Что не так с «Богемской рапсодией»

0

Рецензия на фильм о Фредди Меркьюри и группе Queen

Фильм о группе Queen сразу начал войну между фанатами и критиками: одни восхищаются, другие ругают. Разбираем музыкальный байопик со всех сторон и пытаемся понять, как избавиться от неполадок «Богемской рапсодии».

К вопросу о жанре
«Фильм-биография» — относительно новый жанр в кино, но давайте не будем долго изучать историю байопиков. Об этом написана масса статей, книг и прочей научной и околонаучной литературы.
Скажем только одно: среди байопиков печально мало удачных картин. Все из-за штампов, которыми жанр быстро оброс. Обойти их практически невозможно, особенно если ты снимаешь фильм про музыканта.
Лента начинается с какой-нибудь детской душевной травмы главного героя, которая станет лейтмотивом всего его творчества (или заставит взяться за гитару/фортепиано/гобой). Затем — долгий путь к успеху, параллельно развивающаяся любовно-романтическая линия, алко-, нарко-, секс-зависимость, звездная болезнь, крах карьеры, возрождение из пепла, смерть или яркая победа в финале.
Почему этими штампами под завязку забита именно музыкально-эстрадная часть производства? Не откроем Америки, если предположим: просто потому, что шоу-бизнес – это та отрасль, звезды которой не просто на виду у всех, но обязаны быть ежедневно в новостях.
Есть, конечно, примеры хороших байопиков про музыкантов, но только в тех редких случаях, если это не очевидная биография. Например, «Последние дни» Гаса Ван Сента, в котором человек, лишь похожий на Курта Кобейна, но носящий другое имя, слоняется туда-сюда весь фильм. Или «Меня там нет» о Бобе Дилане, которого играют несколько актеров.
Но в целом уже невозможно рассказывать о том или ином музыканте с серьезным лицом. Уже есть пародии на музыкальные байопики: «Взлеты и падения: История Дьюи Кокса» Джадда Апатоу или ироничный взгляд братьев Коэн на проблему биографических фильмов «Внутри Люьина Дэвиса». Да что уж там! Возьмите классику мокьюментари «Это spinal tap», которая была снята Робом Райнером аж в 1984 году, когда канон музыкальных биографий не был затерт до дыр.

Что не так с «Богемской рапсодией»?
Довольно оглядываться на прошлое, перейдем к повестке дня. Над сценарием «Богемской истории» работали известные мастера биографических фильмов: Энтони МакКартен («Темные времена», «Вселенная Стивена Хокинга») и главный специалист по королям Питер Морган (телесериал «Корона», «Королева», «Последний король Шотландии», «Гонка», «Фрост против Никсона»). Если знать, как долго вычищали сценарий исполнительные продюсеры Брайан Мэй и Роджер Тейлор, то уже заранее готовишься к худшему из вариантов.
Даже не в завязке, а в прологе за десять-пятнадцать минут нам рассказывают почти все, что ждали увидеть фанаты Queen. Тут вам сразу:
— и общеизвестная его страсть к котам;
— и то, что его все считают пакистанцем, а Меркьюри жутко обижается на это;
— и то, что он меняет имя с Фаруха на Фредди;
— и вот он ломает микрофонную стойку и использует ставший каноническим обломок от нее;
— и вот он приходит в магазин, где ему нравится вещи из отдела для женских платьев;
— и вот он стесняется своих зубов…
…и вся эта полезная информация, известная даже тем, кто не очень любит творчество Queen, передается в ультракоротком режиме. Даже не знаешь, на какой мелочи заострить внимание. Разве что на том, как Роджеру Тейлору пришла мысль лить жидкость на мембраны барабанов.
Опустим диалоги, рассчитанные на то, чтобы фанаты всей Земли бурно зааплодировали (Меркьюри: «Мы хотим большего». Менеджер лейбла: «Все молодые группы хотят большего». Брайан Мэй: «Но не все называются “Queen”!»), и нам достанется сюжетная структура, полностью соответствующая классическому байопику, о которой говорилось выше. (Я все время нервничал, думая «Пускай, с такими диалогами можно смириться, но если где-то зазвучит хоть один намек на “Show must go on”, это будет уже за гранью пошлости».)
Есть такие личности в истории, с творчеством которых некоторые из нас могут быть не знакомы, но зато абсолютно все знают о них по каким-то фактам из биографии. Например, Ван Гог отрезал себе ухо, Бальмонт — «рекордсмен мира по попыткам суицида», Бетховен был глухим, Высоцкий был наркоманом.
А Фредди Меркьюри был бисексуалом и умер от СПИДа. Поэтому первая кульминация происходит спустя час, когда Меркьюри понимает свою сексуальность. Почему? Потому что мало кого из сидящих в зале может тронуть история становления группы Queen, контракт со студией, запись «Bohemian rhapsody». Но вот когда он объявляет своей подруге Мэри Остин, что он любит мужчин, — это первая кульминация.
Вторая – когда Меркьюри предлагают сольную карьеру и группа распадается. Певец показывает нам свою темную сторону, и мы, разумеется, испытываем шок (хотя мы все равно остаемся на стороне Фредди).

