Теруань де Мерикур: амазонка революции

0

«Ты видел ли Tеруань, что толпы зажигает, в атаку чернь зовет и любит грохот сеч?» — вопрошал Шарль Бодлер, восхищаясь прекрасной и беспощадной куртизанкой Французской революции.

«Но ты щедротами полна»

Поднявшись из дыма, копоти и крови, Первая республика наделила, как могла, всех французов свободой, равенством и братством, а о судьбе прекрасного пола стыдливо умолчала. Знаменитая «Декларация прав человека» рассчитана только на мужчин, а одно из немногих единогласных решений Конвента касалось запрета женских клубов. Но для одной гражданки было сделано исключение – революционная куртизанка Теруань де Мерикур, возглавлявшая поход женщин на Версаль, стала единственной дамой, удостоенной права присутствовать на парламентских заседаниях.

Что же, для нее было не вновь выпадать из всех вертикалей – дочь разбогатевшего фермера, которую легко принимали за дворянку, но не вздернули на фонаре без суда и следствия во время разгула санкюлотов, она сама устанавливала правила игры. Появившись на свет 13 августа 1762 г. в бельгийской деревне Меркур под Льежем, Анна Жозефа Тервань уже в 14 лет знала, что не будет ни коровницей, как мать, ни модисткой, как благочестивая тетушка. Это не для нее — трястись над каждой копейкой, сносить побои подгулявшего супруга и прятать свои прелести под бесформенными домоткаными платьями – она быстро смекнула, что красоте открыты запретные двери.
 
Дерзкую девчонку заперли в монастыре, но уже через два года она сбежала оттуда, вскружив голову богомольному англичанину, в котором причудливо сочетался религиозный пыл и изощренный порок — милорд Спайнстер слыл страстным поклонником философии маркиза де Сада. Вскоре во время увеселительной поездки в Париж Анна, теперь уже называющая себя Теруань де Мерикур, сбежала с новым любовником, при этом ухитряясь тянуть деньги из бывшего кавалера.

Маркиз де Персан оказался более утонченной натурой, чем Спайнстер – помимо оргий, в его жизненном репертуаре находилось место театру и музыке. Благодаря ему из малышки Теруань получилась неплохая оперная певица. Прославленный тенор Давид влюбился в ее страстное контральто, но капризная девица предпочла ему другого певца, темпераментного Тендуччи, которого называли возрожденным Казановой – говорили, что он успел побывать в будуарах всех своих почитательниц. Именно такого мужчину искала Теруань, за одну ночь изматывающая десятерых. Однако и он не выдержал напора Анны и потерял голос. Говорили, что его подвела привычка брать верхнее «до» в честь каждого любовного залпа…

«Влюбленная в огонь и порох бурно»

Какое-то время Теруань де Мерикур жила в Италии, разорила местного банкира, а потом заразилась «французским насморком» (венерическим заболеванием) — и, впервые оказавшись наедине с собой, отчаянно заскучала. По собственному признанию, ей срочно требовалась «буря, способная погасить сжигавший ее огонь». И такая буря вскоре нашлась – летом 1789 г., прочитав в газете о взятии Бастилии, Теруань де Мерикур поняла, где можно пощекотать нервы.

Распродав драгоценности, она вернулась в Париж. Остроумной и обаятельной женщине не составило труда обзавестись шлейфом поклонников – через ее объятия прошел весь цвет клуба кордельеров, включая Дантона, Мирабо, Барнава, Петиона и Демулена.

Прислушиваясь к разговорам любовников, Теруань постепенно прониклась республиканскими идеями и научилась ораторствовать не хуже вождей – ей нравилось «вкушать удовольствия любви, возбуждая себя несчастьями народа». Одна незадача – никто не воспринимал всерьез ее красные колпаки и туники, едва прикрывавшие грудь. Мало назваться «амазонкой революции» — слова следовало подкреплять делом, благо, резкий скачок цен на хлеб достаточно наэлектризовал толпу.

Теруань знала, как обратить отчаяние в могущество. Слово за слово – и вскоре каждая судомойка знала, что во всех ее бедах виновны король и королева, разбазарившие казну.

Теперь они прячутся в Версале от народного гнева, измышляя новые поборы, чтобы продолжать веселиться на костях умирающих от голода – значит, настало время выкурить их оттуда. И 5 октября 1789 г. пестрый женский отряд под предводительством куртизанки двинулся на Версаль, вынудив Людовика XVI и Марию-Антуанетту вернуться в Париж, где их уже дожидался ордер на арест. Позже хроники приравняют версальский поход к штурму Бастилии, но легкомысленную «амазонку» история не особенно заботила. Для Теруань было гораздо важнее увидеть в глазах многочисленных поклонников не только желание, но и уважение.

«Опустошенная безумною борьбой»

«Царица Савская навещает окружного Соломона!» — воскликнул Демулен, когда воительница переступила порог клуба кордельеров. Но основать свой собственный клуб Теруань так и не позволили: по инициативе Робеспьера, Конвент запретил все женские собрания. Тогда она превратила в салон собственный будуар, получивший название «Друзья закона». Даже самые непримиримые женоненавистники в конце концов были вынуждены признать, что Теруань – женщина незаурядная: в 1792 г. ей разрешили посещать законодательные собрания с правом совещательного голоса. Правда, к ее советам так никто и не прислушивался – в ту пору даже Руссо отказывал женщине в уме.

Однако популярность амазонки революции была так высока, что толпа могла растерзать любого, на кого она укажет пальцем. И однажды Теруань не удержалась от мести и натравила горожан на журналиста Сюло, осыпавшего ее насмешками на страницах газет.

Знала ли отчаянная красотка, что ей предстоит разделить его участь? В Конвенте брали верх вовсе не развеселые завсегдатаи ее салона, а угрюмые фанатики, причислявшие к врагам народа заодно и блудниц, привечавших аристократов. Имя Теруань тоже попало в проскрипционные списки, но кто-то вовремя ее предупредил, и она успела бежать в Австрию. Однако встретили ее там вовсе не с распростертыми объятиями – кто-то из эмигрантов, желая выслужиться, оклеветал Теруань перед австрийским правительством. Правда, следователи не очень-то поверили в «предводительницу парижских людоедов», но для порядка промариновали живую легенду под замком несколько месяцев, пока не пришло личное распоряжение короля выпустить ее на свободу.

Узнав о гонениях на жирондистов, разъяренная Теруань поспешила в Париж — расквитаться со своими обидчиками и отомстить за своих друзей. К сожалению, она не знала, как изменчива народная любовь: после пламенной речи в защиту лидеров Жиронды амазонку революции окружили небезызвестные «вязальщицы Робеспьера» — фанатичные якобинки, охочие до казней и крови, повалили Теруань на землю, раздели догола и до крови высекли нагайками. Им случалось забивать насмерть даже крепких, закаленных в сражениях вояк. Теруань, на свою беду, выжила, но душа, не вытерпев позора, навсегда покинула тело, предоставив ему еще 25 лет прозябания в помутнении рассудка. По ночам ветхие стены дома призрения оглашали душераздирающие вопли – несчастной женщине, не увидевшей ни воцарения Наполеона, ни реставрации монархии, снились дни ее скоротечной славы – но почему-то только в багровых тонах…

Подготовила Анабель Ли,
по материалам club14.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты