Пабло Пикассо: «Я — король»

0

«Каждый раз, когда я меняю женщину, — говорил Пикассо, — я должен сжечь ту, что была последней». Так и случалось. Его бывшие подруги, так или иначе, были сожжены, сломаны или сведены с ума. Устояла лишь Франсуаза Жило, которая сама ушла от Пикассо.

«Пожиратель душ»
Пабло родился 25 октября 1881 года в испанской Малаге, его отцом был профессор рисования Хосе Руис. Пикассо с раннего детства обожал рисовать. «Мне было, наверное, лет шесть или даже меньше, — хвастался как-то он. — Дома в коридоре стоял Геркулес с дубиной. Вот тут я сел и нарисовал этого Геркулеса. И это не было детским рисунком, это было вполне реалистично».
Правда, на самом деле рисунок датируется 1890 годом, когда Пабло было не 6, а 9 лет. К тому времени он уже успел заполнить бесчисленное множество альбомов академическими рисунками. Его техническое мастерство, строго оттачиваемое отцом, достигло почти совершенства. Когда Пикассо исполнилось 13 лет, Хосе Руис оставил свою профессию, чтобы заняться карьерой сына. Через несколько лет имя Пабло знала уже вся Испания – его картина «Милосердие» получила премию Мадридской выставки. А родители юного художника просто боготворили сына. «В детстве мать говорила мне: если изберешь путь солдата, быть тебе генералом, если захочешь быть монахом, то станешь папой, — говорил потом Пабло. — Вместо этого я избрал путь художника и стал Пикассо».

Он поступил в Мадридскую королевскую академию Сан-Фернандо, но обозвал там всех преподавателей глупцами и стал проводить время не на лекциях, а в кафе и борделях города, изучая настоящую жизнь. Вскоре вместе с дружком Карлосом Касагемасом Пикассо отправился завоевывать Париж. Самым важным приобретением этого периода юноши оказалось знакомство с философией Ницше. Он почувствовал, что это именно то, что ему нужно, и решил адаптировать «волю к власти» к своей живописи. Оставляя родину, Пикассо подарил родителям свой автопортрет, подписанный «Я король».

Он постоянно думал о живописи, ежедневно Пабло «выдавал» по законченному полотну. Продавая свое искусство за бесценок, чтобы не умереть с голоду, он медленно, но неотступно двигался к новому стилю. И успех пришел, как всегда, внезапно. Его «Девушки из Авиньона», написанные в двадцать шесть лет, открыли путь кубизму. А Пикассо, вместо того, чтобы витать в облаках успеха, еще больше углубился в работу. Этот отъявленный маньяк живописи создавал за год более трехсот полотен, а его ежегодный доход после сорока лет составлял около полутора миллиона франков.

«Пабло озабочен только собой»

Его первой серьезной любовью и музой была Фернанда Оливье. Но девушка мечтала о ребенке и семейном очаге, а Пикассо все реже стал приходить домой. В 1911 году Пабло отдыхал в кафе «Эрмитаж» с польским художником Маркуссисом и его подружкой Евой Гуэль. Она сразу же поразила воображение Пикассо, и тот за рекордно короткий срок создал картину «Моя красавица», выполненную в стиле кубизма. Ева ответила взаимностью на скрытое признание в любви. Она и Пабло отправились путешествовать по Европе и весной 1915 года решили пожениться, но здесь художник пережил свое самое серьезное любовное разочарование за всю жизнь — Ева заболела раком и умерла.

26-летнюю русскую балерину Ольгу Хохлову Пабло впервые увидел на сцене танцующей, и счел её верхом совершенства. Сергей Дягилев, организатор «Русских сезонов» в Париже и труппы «Русский балет», посчитал своим долгом предупредить, что русские девушки непростые, на них надо жениться. И Пикассо, похоже, был уже готов к этому.

Во время гастролей труппы в Барселоне Пикассо познакомил девушку со своей семьей. Мать хотела, чтобы невестка была испанкой, но безупречное воспитание и здесь сослужило Ольге добрую службу. А когда Пабло написал её портрет в испанском наряде, мама растрогалась. Только сказала: «Бедная девочка, ты не знаешь, на что обрекаешь себя. Пабло озабочен только собой». Но кого останавливают такие слова, даже если они сказаны будущей свекровью? Ольга уже приняла решение. Труппа Дягилева собиралась на гастроли в Южную Америку. Ольга понимала, что пик её балетной карьеры уже пройден. Возвращаться в революционную Россию, ей, дочери полковника царской армии, было некуда и незачем. Кажется, у неё не было другого выхода – только замуж за Пикассо.

