«О, как убийственно мы любим»: со дня рождения Фёдора Тютчева исполняется 215 лет

0

Современники утверждали, что поэт «любил любовь», как жрец, созидающий храм, населяющий его богами и затем всю жизнь свою служащий им и их боготворящий.
Фёдор Тютчев. Худ. С. Александровский (1876). С сайта ru.wikipedia.org

Однако Тютчев, поклонявшийся всю жизнь своему кумиру, в полной мере испытал и суровую расплату за свое чувство.

Годы счастья и страстей
Федор Тютчев родился 5 декабря 1803 года в родовой усадьбе Орловской губернии. Мальчик получил отличное домашнее образование, в четырнадцать лет он стал вольнослушателем словесного отделения Московского университета, а в шестнадцать был принят в Общество любителей российской словесности.
Спустя два года Тютчев — уже внештатный атташе Российской дипломатической миссии в Мюнхене. Здесь он познакомился с очаровательной 15-летней графиней Амалией Лерхенфельд. Их отношения, по-детски чистые, порой даже вызывали недоумение у близких им людей. Но, к сожалению для обоих влюбленных, это их «время золотое» быстро пролетело. Через несколько лет Фёдор Иванович решился просить руки Амалии у ее родителей. Но тех не устраивал нетитулованный русский дипломат, находящийся в Германии почти без места, на внештатной службе, к тому же небогатый, еще слишком молодой, чтобы считать его удачной партией. У родителей Амалии были другие планы, и они дали согласие на брак их дочери с секретарем русской дипломатической миссии бароном Александром Крюденером.
Такой поворот событий до глубины души огорчил и оскорбил Тютчева. По семейному преданию, ему даже предстояла дуэль чести, вероятно, с кем-то из родственников Амалии, но, к счастью, все закончилось благополучно. Фёдор был отпущен в отпуск в Россию на шесть месяцев. Любовная неудача только укрепила его дух и в какой-то степени сыграла значительную роль в его возмужании. Возвратившийся в Мюнхен Тютчев был уже серьезным молодым дипломатом. Занимаясь текущими делами миссии, он по долгу службы должен был помогать вдове русского дипломата Элеоноре Петерсон. События развивались довольно стремительно: буквально через месяц знакомства они поженились.
О красоте Элеоноры свидетельствуют дошедшие до нас ее портреты, а ее письма представляют первую жену поэта как женщину любящую, чуткую, боготворившую мужа. Да и сам он подтверждал это неоднократно в дальнейшем. Об этих временах поэт рассказывал много лет спустя своей дочери Анне, их с Элеонорой первенцу: «Первые годы твоей жизни, дочь моя, были для меня самыми прекрасными, самыми полными годами страстей, эти дни были так прекрасны, мы были так счастливы! Нам казалось, что они не кончатся никогда».Элеонора Фёдоровна Тютчева, первая жена. 1830-е годы, худ. неизвестен. С сайта ru.wikipedia.org

