Рукописи поведали о слабостях знаменитых людей

0

Как известно, почерк индивидуален: особенности письма могут рассказать о человеке даже то, в чём он сам себе не даёт отчёта.

То есть, анализ рукописи позволяет провести «диагностику» человеческих проблем и возможностей. С другой стороны, сам процесс написания от руки отвечает за психомоторику и в некоторой степени формирует характер человека. Но сегодня «ручное письмо» постепенно заменяется нажатием на клавиши клавиатуры и лёгкими прикосновениями к сенсорным экранам смартфонов. К чему это может привести? И какие тайны сохранили рукописи известных людей прошлого? Об этом рассказала эксперт Института графоанализа Инесса Гольдберг.

Всего за пару десятилетий в мире произошли существенные изменения. Наши письма всё чаще – электронные, а страницы книг – сенсорные. Набирая текст, мы стучим по клавиатуре, а создавая рисунок, прибегаем к компьютерным программам. Регулярно, ежедневно пишут от руки разве что школьники и студенты, да и то лишь во время учёбы. И это в то время, когда всюду трубят о необходимости развивать мелкую моторику.

Однако говорить о том, что «ручное письмо» умирает, всё-таки рано. Например, в Европе, напротив, набирают популярность фирмы, специализирующиеся на поиске персонала именно на основе анализа почерка потенциального кандидата на трудоустройство. А что ждёт нас в будущем? Не исключено, что со временем разработчики мобильных устройств и гаджетов создадут инструмент, позволяющий писать электронные письма своим почерком. В конце концов, индивидуальность нынче в моде.

Пушкин хотел всем доказать

Инесса Гольдберг и ее коллеги изучали почерки великих людей и вот к каким выводам пришли. При изучении почерка Пушкина специалисты задались невольным вопросом: какой ценой сформировался его гений? При взгляде на образцы почерка поэта нельзя не заметить графические проявления утончённости натуры, аристократичности, интеллектуальности: лёгкие переходы, интуитивные «нити», связывающие буквы.

Однако в его почерке обнаруживаются признаки психологического неблагополучия – надломленность штрихов, неустойчивость, нечитабельность, нездоровое психомоторное поведение на глубинном уровне. Аномально широкие левые поля намекают на нечто очень болезненное в семейном прошлом, что не покидает человека, хотя он старается это забыть. Чувствуется также острая потребность перевести свою подсознательную боль в сознательное русло, доказать всем свою позицию – об этом говорят резкие нарочитые штрихи с сильным нажимом, идущие от нижней зоны вперёд и вправо.

В почерке прослеживается оптимизация и даже схематизация букв, мелкая средняя зона, большой вертикальный разброс, при этом много белого пространства и большие интервалы – ярко выражен индивидуализм, интеллектуальность, уход в себя и свои идеи, порой слишком независимое мышление и… ощущение изолированности и тупика.

Однако Пушкин мог брать себя в руки, чтобы произвести ожидаемое впечатление, – это проявлялось при написании официальных бумаг, но этот нарочито аккуратный почерк – не «настоящий», в нём самоконтроль превалирует над спонтанностью и скоростью письма.

Гитлер лишь изображал истерики

Первое, что бросается в глаза, глядя на почерк Гитлера, – деструктивность форм и штрихов. Ущербность, максимальная схематичность букв вкупе с царапающими движениями, неспособностью к психомоторной гибкости показывают жёсткость, отсутствие потребности в близких отношениях и человеческом понимании.

Почерк фюрера указывает на причины такой острой антисоциальности и индивидуализма: это был человек, в полном смысле слова озабоченный только одним – поиском абсолюта. И именно здесь рождается фанатизм.

Вероятно, популярность этой личности во многом создавали другие люди: самостоятельно, не обладая ни психологической проницательностью, ни обаянием в общении, Гитлер не смог бы так преподнести и продвинуть свои идеи. Возможно, именно эти люди смогли привести его к власти, а в дальнейшем он просто выполнял роль диктатора, чему соответствовал по своим личностным качествам как нельзя лучше: непоколебимый, зацикленный на идее и безжалостный.

Как показало исследование почерка, его известные истерические выступления на публике – скорее всего, игра без настоящего срыва. Будучи очень жёстким и хладнокровным, Гитлер не зависел от настроения и эмоциональных порывов.

Чайковский был полон противоречий

Почерк композитора лишён сбалансированности и наполнен беспокойством, возбудимостью, резкостью, раздражительностью и неудовлетворённостью, в нём ярко выражено иррациональное начало – сенсорная чувственность и интуитивные озарения. Об этом свидетельствуют такие графические признаки, как резкая угловатость и одновременно нитеобразность связок и форм, подробность написания одних букв и абстрактность других, резкие смены нажима, чередование острых и тупых штрихов. Общаться с таким человеком было очень непросто: почерк отличается низкой читабельностью, искажённой, неустойчивой формой букв, хаотичностью распределения текста.

В особенностях написания середины букв (узких, спазматичных, с резким перепадом в размерах) отражается недовольство собой, угрызения совести и самообвинения, преувеличение собственных недостатков, ограничение удовлетворения собственных потребностей. В целом же в почерке, как и в личности великого композитора, много противоречий.

Фрейду не хватало объективности

Как это ни странно звучит, но почерк свидетельствует, что отец психоанализа далеко не психолог по натуре. Почерк Фрейда совершенно не соответствует почерку человека с бесконечным терпением и терпимостью. Наиболее заметны узкие, заострённые буквы, резкие, колючие штрихи, сильный нажим – это яркое свидетельство напористости, постоянного поиска провокаций, это негативистский взгляд на мир и людей, желание вывести на чистую воду другого человека. Вести себя тихо, допускать компромиссы или позволить другому говорить Фрейду было очень трудно, поскольку от природы этот человек – нападающая сторона, этакий мачо, непобедимый и нетерпимый.

На фоне стремительности нюансы в поведении нажима и в качестве штриха, а также высокая степень индивидуальности почерка и верхней зоны позволяют заключить, что Фрейд был проницателен, мог творчески подходить к разным вещам, в том числе и к психологической области, обладал нестандартным мышлением. По складу ума Фрейд не является традиционным учёным: это человек, который работает по наитию, – если что-то кажется ему правильным, он развивает эту идею. Но ему, как показывает почерк, не хватало объективности и видения перспективы, взгляд был скорее узконаправленным. Он мог отлично анализировать и формировать отдельные аргументы, но не синтезировать в целое.

В почерке психоаналитика заметен недостаток интервалов между словами и строками – он выглядит тесным, загромождённым. Фрейду не хватало в полной мере взгляда со стороны, беспристрастности, развитого критического мышления – слишком много страстей переполняло его внутренний мир.

Шанель не признавала авторитеты

Совершенно не удивительно, что именно элегантность стала одним из ключевых принципов стиля Шанель: утончённость линий, лаконичность формы, свобода движения, высокая скорость штрихов. В сочетании с гибкостью и заострённостью штриха, слитностью почерка, неустойчивостью правого наклона это говорит о свободолюбивом, смелом характере, активной жизненной позиции, развитой инициативе, авантюризме, склонности к риску, доле импульсивности в характере.

В почерке находит отражение негармоничное расходование своей энергии, а неоднородность и резкие смены в нажиме свидетельствуют о том, что период высокой работоспособности великого кутюрье сменялся периодом лености и апатии.

Образец почерка отличается сниженной читабельностью, оригинальностью букв и связок, индивидуальностью формы, небрежностью в организации текста на листе. Эти особенности почерка Шанель свидетельствуют о ее индивидуализме, игнорировании общественного мнения и авторитетов.

Автограф на вес золота

Кстати, росчерк известного человека может оказаться желанной добычей коллекционеров. Например, самый дорогой автограф в мире стоимостью около 5 миллионов долларов принадлежит перу якобы Шекспира. Всего же сегодня известно о шести подписях, оставленных поэтом на официальных документах вроде закладной на недвижимость. Но поскольку автографы Шекспира представляют широкий научный интерес, ждать их появления на аукционах не стоит.

Более чем в полмиллиона долларов обойдётся автограф Джона Леннона, оставленный на альбоме Double Fantasy незадолго до смерти. Тройку лидеров по стоимости артефакта замыкает двойной автограф Мэрилин Монро и Джо Ди Маджо, оставленный ими на бейсбольном мяче, который оценивается приблизительно в 200 тысяч долларов.

Светлана Жохова,
«Невское время»

Поделиться.

Комментарии закрыты