Что, неужели все так плохо?
Нет, сценаристам можно было бы не заигрывать с публикой, выдавая банальные и пошловатые подробности, и копнуть чуть глубже и серьезнее отнестись к сюжету. Но, как мне кажется, серьезное проникновение в историю сгубило не одно произведение.
В частности, слишком въедливый взгляд в историю рок-музыки Нью-Йорка 70-х убило сериал «Винил» (телешоу Мартина Скорсезе и Мика Джаггера приказало долго жить после первого же сезона). Хотя в «Богемской рапсодии» есть пара фантиков для яростных меломанов. Например, на вечеринке в 1982 году внезапно звучит, как может показаться, MC Hammer с «U can’t touch this», что, разумеется, ошибочно. Но читайте титры: это песня «Super freak» Рика Джеймса, сэмпл из которой Хаммер взял для своего суперхита спустя 10 лет.
Впрочем, это частности, в которых, возможно, сценаристы и не принимали участие. Это дело музыкальных супервайзеров (но мы все с дрожью ожидаем «Show must go on»). Но за один удачный ход Моргану и МакКартену стоит сказать спасибо. Закольцовка — это не самый редкий прием в драматургии, но он работает почти всегда безотказно. Раз уж мы начали с Live Aid, то давайте этим концертом в помощь детям Эфиопии 1985 года закончим фильм.
Так вот, сценарная и съемочная группы приняли решение перенести на финал 20-минутный сет на Live Aid почти полностью. Решение неоднозначное, но именно там режиссер Брайан Сингер показал себя как мастер не только драм, но и масштабных фильмов. Он уже буквально взрывал стадион в «Людях Икс: Дни минувшего будущего», а теперь метафорически «взорвал» 82 тысячи человек на Уэмбли, когда на сцене появились Queen.
Понятно, что это все компьютерная графика, что в наш век и не такое чудо можно быстро нарисовать. Хоть мы и обсуждаем сценарий, но нельзя не отметить масштабность сцены. И еще одно не наше сценарное дело: в последней сцене исполнитель главной роли Рами Малек, знакомый нам по «Мистеру Роботу», выкладывается на полную катушку: его энергия и искусство перевоплощения и так работали весь фильм, но в сцене на Уэмбли он дает прикурить всем участникам съемок.
Можно было бы выдохнуть, когда на оптимистичной «We are the champions» фильм и заканчивается, но мы – люди дотошные и любопытные, смотрим титры до конца. И на финальных титрах. Звучит. Песня. Да, именно «Show must go on». Самая известная нынешнему поколению, самая очевидная, самая простая для разжевывания публике мысли, что «Фредди жив».

Можно ли это исправить?
Если не считать «Show must go on», то теоретически фильм можно было бы поправить, например, на уровне диалогов. Посмотрите сцену, где герои придумывают «We will rock you». Ну не разговаривают так люди и не действуют.
Можно было бы взять какой-то отрезок жизни Меркьюри и/или группы Queen и показать его максимально подробно. Ведь само название фильма предполагает работу над песней «Bohemian rhapsody».
Но ни тот, ни другой вариант несовместим с реальностью. Первый — потому что простые, как лопата, диалоги выгодны студии. Второй — взвоют фанаты: мол, показали музыканта только с одной стороны.
Можно было бы расширить кино до сериала или мини-сериала, но сравните фильм «Все деньги мира» и сериал «Траст». В картине Ридли Скотта все лаконично, структурно, целостно. В сериале Дэнни Бойла эти же события поначалу рассказаны очень драйвово и бодро, но, по слухам, Бойл соскочил с проекта после трех серий, и ближе к финалу «Траст» становился все более нравоучительным и морализаторским настолько, что последнюю серию уже становилось невозможно смотреть. Хотя Гетти в исполнении Дональда Сазерленда смотрится выигрышнее. Та же судьба могла бы постичь и сериал про Фредди Меркьюри.
Поэтому тут ничего не поправить.

Кадр из фильма «Богемская рапсодия» (2018), Фото: 20th Century Fox) (foxmovies.com)

http://tvkinoradio.ru

Поделиться.

Ответить

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.