Похождения гения и пройдохи Бомарше

0

Французский драматург Пьер Огюстен Карон де Бомарше не раз оказывался в различных передрягах, однако всякий раз ему удавалось выходить сухим из воды.

Так, 235 лет тому назад во дворе парижского Дворца правосудия королевским палачом были сожжены его мемуары о произволе судебных органов. Однако Бомарше постарался придать делу настолько широкую огласку, что судьи не решились объявить Бомарше «бесчестным». Но, тем не менее, занимать общественные должности, по приговору суда, ему было запрещено. Как ни странно это звучит, именно политикой он начинает тогда заниматься.

Из грязи – в князи

Пьер родился 24 января 1732 года на улице Сен-Дени, в Париже. Отец его был простым часовщиком и очень надеялся, что сын продолжит его дело. Мальчик окончил несколько классов церковной школы и в 13 лет приступил к обучению мастерству часовщика. Учеба давалась ему очень легко, он даже изобрел анкерный спуск часового механизма, что позволило делать часы маленькими и плоскими. Но придворный часовщик Лепот присвоил это изобретение себе. Юноша не опустил рук, стал бороться за свое право на изобретение и выиграл дело. И анкерный механизм, и скандал, связанный с ним, принесли Пьеру-Огюстену Карону известность — его заказчиками стали принцессы, маркизы и даже сам король.

Юноша попадает в Лувр, где открываются его новые способности – игра на арфе. Дело в том, что в семье Каронов было много детей, и хотя отец относился к их обучению очень строго, после окончания рабочего дня в доме всегда было весело. Дети играли на гитаре, виоле, арфе, скрипке и клавесине, они сочиняли маленькие пьески и сами же их разыгрывали. Об этих способностях Пьера узнали скучающие во дворце принцессы и пригласили давать им уроки. Скоро даже сам король приходил послушать концерты, которые устраивали его дочери под руководством Пьера.

Карон быстро освоился с новой жизнью, знал все городские и дворцовые новости, всегда был остроумен, обладал привлекательной внешностью и, вполне естественно, что он стал незаменимым человеком во дворце. Правда, на этом заканчивается его карьера как часовщика.

В 1755 году он покупает должность контролера королевской трапезы. В его обязанности входило разрезать мясо и подавать блюдо королю. В то же время Пьер женится на вдове и просто присваивает себе новое имя, взяв его от названия небольшого своего владения — леса Марше. Теперь его имя Пьер-Огюстен Карон де Бомарше. Звучит оно, конечно, как дворянское, но дворянином Бомарше становится только в 1761 году, купив должность королевского секретаря и судьи по браконьерским делам в королевских угодьях. Не раз впоследствии Пьер Бомарше высмеивал дворянскую спесь в своих произведениях, ведь он очень хорошо знал ей цену.

Приговор на семерке пик

В апреле 1770 года он проверяет свои денежные отношения с компаньоном Пари-Дюверне, который признает за собой долг в 15 тысяч ливров. Но вскоре компаньон умирает, не успев оформить своих обязательств, а его наследник граф де Лаблаш отказывается выплатить этот долг. Состоялось несколько судов, но дело было проиграно, мало того, Бомарше обвинили в нечестности, и на его имущество наложили печати.

Положение его было очень тяжелым, но Пьер-Огюстен никогда не отступал, как и в случае с кражей его изобретения, он обращается с рассказом о своем деле в печать. Вся Франция следит за тем, как разворачиваются события. Бомарше говорит от лица народа: «Мое дело – дело всех граждан». Вскоре его мемуары сожгут, а самого правдолюба попросят со двора.

Оскорбленный Бомарше разворачивает бурную общественно-политическую деятельность. Он начинает поддерживать американцев в борьбе за независимость колоний, снабжая их оружием и амуницией. Французское правительство, помня предыдущий скандал, делает вид, что оно ничего не знает об этих поставках, мало того, оно берет с Бомарше слово, что его корабли не пристанут к берегам Америки. И тогда он выдумывает хитроумный план — предлагает «бунтовщикам» отправить своих корсаров на широту, где будет находиться его судно, и захватить его. Пока капитан будет протестовать против насилия, судно успеют разгрузить, загрузить табаком и отправят к нему во Францию.

Параллельно Пьер Огюстен занимается творчеством. Громкий успех «Севильского цирюльника», которого Бомарше написал в 1775 году,  делает произведение лидером национального театра. Выдающееся значение пьеса приобрела не столько благодаря искрометному юмору и блестящим диалогам, сколько образу Фигаро – хитроумного, неистощимого на выдумки, проницательного слуги. Позже этот персонаж появится в следующей пьесе Бомарше, «Женитьба Фигаро» (1784), где феодальные привилегии подверглись столь яростной атаке, что король не разрешил показывать ее публично. После премьеры Бомарше был арестован и посажен в тюрьму. Интересно, что приказ об аресте Людовик XVI написал, играя в карты, — на семерке пик.

Однако Бомарше не расстроился. С присущей ему ловкостью он использовал цензурный запрет короля для того, чтобы возбудить еще больший интерес к пьесе. Когда она была наконец поставлена в «Театр Франсе» 27 апреля 1784, трое человек погибли, задавленные в дверях обезумевшей толпой. На тот момент автор был уже на свободе.

«Я не устал от жизни…»

В конце восьмидесятых годов популярность Бомарше значительно уменьшается. Правда, он все еще принимает участие в общественной жизни страны, его даже избирают членом городского самоуправления Парижской коммуны. Но вскоре всплывает дело о ружьях, купленных Бомарше для французского правительства, но не доставленных во Францию, и он попадает в тюрьму. Каким-то чудом Бомарше в очередной раз избегает смерти и уезжает за границу, где остается в абсолютном одиночестве.

Лишь после долгих хлопот жены, ему в 1796 году удается вернуться на родину, в Париж. Три последних года своей жизни Бомарше проводит в кругу семьи и умирает 18 мая 1799 года.

Что и говорить, Пьеру «удалось прожить полную жизнь». Она была настолько яркой и такой насыщенной, что об этой жизни он в одном из своих писем написал: «Если бы время измерялось событиями, которые его насыщают, то я прожил двести лет. Я не устал от жизни, но если бы меня спросили, чего у меня было больше, хорошего или дурного, я без колебаний ответил бы: разумеется, хорошего…»

Подготовила Мария Борисова,
по материалам: «Отдых и развлечения» , «Кроссворд-кафе»

Поделиться.

Комментарии закрыты