Пожар
Но в январе 1833 года в жизнь Тютчева ворвалась новая большая любовь. Баронесса Эрнестина Дернберг, или, как ее называл поэт, Нести, была завещана Фёдору Ивановичу ее собственным мужем. На вечере, где впервые увидели друг друга Тютчев и Эрнестина, барону внезапно стало плохо. Уезжая с бала и настаивая, чтобы супруга продолжала веселиться, он обратился к Федору Ивановичу: «Поручаю вам свою жену». Через несколько дней барон скончался от брюшного тифа.
А Тютчев влюбился в Эрнестину без оглядки. Когда же служебные обязанности и чувство семейного долга все-таки возвращали поэта на скучную землю, он томился, раздражался и так отчаянно тосковал, что жене казалось, что Фёдор был близок к помешательству. Впрочем, чуткая Элеонора вскоре догадалась, что болезнь мужа — безумие страсти. Она не знала ни слова по-русски и стихов мужа оценить не могла, иначе наверняка вспомнила бы его строки о том, что:
«Любовники, безумцы и поэты
Из одного воображенья слиты!»
Весной 1837 года Тютчев с семьей прибыл в Петербург в очередной отпуск. Элеонора сделала всё, чтобы добиться перевода мужа из опасного для семьи Мюнхена в Турин, подальше от Эрнестины. Впрочем, Федор Иванович не возражал — он и Эрнестина в очередной раз «расстались навсегда». Новый город показался захолустьем, и поэт опять затосковал. Воспользовавшись свободой (жена с детьми задержалась в России), Тютчев вновь засыпал Эрнестину отчаянными и страстными письмами, умоляя встретиться с ним — в последний раз. И любовники встретились. На нейтральной территории — в Генуе.
Однако жизнь готовит поэту очередное и строгое испытание. Весной 1838 года госпожа Тютчева вместе с детьми на пароходе «Николай I» выехала из России. В пути, у берегов Пруссии, на судне начался пожар. Семью поэта спасло чудо, весь багаж, включая деньги, сгорели. Хрупкая Элеонора отчаянно спасала своих детей и помогала спасать других пассажиров. Очень сильно простудилась. Находилась на грани между жизнью и смертью.
О пожаре на теплоходе Тютчев узнал из газет и тут же кинулся в Мюнхен. Дети были в порядке, а вот жена — в нервной горячке. Но уже летом, оставив детей тетке, она приезжает к мужу в Турин. Но, вместо лечения, ей нужно было обустроить квартиру, ходить по торгам в поисках дешевой мебели. Узнала она и о продолжающейся связи Федора Ивановича с Эрнестиной. На всё это ее уже не хватило.Эрнестина Тютчева, вторая жена. Худ. Ф. Дюрк, 1840. С сайта ru.wikipedia.org

Смерть Лёли
Уже в 1839 году Тютчев венчается со своей возлюбленной Эрнестиной Дернберг. Эрнестина удочерила всех дочерей Элеоноры и у Тютчева и Элеоноры были еще трое совместных детей – дочь Мария и два сына Дмитрий и Иван. Федор пишет о своей новой жене: «Не беспокойтесь обо мне, ибо меня охраняет преданность существа, лучшего из когда-либо созданных богом. Я не буду говорить вам про ее любовь ко мне; даже вы, может статься, нашли бы ее чрезмерной. Но чем я не могу достаточно нахвалиться, это ее нежностью к детям и заботой о них, за что не знаю, как и благодарить ее. Утрата, понесенная ими, для них почти возмещена, две недели спустя дети так привязались к ней, как будто у них никогда не было другой матери».
К сожалению, Тютчев был влюбчив, и он изменял своей жене — и часто, а через 11 лет совместной жизни совсем к ней охладел, так как был влюблен в Лёлю Денисьеву. Знакомство их состоялось в стенах Смольного института, где Елена училась в одном классе с его дочерями. Накануне выпуска и придворных назначений (из смолянок традиционно выбирали фрейлин) разгорелся скандал: управляющий института нашел квартиру, которую любовники снимали для тайных свиданий, Денисьева оказалась беременной. «Мне нечего скрываться, и нет необходимости ни от кого прятаться: я более всего ему жена, чем бывшие его жены, — писала она, — и никто в мире никогда его так не любил и не ценил, как я его люблю и ценю, никогда никто его так не понимал, как я его понимаю…»
Роман продолжался 14 лет, до самой смерти Елены. Все эти годы Тютчев жил на две семьи: он не оставлял свою вторую жену и не мог оставить Елену и их троих детей. Ей он посвятил стихи (так называемый «Денисьевский цикл»), считающийся одним из самых пронзительных в русской поэзии.
«О, как убийственно мы любим,
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!
Судьбы ужасным приговором
Твоя любовь для ней была,
И незаслуженным позором
На жизнь ее она легла!»
И в то же время письма поэта, остававшегося в Петербурге, к жене в Овстуг показывают, насколько по-прежнему болезненно он переносил разлуку с ней. «Нет в мире существа умнее тебя, – пишет он ей однажды. – Мне не с кем больше поговорить. Мне, говорящему со всеми». Елена, хоть и не попрекала Тютчева своим положением вечной любовницы, тяготилась пожизненной обреченностью на «это жалкое и фальшивое положение». Наверное, устроила бы скандал, если б не крайняя набожность. А тут – лишь кротко склоняла голову: «Так Богу угодно, и я смиряюсь перед Его святою волею, не без того, чтобы по временам горько оплакивать свою судьбу».
Смерть ненаглядной Лёли от чахотки, на целых 9 лет опередившая его собственную, сломала в Тютчеве «пружину жизни». До самой кончины он существовал «под постоянным, нестерпимым гнетом мучительного позднего раскаяния». Младший сын Тютчева Федор в своих воспоминаниях утверждал: «Смерть любимого человека, по собственному его меткому выражению, сломившая пружину его жизни, убила в нем даже желание жить, и последние 9 лет он просуществовал под постоянным нестерпимым гнетом мучительного позднего раскаяния за загубленную жизнь той, кого он любил и так безжалостно сгубил своей любовью, и под затаенным, но, тем не менее, страстным желанием поскорее уйти из этого надоевшего ему мира».Елена Денисьева, любовница. Ей посвящен «Денисьевский цикл». С сайта ru.wikipedia.org

Встреча через много лет
Чтобы приглушить его боль, оторвать от мест, где все напоминало ему Лёлю, Эрнестина увезла его — больного, покорного – из России. Жена и старшие дочери поэта, простившие его измены матери при виде этого отчаянного горя, перевозили его с курорта на курорт, показывали лучшим докторам, с благородным тактом старались развлечь и отвлечь. Но он не хотел забывать.
Он нигде не мог найти покоя, беспрестанно, до самой смерти, переезжая с места на место. Парижская выставка 1867 года, великосветский Петербург, чванливая Женева, блистательная Ницца, курорты. Везде он чувствовал ее присутствие, с ней сверял свои впечатления.
Но однажды Тютчев приехал на лечение в Карлсбад. Среди отдыхавшей здесь русской и европейской знати он вдруг увидел и Амалию. И снова сердце затрепетало. Они вместе бродили по улицам Карлсбада, вспоминали их первую встречу на балу, мечтания, которым не суждено было сбыться. После одной из таких прогулок поэт записал стихотворение «Я встретил вас…».
А три года спустя он, разбитый параличом, тяжело умирал. Однажды, открыв глаза, вдруг увидел у своей постели свою Амалию. По его щеке медленно катилась слеза. В его руке лежала ее рука. Она тоже плакала. «В ее лице прошлое лучших моих лет явилось дать мне прощальный поцелуй», — диктовал он сиделке письмо дочери, рассказывая об этой встрече. Это было одно из последних писем. Между этими встречами пролегла целая жизнь. Амалия была его первой любовью, красивой, романтичной, но вряд ли самой сильной.
9 мая 1873 года Тютчева перевезли на дачу в Царское Село. Он начал передвигаться, хотя и с помощью посторонних. Но 11 июня последовал второй удар. Окружающие с минуты на минуту ожидали его смерти. Однако он пришел в себя и спросил еле слышным голосом: «Какие последние политические известия?»
Тютчев прожил еще немногим более месяца. О его безнадежном состоянии свидетельствовало то, что теперь он утратил потребность в обществе и почти все время был погружен в молчание. Редкие и короткие ответы его на вопросы врачей и близких отличались, впрочем, прежним остроумием. Один раз, как бы вновь желая вызвать в себе привычное ощущение жизни, он неожиданно попросил на французском языке: «Сделайте так, чтобы я немного почувствовал жизнь вокруг себя». Федор Иванович Тютчев умер ранним утром 15 июля 1873 года. 18 июля гроб с телом поэта был перевезен из Царского Села в Петербург и похоронен на кладбище Новодевичьего монастыря.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам http://Culture.ru, http://Izbrannoe.comhttp://Peoples.ru

Поделиться.

Ответить

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.