Джейсон Стэтхем: «Когда увидел свой трюк на экране, меня взяла гордость»

0

Один из самых известных голливудский актеров, он до сих пор считает свою карьеру «удачным стечением обстоятельств».

«Я продавал фальшивые драгоценности на перекрестках»

Джейсон Стэтхем родился 12 сентября 1972 года в Лондоне в семье певца и танцовщицы. И хотя его происхождение позволяло ему с самого начала заниматься шоу-бизнесом, он все же избрал спортивную карьеру и занялся прыжками в воду. На Олимпиаде 1988 года в Сеуле Джейсон был в составе сборной и являлся членом Национальной Ассоциации в своем виде спорта в течение десяти лет.

При этом он вовсе не был пай-мальчиком: в своем районе Стэтхем приобрел известность как уличный продавец краденых драгоценностей и поддельной парфюмерии. «Я торговал на улицах с 9 лет, – вспоминает Джейсон. – Мы с братом работали для отца, продавая фальшивые драгоценности на перекрестках. Вот где я действительно отточил свое актерское мастерство».

В конце 90-х один рекламный агент, преимущественно работающий со спортсменами, пригласил Стэтхема принять участие в рекламной кампании европейской оптовой фирмы French Connection. Так Джейсон появился в рекламе джинсов Levi's, с чего и началась его модельная карьера. А вот в кино он снялся впервые в 1998 году, когда владелец French Connection стал инвестором фильма Гая Риччи «Карты, Деньги, Два Ствола» и предложил режиссеру кандидатуру Стэтхема на одну из ролей.

Заинтригованный прошлым Джейсона и впечатленный его модельной работой, Риччи пригласил его на пробы, где в качестве этюда предложил Стэтхему изобразить уличного торговца и склонить его к покупке гарнитура поддельных золотых драгоценностей. Джейсон был так убедителен, что Риччи «купил» четыре гарнитура.

Когда же режиссер попытался вернуть эти бесполезные приобретения, притворяясь, что золото оказалось нержавейкой, Стэтхем был так очаровательно неумолим, что Риччи тут же нанял его на роль Бэкона – одного из четырех главных героев своей картины, вовлеченного в рискованный план быстро разбогатеть, чтобы вернуть огромный карточный долг.

В следующей криминальной комедии Гая Риччи «Большой Куш» Стэтхем играет Турка, который пытается проникнуть в мир подпольного бокса. Вначале это была роль второго плана, но в процессе съемок она расширялась, и к моменту выхода фильма в кинопрокат Стэтхем стал одним из главных персонажей ленты.

«Надо уметь расслабляться даже в самой экстремальной ситуации»

В 2000 году Джейсон дебютировал в американском кино, снявшись у режиссера Роберта Эдетвая в фильме «Сделай погромче», а потом он сыграл в триллере Джона Капентера «Призраки Марса», после чего присоединился к Дэлрою Линдо в фильме Джета Ли «Противостояние».

Также актер снялся в «Костоломе» – фильме об одном захватывающем футбольном матче в тюрьме, римейке американского хита 1971 года «Самый длинный ярд» с Бертом Рейнолдсом в роли бывшего футболиста. Съемки «Костолома» проходили в настоящей тюрьме. Каждый из актеров второго плана сдал специальный футбольный экзамен и перед утверждением на роль должен был участвовать в получасовом футбольном матче. А Стэтхем, как выяснилось, был фанатом того старого фильма «Самый длинный ярд» и буквально упросил создателей взять его на роль Монаха.

В фильме «Перевозчик» (2002) Джейсон предстал перед зрителями уже в «новом имидже»: отныне он стал звездой динамичных боевиков. Все потому, что Люк Бессон (режиссер и продюсер ленты) решил, что ему не найти лучшего актера на роль играющего со смертью «перевозчика». Стэтхем произвел на продюсера такое впечатление, что Бессон вместе с Робертом Кэйменом, свом соавтором, решил написать сценарий именно специально «под» актера. А для Стэтхема, кстати, давнего поклонника Бессона, та встреча стала незабываемой: «Я не мог поверить, что сижу в одной комнате с Люком и обсуждаю роль в его будущем фильме! Просто невероятно, что он написал ее специально для меня. Это самое большее, что может желать для себя актер!»

Понятно, что Бессон вовсе бы не предлагал Стэтхему роль перевозчика, не обладай Джейсон отличными физическими данными. «Наконец-то я смог продемонстрировать на экране результаты моих тренировок, – смеется актер. – В фильмах Гая у меня не было такой возможности». Восемь недель, пока проходили репетиции, режиссер картины Кори Юн вводил Стэтхема в суть своего творческого метода. В это же время с актером интенсивно занимались тренеры: Юн придумал изощренные сцены схваток и погонь.

В одной из них для отражения атаки используется нефть, в другой – в грозное оружие превращается обыкновенный свитер. «В каждом фильме я стараюсь изобрести сцены, которые зрители раньше не видели, – поясняет Юн. – В таких эпизодах должно быть своеобразие и смысл. Меня не интересуют пиротехнические эффекты и схватки сами по себе». Люк Бессон лишь изредка появлялся на съемочной площадке, передав бразды правления в руки своих опытных помощников. Тем не менее, он снял основную подводную сцену, еще раз продемонстрировав свое искусство в подобной съемке и дав возможность Стэтхему блеснуть своим мастерством ныряльщика.

Чтобы достичь наибольшей правдоподобности, Джейсон тренировался с бывшим военно-морским аквалангистом недалеко от Марселя. Как-то, чтобы убедиться, что нервы Стэтхема так же крепки, как у его героя, ныряльщик убрал свою лампу и оставил актера одного в кромешной темноте под водой. «При погружении на глубину, – поясняет актер, – надо уметь расслабляться даже в самой экстремальной ситуации. Ни в коем случае нельзя отчаиваться». Стэтхем не дрогнул и справился.

Но актер до сих пор изумлен тем, как его «подставили» во время сцены погони: «Я никогда в жизни не управлял лодкой. Мне всего-навсего прочитали краткую инструкцию о правилах безопасности, а затем засунули в лодку и потребовали, чтобы я ею управлял!» Вообще, необычных заданий во время съемок вполне хватало.

Например, в фильме был эпизод, во время которого полуобнаженный Стэтхем должен был пройти по залитому маслом полу, встав на шершавые велосипедные педали.

Для него это был один из самых тяжелых моментов в работе: «Эпизод с маслом снимали два или три дня. Было очень холодно. В Марселе ни разу не было снега за последние 15 лет, но в ту ночь, когда мы снимали этот эпизод, он все же пошел».

«Страх в моих глазах был настоящим!»

Фильм «Перевозчик» сделал Джейсона звездой мирового масштаба и любимцем прекрасной половины человечества. Сам Стэтхем всегда предпочитал красавиц с большой грудью: почти семь лет он встречался с английской моделью и актрисой Келли Брук, затем переключился на певицу Софи Монк. Кстати, по части музыкальных вкусов актер оказался романтиком: Джейсон обожает классические мюзиклы – «Вестсайдскую историю», «Поющих под дождем», «Семь невест для семи братьев». Но сам актер продолжает сниматься в динамичных боевиках.

Когда Тэйлор и Невелдин, создатели фильма «Адреналин», задумывали свою картину, они были уверены в том, что для успешного кинематографического воплощения их замыслов нужно найти американского актера, родившегося в Лос-Анджелесе, знающего этот город и чувствующего себя там, как рыба в воде. Они хотели, чтобы этот человек был в отличной физической форме, но не казался бы суперменом. Чтобы он был убедителен и органичен не только в сценах насилия, но и в любовных, драматических и комических эпизодах. И в итоге, самой подходящим кандидатом на главную роль оказался англичанин Джейсон Стэтхем.

Актер находился в прекрасной спортивной форме, что было очень важно для режиссеров. Они хотели, чтобы главный герой сам участвовал во многих трюковых съемках, и Стэтхем блестяще справился с поставленной перед ним задачей. Он даже снимался в самой опасной сцене драки Чева Челиоса (героя Джейсона) с Рики Верона, происходившей в вертолете, летящем над центром Лос-Анджелеса. По словам Тэйлора, они не были уверены, что имеют законное право разрешить Стэтхему участие в этих съемках, но актер сам настаивал на этом. Кроме того, постановкой трюков в фильме занимался знаменитый каскадер Дэррен Прескотт. Тот назвал Стэтхема, участвовавшего в таких сценах по собственному желанию, настоящей «золотой жилой» для создателей фильма. Прескотт сам придумал особые страховочные тросы и «опускающуюся сетку», которую подвесили под вертолет. И, когда Стэтхем падал из вертолета в эту сетку, она быстро шла вниз, и создавалось полное впечатление падения героя.

Было снято несколько дублей, и Стэтхему пришлось много раз падать из вертолета в эту опускающуюся сетку, и, по мнению Прескотта, актер проявил настоящий героизм. Сам Стэтхем говорит, что ему есть, чем гордиться: «Это именно я дерусь в небе над Лос-Анджелесом. И ветер, и шум вертолета, и мои движения, и страх в моих глазах – все это настоящее. Было чертовски страшно. Но сколько адреналина было тогда в моих венах!»