Они обвенчались 18 июня в Париже в соборе Александра Невского. Гостями были Дягилев, Гертруда Стайн, Макс Жакоб, Жан Кокто и Гийом Апполинер. Все были удивлены, как сильно любит Пикассо свою русскую балерину. А он, похоже, действительно думал, что это любовь на всю жизнь. Доказательством тому стал брачный контракт, в котором все его картины принадлежат ему и ей поровну.

Хохловой очень хотелось, чтобы муж забросил своих сомнительных дружков и вел светскую жизнь, а Пикассо поступал по-своему. Позднее Ольга забеременела и родила 40-летнему мастеру его единственного законного сына Поля. Художник писал портреты своей супруги, но та сказала, что хочет «узнавать своё лицо». Что ж, пожалуйста! Оно узнаваемо: большие задумчивые глаза, безукоризненно прямой нос и никогда ни одной улыбки. Всегда какая-то сдержанность и даже скованность. Словно на ней всё ещё тяжёлый кубистический костюм, придуманный Пикассо для балета «Парад».

Пабло стал тяготиться своей размеренной жизнью и ролью признанного салонного художника, которую пыталась навязать ему Ольга. Картин в неоклассическом стиле он написал уже предостаточно. Видя его охлаждение, Ольга мучила его и себя ревностью. И, что особенно грустно, поначалу безосновательно.

«Солнце не желает, чтобы его беспокоили»

В 1927 году Пабло Пикассо встретил 17-летнюю Мари-Терез Вальтер — спортсменку, красавицу, ничего не смыслящую в искусстве. Но Пикассо не искал искусствоведа. Ему нужны были новые формы. Вернее, как он сам говорил, он не искал, а находил.

Ольга была в отчаянии. Пабло не скрывал своих отношений с юной Мари-Терез, сначала сняв ей квартиру в доме напротив, а затем и вовсе поселив её в своей мастерской. Так прошло 7 лет, пока Мари-Терез Вальтер не надоело быть просто любовницей. Она появилась на пороге Ольгиного дома с маленькой девочкой на руках и заявила, что это «произведение Пикассо».

Такого унижения Хохлова стерпеть не смогла и удалилась в Канны с сыном Полем. Развод? Но в этом случае Пикассо должен был отдать ей половину своих картин. А такого художник допустить не мог, так что Мари-Терез Вальтер жестоко просчиталась. Но и Ольга не осталась в выигрыше. Она писала мужу письма, полные отчаяния, проклятий, называла его творчество деградацией и присылала портреты Бетховена и Рембрандта, намекая на то, что до таких высот в искусстве ему никогда не подняться. А Пикассо изображал Ольгу в виде лошади или быка на своих картинах из цикла «Коррида». Впрочем, это уже было неважно. Период, когда Ольга «узнавала своё лицо» в творчестве Пикассо давно закончился. Он разъял на куски некогда любимое им тело и превратил его в груды мяса. Называл жену «полным ничтожеством» и говорил, что жизнь с ней была «худшим периодом в его биографии».

Единственной отрадой Ольги был сын Поль и внуки Марина и Паблито. Но Поль вырос слабым и безвольным, Пикассо заботился о нём, но, весьма своеобразно: тот до конца своих дней полностью зависел от отца материально и ничего не мог с этим поделать. В 1955 году у Ольги Хохловой обнаружили рак, и она легла в клинику неподалёку от города Гольф-Жуан. Внучка Марина в своих воспоминаниях называла её волшебницей, говорила, что только от неё они с братом Паблито слышали в детстве ласковое слово. Марина запомнила её сидящей в кресле с ногами, укрытыми норковым манто, подаренным когда-то Пабло. Сам Пикассо ни разу не навестил свою жену. Он даже не пришел на её похороны в 1955 году, потому что занят был новой картиной.

Расставшись с Мари-Терез, Пабло начал появляться на людях с югославской художницей и фотографом Дорой Маар, которая стала главным источником его вдохновения в предвоенные годы. Она любила широкополые шляпы и длинные перчатки, курила сигареты с мундштуком длиной не менее 25 сантиметров и красила заостренные ногти в пурпурный цвет. Но главное – Дора стала не только свидетелем, но и соавтором «Герники», одного из самых известных полотен мастера, о чем говорят сотни негативов и контактных отпечатков, обнаруженных в ее личном архиве после ее смерти.

Роман с Дорой продлился семь лет, а потом Пикассо познакомился в парижском ресторане недалеко от его мастерской с молоденькой художницей Франсуазой Жило. Живая, энергичная, она покорила Пикассо и очень быстро появилась на его полотнах. Пикассо устроил мастерскую в замке Гримальди и обрел вторую молодость. Франсуаза весьма скоро забеременела и в мае 1947 года подарила любимому сына Клода, а через два года — дочь Палому. Но счастье было недолговечным. В своей скандальной книге «Жизнь с Пикассо» Жило писала, что художник постоянно издевался над ней, и когда она заболела, продолжал добивать ее, повторяя: «Ненавижу больных женщин».

В 73 года Пабло встречает Жаклин Рок. Она запретила всем его детям и бывшим женщинам видеться с маэстро. Те называли Жаклин «суровой хранительницей храма, жрицей, несговорчивой и высокомерной», обычно говорившей приезжавшим навестить Пикассо детям и внукам: «Его Величество отсутствует» или «Солнце не желает, чтобы его беспокоили». Он был болен, не слышал, не видел, а Жаклин ухаживала за ним. Пикассо умер 7 апреля 1973 года в возрасте 92 лет, оставив после себя около 80 тысяч работ. Он стал легендой, мифологизированным героем, почти богом авангарда, называвшим себя в шутку чертом. На что Эренбург возражал ему в своих мемуарах, говоря, что если он и черт, то добрый, поспоривший с Богом насчет мироздания, восставший и неуступивший.

«Заложники гения»

Пикассо без стеснения называл своих любовниц то «богинями», то «подстилками», заботился, чтобы они в равной степени чувствовали себя и теми, и другими. «Пожиратель душ» — так порой называли художника. Думал ли он о тех, кого любил, мучил и обессмертил в своих шедеврах? Многие из возлюбленных Пикассо страдали нервными расстройствами, совершали самоубийство либо сходили с ума. Повесилась Мария-Тереза Вальтер, ушла в монастырь, а затем застрелилась Жаклин Рок. Дора Маар попала в парижскую психиатрическую лечебницу святой Анны, где ее лечили электрошоком. А после этого она замкнулась в себе, став для многих символом женщины, жизнь которой разбита любовью к жестокому гению.

Садизм и безразличие, жестокость, нищета и бесконечные унижения — так описывала внучка Пабло атмосферу, царившую в семье великого художника. Марина Пикассо опубликовала книгу воспоминаний «Пикассо. Мой дедушка». «В наших бутылочках с соской было не молоко, а яд», — говорила она и сравнивала Пикассо с компьютерным вирусом, тонким и губительным, описывала его как «существо дьявольское и снобистское; как деспота, разрушителя, вампира, жившего в золотой клетке, как человека, неспособного любить. Он, как человек, страдающий булимией, поглощал жизнь, вещи и людей».

Сын Пабло, отец Марины, умер «обманутым, разочарованным, приниженным, уничтоженным». Для Пикассо он был ничтожеством. Марина вспоминала, как ее дед кричал своему сыну: «Ты посредственность и всегда таким будешь!» Больше всего страдали двое внуков великого художника. Брат Марины был человеком чувствительным. Возможно, он страдал даже больше, чем сестра, переживал из-за того, что дед унижал его родителей. Двое молодых людей испытывали чувство вины, полагая, что они в тягость старому художнику.

Марина заболела анорексией, а судьба брата была еще страшнее. Через четыре дня после смерти деда он выпил большое количество отбеливателя и сжег себе внутренности. «Его сердце и душа уже были сожжены», — пишет сестра, вспоминая об исповеди своего брата сразу же после попытки самоубийства.

«Это мое последнее бегство, — сказал он. — Чтобы спасти тебя. Я хотел взорвать, уничтожить изнутри все наши страдания». После агонии, длившейся три месяца, Пабло скончался. Он весил 28 килограммов. «Мой брат стал жертвой садизма и безразличия Пикассо, — утверждает Марина и добавляет. — Ни один член моей семьи не мог избежать издевательств со стороны гения».

Родственники и жены были жертвами, которые, по словам Марины, «должны были быть принесены на алтарь его искусства. Ему требовалась кровь, чтобы писать свои произведения. Все были заложниками его гения. Никому не удавалось вырваться из рук Пикассо, лично мне это так и не удалось никогда».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Зеркало недели», «Суперстиль», «Инопресса», «Спроси Алену»

Поделиться.

Комментарии закрыты