Халтура

0

Халтура

История, правда, не совсем приятно пахнущая, но думаю, что из-за этого актуальности своей не потерявшая.

Работал один мой знакомый по хозяйской части на одном из предприятий. Помимо огромного хозяйства был в его ведении и общественный туалет на территории. Не тот, что с унитазами и кафелем, а тот, что из досок и нескольких отверстий в полу. Вот по причине его санитарного состояния и получил он на очередной планерке вполне законный разнос от руководства. Дело, конечно, не очень приятное, но как не крути, а выполнять распоряжение надо.

Знакомый, получив в кассе деньги для осуществления работ, призадумался. Уж больно жалко ему было эти деньги отдавать, ну такая натура у человека была, все к рукам липло. Правда, и сортир чистить самому не хотелось. Решение созрело само — раз полностью забрать нельзя, надо постараться хотя бы часть сэкономить.

Первыми, кто попался ему на глаза, были два пожилых корейца, мирно отдыхавшие на лавочке возле частного дома после огородных работ.

— Слышь, мужики, как виды на урожай? — окинув взглядом стоящие во дворе теплицы, и присаживаясь на краешек лавочки, начал он издалека.
Корейцы поругались на затяжную весну, но, в общем-то, разговор поддержали. Окрыленный успехом, знакомый продолжил.
— Вы ведь все равно в этом удобрении всю жизнь ковыряетесь. Туалет не возьметесь почистить?
Корейцы многозначительно переглянулись:
— А много там?
— Да понимаете, туалет общественный, года два не чистился, наверное, машины две будет, — быстро затараторил знакомый, — но машина для вывозки моя, — смягчая обстановку, добавил он. — Если инструмент какой-то надо, тоже подсоблю.
Корейцы еще раз переглянулись.
— Сколько? — пристально глядя в глаза знакомому, произнес один.
— Двести! — с присвистом произнес тот, решив, что полтинника за труды праведные ему будет достаточно.
Хлопнув по рукам, договорились на утро завтрашнего дня.
С утра работа закипела, и знакомый только потирал руки, радуясь быстрому решению вопроса и сэкономленному полтиннику. К вечеру к нему подошел один из корейцев:
— Все, закончили. Однако полторы машины только набралось, а ты говорил — две будет.
— Ну, так, это! — встрепенулся знакомый, — раз удобрения меньше, значит и денег должно быть тоже меньше. Я ведь двести за две назначал, а раз полторы, тогда значит рублей сто семьдесят, — радуясь еще и «прилипшему» тридцатнику, закончил он.
— Я сразу понял, что ты человек порядочный! — без всякого ехидства, вместо возмущения, ни с того, ни с сего вдруг ляпнул кореец. — Ну, пора бы рассчитаться.
Руки в карман они засунули одновременно, правда кореец оказался шустрей и через секунду выдернул руку обратно с рулончиком денег. Отсчитывая сто семьдесят рублей, он не прекращал бормотать:
— Ты, товарищ, если еще: будет, подходи, мы всегда рады. С такими людьми приятно работать. Цену не ломишь. А нам удобрение — во, как нужно, теплицы сам видел какие. Зиму отлежится, перегорит, на следующий год в самый раз будет.

Знакомый, не веря своим глазам и ушам, принял из рук корейца деньги и еще долго смотрел ему вслед.

Правда оцепенение все же прошло, и… началась истерика.

Ориентировка

Эта история произошла, когда мы учились на первом курсе географического факультета и проходили полевую практику.

Идет у нас неделя геоморфологии (науки о формах рельефа и т.д.), группа, человек 10-12 идет по непролазному лесу следом за преподавателем. Все ориентируются по карте, компасу и объектам. Объектов в лесу не густо, поэтому ориентировка только по карте и компасу. Компас только у преподавателя.

Выходим к точке А — оврагу №1: преподаватель начинает грузить нас знаниями. Десятиминутная лекция подходит к концу и тут он, хитро улыбаясь, говорит: «А сейчас я научу вас ориентироваться в лесу без компаса». Ну, нам то что — по барабану. Опять построились все гуськом и за ним через чащу. Шли минут пятнадцать-двадцать.

Выходим к точке Б — оврагу №2. Разворачиваем карты, начинается следующая лекция. Я, не особо вслушиваюсь в трепыхания доцента, разглядываю ручей, протекающий в овраге, и что-то в это ручье меня смущает. Потом догадываюсь — а ручей-то течет в другую сторону, нежели на карте обозначено. Консультируюсь с собратьями по группе. Вместе изучаем карту и выясняем, что пришли обратно на точку А, только находимся в метpaх пятидесяти вниз по течению.

Преподавателя известили немедленно, тот, немало не смутившись, сам изучил карту и ручей, а потом сказал: «Идем дальше». Только уже по компасу.

Поспорили

Бухгалтерия у нас укомплектована суровыми женщинами одинакового возраста. Спорить с ними бесполезно — если сказали, что справка будет готова в понедельник в три, то оторвать их от пасьянса раньше не по силам даже шефу. Впрочем, что это я…

Работу свою они делают, зарплату получают работники вовремя, ну почти вовремя. Начала спора системного администратора с главным бухгалтером я не застал, но спорили они яростно. Я вошел в кульминационный момент, когда красный от злости администратор заявил: «Да если я захочу, вы зарплату сегодня не выдадите!» и хлопнул дверью. Главбух, самая суровая из женщин бухгалтерии, ехидно пробормотала: «Ну-ну, хакер недоделанный… Зарплата-то уже насчитана, все бумаги распечатаны, что он, интересно будет…» В этот момент дверь снова распахнулась, и страшная черная рука администратора просунула в кабинет живую извивающуюся мышь!

Под визг суровых женщин, мигом оседлавших столы и стулья, он выпустил мышь, и ушел, плотно захлопнув дверь. Я покинул бухгалтерию чуть раньше, не имея никакого желания выступать в роли спасателя и укротителя диких мышей. Спасли их минут через десять экспедиторы. Но мышь-то оставалась где-то внутри! Суровые непреклонные бухгалтеры наотрез отказывались заходить внутрь. Они требовали вызвать санэпидемстанцию, милицию и штатного кота, который куда-то пропал (сидел в серверной и ел сметану).

Зарплату в тот день мы не получили, но было весело.

Чей топор острее

Был у меня сосед — обычный дедок — пенсию получал, глазом на мир смотрел с доброй улыбкой (кто не знал, до сих пор не знают, что второй — стеклянный). После 2-х зон весь CCCP объездил, и в Монголии свой семенной фонд привил. Все соседи — друзья, дед неприхотливый — всем поможет, что есть за душой — отдаст не жалея. Душа богатая была — ну, да и там ему сторицей пусть отдастся!

Был один глумливый сосед. Наточил топор и давай хвастаться остротой типа, «ты свои ножи по дереву не так точишь, как я со своим топором чуть не доски обрезные делаю и хату облагораживаю!»

Дед просто глазом хитро посмотрел и на спор забил: «Спорим, ты своим топором мою хозяйственную рукавицу напополам не разрубишь?»

Забились на пол-литра белой казенки. Один положил рукавицу на колоду — другой рубанул ее сильно топором. Рукавица в ошметки, но не развалилась. Топор — не пригоден к использованию.

Дед просто в рукавицу два гвоздя засунул. На 150 и 200 мм.
Пили вместе потом, но другой сосед после этого с уважением к деду относился.

Заговорил на русском

Вот уже долгие годы многие светлые умы человечества, от нейрофизиологов до писателей-фантастов, пытаются отыскать способ ускоренного обучения иностранному языку. Оригинальный случай решения этой проблемы рассказал мне сослуживец…

Находясь в должности начальника заставы, столкнулся он с одной из типичных проблем существования в военно-полевых условиях. Короче, порывами ураганного ветра порвало провод электропередачи. Естественно, требовался срочный ремонт. И специалист имелся — срочник, который до армии работал электриком. Одна беда — солдатик ни слова не понимал по-русски (кто служил в Таджикистане — поймет, о чем я…) В связи с чем, оный служивый использовался по хозяйственной части, где самозабвенно ковырялся в проводке.

С помощью другого срочника-толмача, товарищ мой разъяснил фронт работ, на что «спец», утвердительно кивнув черепом (мол, плавали — знаем), уверенно полез по стремянке навстречу подвигу.

Не особо вдаваясь в подробности, скажу, что что-то там перемкнуло, далее — взрыв, яркий фейерверк развеселых искр, и в кульминации — достойный зависти каскадеров полет с высоты 4-х метров с характерным шмяканьем о мать — сыру землю.

И вот, в момент встречи с вытоптанным сотней сапог грунтом, горе-электрик с восхищенным взором, на абсолютно чистом русском языке выдал: «Бли-и-и-и-н! Как долбанул-о-о-о-о!»

Немцы тоже умные

Тесть рассказал забавную историю…

Начало 60-х, бескрайние степи северного Казахстана. Едет он на своей водовозке в родной совхоз и видит на обочине одиноко стоящего новенького москвича с поднятым капотом. Около москвича стоит седой аксакал и горько плачет. Пожалел его тесть, остановился, спрашивает как что случилось.

— Новую машину гоню, — отвечает казах, да вот поломалась.
Глянул тесть под капот и видит, что из трамблера кабель вылетел. Вставил он кабель, машина сразу завелась. Аксакал со счастливыми глазами жмет тестю руку и спрашивает:
— А ты кто по национальности-то будешь?
— Немец я, — отвечает тесть.
— Ты смотри-ка, немец, а почти такой же умный как казах!

Серьёзно больны

Начался третий трудовой семестр (терминология середины восьмидесятых), а по-русски — выезд университета в колхоз, где мы работали на консервном заводе. Народ всеми правдами и неправдами пытается отлынивать от работы, вплоть до «самострела» всякими старыми дедовскими средствами с поносом и температурой.

Освобождение от работы давала медсестра студенческого лагеря (житель того же села), которая только и умела, что мерить температуру.

В помощь ей, а также для прохождения практики, прислали двух студенток старших курсов мединститута, которым не давалось право выписывать самим освобождения, но, поскольку та медсестра и писать-то толком не умела, они заполняли бланки истории болезни.

В этом и было наше спасение: слегка загулять с медицинскими студентками на всю ночь, а с утра явиться вместе с ними в медпункт. Там, в присутствии официальной медсестры, они выписывали якобы рецепт, а на самом деле было написано, что такой-то освобожден от работы в связи… и дальше невоспроизводимое название на латыни, которое естественно никто прочесть не в состоянии.

Потом мы эту бумагу несем в контору завода и пару дней «болеем». Мы этим активно пользовались, да и медички были ничего себе, так что все шло гладко пару недель, за которые мы умудрились «проболеть» дней восемь.

Кончилось все плохо: однажды ночью в разгар веселья у студенток-медичек в комнату вваливаются два местных мента и уводят их для дознания. Народ в панике, в чем дело? Выясняется, что выписав кучу таких справок своим приятелям, они несколько утомились от рутинных названий и стали упражняться в разных редких болезнях. Когда их запас иссяк, или в силу постоянных недосыпаний, они стали выписывать справки приблизительно так — «Освобожден от работы с такого-то по такое-то в связи с проникающим черепно-мозговым ранением» и т.д. Эти справки никто не читал, но как-то раз они попались на глаза главному врачу местной больницы (куда их передавали через некоторое время) и с тем сделался приступ от формулировок типа: «Освобожден от утренней смены в связи с ампутацией передних конечностей» или — «Постельный режим в течение двух дней в связи с терминальной комой на фоне церебрального паралича, осложненного фиброзно-кавернозным туберкулезом».

Короче, был очень серьезный скандал. Но сейчас вспоминается с удовольствием…

Меню на завтрак

Служил я когда-то в армии сверхсрочником, играл в военном оркестре. Ну и на гастроли по разным российским городам разъезжали, чтобы поднять патриотический дух нашей армии. И соответственно, оторвавшись от жен, как следует попить горячительных напитков. Как говорится, «брали самогон на две недели гастролей, а выпили за ночь в поезде».

Так вот, приехали как-то в другой город, и поселили нас в гостинице, а не в казарме, как бывало. Первый этаж гостиницы занимала кулинария, в которой продавался, однако, и алкоголь. И взяли мы за привычку в этой кулинарии покупать пирожки на завтрак. Продавщица нас уже знала чуть ли не поименно, и отпускала без очереди.

Как-то закончилась у нас выпивка, и послали гонца купить с утра (на вечер, целый день концерты) коньячку и водки. А так как компания у нас немаленькая, то и закупить хотели нехило.

Вот заходит гонец в кулинарию, продавщица его видит и говорит очереди: «Товарищи, я отпущу мальчика, у них концерт сейчас — позавтракать надо ребяткам, хорошо?» Ну, очередь понятливая, типа, да не проблема, пусть завтракают.

Подходит он и говорит: «Мне пять бутылок коньяка, шесть литровок водяры и пивка ящик».

Тишина в магазине и один мужик в этой тишине говорит: «Ничего себе ребятки завтракают…»

Источники: «Анекдоты из России», «Анекдотов.net», «Online.ua», Bestbash.org

Поделиться.

Комментарии закрыты