полегли от хохота. Потом эта фраза стала у нас в театре расхожей».
Занимался Михаил Глузский и общественной деятельностью — руководил Комиссией ветеранов кино в Союзе кинематографистов, одно время был секретарем правления Союза. С 1987 по 1998 год был профессором ВГИКа имени С. А. Герасимова, курировал две актерские мастерские и выпустил два курса.В роли администратора гостиницы в фильме «Кавказская пленница». С сайта stuki-druki.com

«Екатерину я отбил у мужа»
Женой Глузского была Екатерина Павловна – она театровед, работала в институте истории искусств. «Мы познакомились, когда она была замужем, а я – закоренелым холостяком, — вспоминал Михаил Андреевич. — Словом, отбил я ее у мужа и переехал к ней. Но не подумайте – не ради улучшения жилищных условий». 1 мая 1950 года Михаил и Екатерина вступили в законный брак.
Михаил Андреевич до конца своих дней состоял с Екатериной Павловной в счастливом семейном союзе: «Мы прожили с ней почти пятьдесят лет. Ее мнение для меня всегда являлось важным. У меня двое детей, и никто из них не пошел по моим стопам. Сын окончил постановочно-оформительский факультет, какое-то время работал в театре киноактера. Дочь окончила институт Мориса Тореза, четыре года с мужем, а он был послом в ЮНЕСКО, жила во Франции. У меня два внука и две внучки. С детьми всегда были очень хорошие взаимоотношения».
Любимой профессии Михаил Глузский остался верен до конца. Его последний фильм («На полпути в Париж») датирован 2001 годом. В этом же году 13 мая актер последний раз вышел на сцену. В спектакле «Школы современной пьесы» он сыграл, сидя в инвалидной коляске. Сын Андрей Глузский вспоминал: «Ничто не предвещало беды: в апреле 2001 года родители съездили к друзьям в США, в июне мы с папой собирались на «Кинотавр» в Сочи. Но в начале мая начались непонятные скачки температуры, и папа лег на обследование. 12 мая температура поднялась под 40, а 13-го он должен был играть в театре. Утром прихожу проведать, зная, что спектакль отменяется. И вдруг папа говорит: «Я, пожалуй, сыграю вечером». Начинаю отговаривать. А в ответ: «Сегодня воскресенье, придут люди, настроенные на встречу с конкретными артистами. И что? Останутся с испорченным настроением? Нельзя разочаровывать зрителя!» И тут я понимаю: решение принято, возражать бесполезно. Едем в театр. Там все в шоке, но стараются не подавать вида: Михаила Андреевича любили, боялись за него. Как он играл в тот день, благодаря каким силам — не знаю. Потом — аплодисменты, цветы, поздравления коллег… Затем быстро в машину. И снова — больница. Почти сразу наступило ухудшение».
Через месяц, 15 июня, Михаила Глузского не стало… Он умер от сердечного приступа.
В 2008 году в документальном цикле «Острова» вышел фильм, посвященный Михаилу Глузскому. Много теплых, хороших слов о замечательном актере и человеке сказали режиссеры Петр Тодоровский, Сергей Никоненко, его ученики и коллеги по ВГИКу, а также дети и внуки.

По материалам http://odnarodyna.com.ua  http://Chtoby-pomnili.com, http://Inter-view.org, http://stuki-druki.com,http://culture.ru

Поделиться.

Ответить

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.