«В нашем фильме все серьезно, все по-старому»

Когда Джейсон узнал, что Сталлоне хочет пригласить его в свой новый фильм «Неудержимые», то сразу согласился: «Мы встретились в одном из отелей Беверли-Хиллз, и Сильвестр тут же рассказывать мне, что в настоящее время работает над новым фильмом и хочет, чтоб я поучаствовал в проекте. А я как раз перед этим только посмотрел четвертого “Рэмбо”, который, как и все фильмы Слая, сделан на высочайшем уровне – понимаете, очень сложно показывать все эти драки, перестрелки так, чтобы было похоже на правду. Да и вообще, Сильвестр – живая легенда жанра. В общем, как же я мог сказать нет? К тому же мне понравилась концепция, как все эти ребята, у каждого из которых свои трудности, свои проблемы, оказываются в ситуации, где им приходится максимально собраться, чтобы надрать задницы врагам».

Стэтхему очень понравились съемки: «Главная заслуга в этом, конечно, режиссера – то, как он расслаблен и собран одновременно. Для Слая такое состояние вообще естественное – иногда кажется, что у него все очень легко получается. На съемочной площадке, кстати, наши эго нам совсем не мешали, потому что мы все испытываем огромное уважение к Сталлоне. Он, кстати, очень простой в общении парень. Часто так бывает: смотрит, например, он только что отснятый материал на мониторе. Потом раз, неожиданно подзовет, покажет фрагмент и скажет, что, мол, надо его переделать так и так. И, знаете, у него очень здорово получается объяснять – сразу, без лишнего давления, понятно, чего он от тебя хочет. Мне кажется, что это все из-за опыта работы и писателем, и режиссером. Если б Сталлоне оказался в монтажной, думаю, что он и там бы нашел себе занятие. Так что на площадке все происходит в соответствии с видением Слая, поэтому работалось очень комфортно».

В картине Джейсон играет Ли Кристмаса. Он очень умело обращается с ножом, но совершенно безнадежен, когда речь идет об отношениях. Его по сюжету, например, бросает девушка прямо на пороге собственного дома. Ли тяжело, и за помощью он обращается к герою Сталлоне, который для него как наставник. Все это создает почву для шуток между главными героями.

Часть съемок проходила в Бразилии. «Я всегда хотел побывать в этой стране, и она, надо сказать, меня не разочаровала, – говорит Джейсон. – Там прекрасные виды и отличные люди, мне очень понравилось. В общем, эти три недели съемок были очень приятными. За это время мы отсняли большинство сцен с участием моего персонажа и Слая. Потом, правда, пришлось поработать в Новом Орлеане, а в это время года там очень жарко и влажно – совершенно не подходящая погода для того, чтобы бегать в полном боевом обмундировании, да еще черного цвета. Попотели, в общем. А еще было много ночных съемок. Ну, мы справились со всеми этими проблемами – работу-то надо делать».

В фильме у героя Стэтхема есть сцена, когда он выполняет трюки прямо в воздухе. «Это было действительно здорово, – вспоминает актер. – Одна из вещей, которые мне очень нравятся в Сталлоне, это его нелюбовь к компьютерной графике. Я, если честно, не видел никого, кто бы так сильно, как Сталлоне, отдавался своему делу – он сам разбивается в лепешку и всех вокруг разбивает, причем делает это, знаете, очень реалистично. В общем, почти все в фильме снималось на камеру. Так вот, там была сцена, для которой нам и понадобился “Альбатрос”, – Сталлоне хотел, чтобы я вылез из носа самолета, пока тот пикировал с огромной скоростью на пирс, который мы поливаем напалмом и взрываем. Снималась эта сцена причем с двух точек – из кабины “Альбатроса” и с вертолета сопровождения. Должен сказать, когда я вылез – ветер развевает волосы (ну те, которые остались еще), кругом шум, взрывы – было просто здорово. А когда еще на большом экране увидел этот эпизод, так вообще гордость взяла».

Для Джейсона «Неудержимые» – это такое возвращение к корням боевиков: «Особенно это актуально сейчас, когда с помощью компьютера можно приставить голову актера к любому телу. То есть сидишь спокойно дома, а все трюки за тебя выполняет безымянный каскадер. Разве это круто? А здесь все серьезно, все по-старому.

Именно поэтому мы так уважаем самого Слая и все, что он делает».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Телик» , oKino.ua , Lenta.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты