Инфляция "сорвется" рано или поздно

0

Нацбанк для сохранения стабильности на финансовом рынке, несмотря на ухудшение состояния экономики, ускорил темпы эмиссии гривны. Насколько оправданы такие действия, какими могут быть их последствия, возможно ли ужесточение валютного регулирования и вероятен ли дефолт Украины рассказал советник президента и член Набсовета НБУ Роман Шпек.

– Роман Васильевич, Нацбанк втрое ускорил эмиссию гривны по сравнению с прошлым годом, что подтверждает статистика по денежной базе. Насколько оправданы такие действия с учетом текущей ситуации?

– Печатный станок, как бронепоезд, он всегда работает. Нацбанк финансирует дефицит госбюджета, покупая ОВГЗ под 14% годовых, и перечисляет полученную прибыль в госбюджет. То, что стало вынужденной реакцией на кризис 2008-2009 годов, превращается в постоянно действующее «эмиссионное окно». Такой механизм эффективный, но только в краткосрочной перспективе, поскольку не стимулирует экономический рост, и его нужно сворачивать.

– Какими могут быть последствия ускоренной эмиссии?

– У нас сейчас финансовая стабильность, но инструменты, которыми она достигнута, привели к сокращению темпов экономического роста. Если оценить номинальный ВВП в этом году и сравнить его с плановым, то рукотворная дыра в бюджете составляет порядка 30 млрд. грн. А чем восполнить? ОВГЗ, финансовые векселя, свежая гривна… За этой стабильностью все равно кроется девальвационный риск, отраженный в ставках кредитования в гривне.

– Если все так плохо, то почему Кабмин озвучил такие амбициозные макропоказатели на 2014 год?

– Если закладывать в бюджет рост в 3% к ожидаемому уровню ВВП  (1,476 трлн. грн), то это оптимистично, а не заносчиво. К тому же, проект госбюджета пока не доработан. Между тем, глава правительства призывает банки снижать процентные ставки. Но когда в уравнении все величины неизвестны, а мы хотим получить понятную и комфортную процентную ставку, то так не бывает.

– Почему не развивается кредитование бизнеса?

– Согласно статистике, на Украине порядка 40% предприятий убыточные. Такой заемщик заведомо проблемный, что отражается на стоимости кредита. Также надо учитывать, что собой представляет украинская банковская система – 180 банков, многие из которых  принадлежат той или иной промышленно-финансовой группе. Банки должны заниматься банковским бизнесом и не зависеть от других активов акционера. Тогда не будет такого, что один привлекает депозиты под 9,75%, а другой – под 22%.

– Но НБУ не может запретить банкам входить в состав промышленно-финансовых групп, это – частный бизнес…

– Это – вопросы банковского надзора, идентификация собственников и связанных с ними лиц, анализ условий выдачи кредитов, выполнение нормативов. Это – постепенный процесс,  думаю, что он будет ускоряться, стимулировать банковскую консолидацию. Не должно быть банков, у которых возникают проблемы с платежеспособностью.

– Что может предложить НБУ в ответ на заявление премьера о необходимости удешевления кредитов для бизнеса?

– Чтобы кредитовать и снизить процентные ставки, нужно избавиться от проблемных активов. Отдельными трактовками Налогового кодекса запрещено это делать небанковским учреждениям, расчистка банковских балансов приостановлена. Также есть проблемы в судебной и исполнительной системе, как результат – процесс взыскания задолженности затягивается на 2-3 года. Предложения по снижению ставок должны исходить от правительства, а не от Нацбанка или коммерческих банков. Если завтра правительство будет продавать ОВГЗ под 5%, то и ставки будут падать. Но Минфин занимает огромные средства под 14,3%.

– Насколько вообще эффективна долговая политика Украины относительно стоимости и структуры займов, использования привлеченных средств?

– Направления использования заемных средств не вселяют надежды. Все идет на покрытие кассовых разрывов и дефицита бюджета. Даже госбанки, занимая на внешних рынках путем выпуска еврооблигаций, не кредитуют экономику, а выкупают долларовые облигации Минфина. Это – неэффективный путь, необходимо часть привлекаемых средств вкладывать в развитие. Государство укрепило уставные капиталы госбанков, они получили рефинансирование НБУ, но насколько вырос их кредитный портфель?.. Если они покупают ОВГЗ, то почему другие должны идти в реальный сектор и финансировать бизнес?

– То есть, начинать оживление кредитования надо с госбанков?

– Просто должна быть прагматическая политика, счета должны оплачиваться. Экономика сокращается, а мы требуем нарастить кредитование. Почему кредиты, а не инвестиции? Почему собственники этих предприятий пытаются разместить свои кровные на островах и одолжить денег у банка? Пусть вложат немного  средств на длительный период, и тогда банки готовы будут предоставить краткосрочные или среднесрочные кредиты для финансирования текущих проектов. Самое важное, с чем клиент должен прийти в банк – с  эффективным проектом, а он приходит взять деньги и перекредитоваться по обязательствам перед другим банком или государством.

Даже под госгарантии нет достаточного количества качественных инвестпроектов. Банк обязан оценить возможности клиента по возврату кредита, а госгарантии снижают мотивацию заемщика, ведь государство фактически дает безусловное поручительство. При этом банк несет ответственность перед своими вкладчиками и акционерами.

– Почему рыночный спрос на ОВГЗ, и без того незначительный, стал практически нулевым? Все выкупают «дружественные» банки…

– Аппетиты правительства неподъемны для коммерческих банков. Да и хроническое невыполнение бюджета никак не соотносится с оценкой государства как идеального заемщика. Прочитал, что «Киевэнерго» рассчитается с «Нафтогазом» векселями, но сможет ли «Нафтогаз» предложить эти векселя «Газпрому» как оплату за газ? Банки не кредитуют, а правительство «пылесосом» собирает всю ликвидность с рынка на покрытие дефицита госбюджета. Нацбанк за 9 месяцев выполнил норму отчислений в госбюджет на 135%, при этом налоговые органы – на 94%, таможенные – на 91%. Есть еще выполняющиеся сверх плана прочие поступления. К примеру, «Укравтодор» одолжил через выпуск ценных бумаг деньги под гарантии правительства, которые зачислены в госбюджет как доходы. Более 70% выпускаемых в обращение ОВГЗ оседают в портфеле Нацбанка, другие концентрируются в портфелях «дружественных» банков, при этом потребности в финансировании дефицита растут.

– Каким, по вашему мнению, будет дефицит госбюджета в текущем году?

– Дефицит бюджета будет порядка 4,7-5% ВВП. К нему прибавится порядка 2% ВВП дефицита «Нафтогаза» и свыше 1% ВВП дефицита Пенсионного фонда. Казначейство вместо нормального ритмичного осуществления выплат финансирует кассовые разрывы. Нельзя долго жить в условиях длительного дефицита, рано или поздно главные «достижения» – инфляция и курс – «сорвутся». При не взвешенной политике, а она такова, каждые несколько лет происходит вынужденная глубокая девальвация. И эта периодичность у нас исторически сокращается.

– Как оцениваете вероятность наступления дефолта Украины, и какие предупредительные меры необходимо предпринять?

– Дефолт Украине не угрожает, но проблемы есть, и действующая модель социально-экономического развития обречена на провал. Нельзя строить экономику на металлургии и химической промышленности, которые при низком мировом спросе все равно потребляют много энергоресурсов высокой стоимости. Инвестиции приходят в банковский и финансовый секторы, в информационные технологии, в инфраструктуру, пищевую промышленность. Нужно ориентироваться на инвестиции, а для этого нужна реальная и правдивая налоговая и бюджетная политика, которая не может базироваться сугубо на фиксированном обменном курсе.

– Возможно ли расширение требований по обязательной продаже валюты до 100%?

– Не слышал об этом, но поскольку действия правительства по дедолларизации успешные, думаю, подобные меры продолжатся. Регулирование ставок через резервирование, ограничение наличных расчетов – своевременные рыночные шаги. Административные меры в виде обязательной продажи и регулирования курса эффективны в краткосрочной перспективе, но не умаляют девальвационных ожиданий, поскольку в нашем менталитете глубоко укоренилась логика: если власти что-то запрещают, то власти что-то знают, и нужно ждать проблем.

– Инвесторов не отпугивает обязательная продажа валюты?

– Слабохарактерных – отпугивает. Сильные относятся с пониманием. Инвестор – банкир, который каждый день покупает и продает риск. Одни чувствуют себя комфортно, другие – хотели бы прийти, но не приходят. Поэтому количество предприятий и их счетов в банках не растет, и нет возможностей для кредитования.

– И даже в прибыльном банковском секторе инвестиции сокращаются…

– Банки уходят, поскольку Украина длительное время не может выйти на докризисный уровень производства. Некоторые, принимая в свое время риски бизнеса, не достаточно верно их оценили. Также важно, какова ситуация в материнских структурах банков. В текущем году кредитование в ЕС сократилось на 2%, и банкам Евросоюза приходится сокращать присутствие в других странах.

– Но с нашим уровнем ставок они могли бы неплохо заработать…

– Могли бы, если бы были уверены, что счета будут оплачены, а если нет, то можно защитить свои права в суде. В то же время, не проблема, что кто-то уходит с рынка. Это – естественный процесс консолидации банков. Важно понимать, как меняется среда, и будут ли завтра желающие вкладывать средства.

– «Укрсоцбанк», «Райффайзен Банк Аваль», «УкрСиббанк» тоже на низком старте и просто ждут хороших предложений, боясь понести убытки от продажи?

– Тут не столько убытки, сколько – напугать рынок. В то же время, если начнется рост экономики Украины, то зачем уходить? Можно зарабатывать и поправлять состояние банка за счет кредитования растущей экономики. Но для этого, как я уже говорил, нужны реформы, адекватный бюджет, справедливая тарифная и курсовая политики.

– Минфин объясняет растущий дефицит удорожанием займов…

– Текущие займы не могут быть причиной дефицита, они – прямое следствие. Есть страны с более высоким отношением госдолга к ВВП, но там нет такой стоимости заимствований. Также стоит учитывать дефицит текущего счета. Нам нужно быть такими в глазах инвесторов и кредиторов, чтобы поступления по финансовому счету дали возможность финансировать и дефицит текущего счета, и прежние долги без использования золотовалютных резервов.

– Введение гибкого курса неизбежно, или нам удастся уговорить МВФ не отпускать гривну?

– Президент Виктор Янукович в своем ежегодном послании говорил о переходе от доллара к валютной корзине. Учитывая соотношение использования евро и доллара в стране, задействование валютной корзины на этом этапе даст возможность без каких-либо объявлений и деклараций сделать курс более гибким. Только за счет методологии курс был бы более эластичным.

– Мы можем просто предъявить МВФ постановление, что создаем бивалютную корзину…

– Пока это впечатления на МВФ не производит. Но переходить к гибкому курсу без структурных реформ – преждевременно и вредно. Должна быть объективная ценовая и тарифная политика, бездефицитный Пенсионный фонд, «Нафтогаз», или меры, которые в среднесрочной перспективе сделают их такими.

Сейчас дискуссия с МВФ направлена на то, чтобы трансформировать наши достижения в виде финансовой стабильности в экономический рост. Если будет видение, как этого достичь, и необходимые общепринятые инструменты, то будет шанс получить и техническую, и финансовую помощь МВФ, Всемирного банка, Еврокомиссии, других кредиторов.

– В результате проволочек в переговорах с МВФ международные агентства понизили суверенные рейтинги Украины и рейтинги ряда банков и компаний. Как это отражается на работе банков?

– Сильной потребности в кредитах наша стагнирующая экономика не испытывает, как и ее банки. Ликвидность банковской системы на достаточном уровне, что подтверждается активными вложениями в сертификаты НБУ. Но как только экономика будет на пути к росту, появится потребность в ресурсах и в рейтингах для их привлечения.

– Украинские рейтинговые агентства подвергают сомнению объективность международных аудиторов…

– Можно обвинить все агентства, что они неправильно нас оценивают. Но там, где рейтинги выше, уровень жизни и социальной защиты тоже выше. Как они при неправильных оценках этого достигли? В то же время, наше главное рейтинговое агентство – МВФ. В свою сказку можем верить только мы.

– Кстати, Всемирный банк недавно понизил прогноз по росту ВВП Украины, а МВФ следом – повысил…

– По нашим оценкам, небольшой рост ВВП по итогам года возможен, в пределах 0,6%. Промышленность будет в минусе, строительство – тоже, сельское хозяйство покажет небольшой плюс. Есть такой показатель – «чистый экспорт». Короче говоря, если экспорт превышает импорт, то он прибавляется к ВВП, если не превышает – разница отнимается. И в этом году величина, которая отнимается, будет меньше за счет сокращения закупок газа.

– Так мы не будем «догонять» по закупкам газа? Это не отсрочка, а действительно экономия?

– Да, экономия. И за счет сокращения производства, и за счет программ по энергосбережению и энергоэффективности. Промышленность уже не первый год платит высокую цену за газ и видит очевидный стимул экономить его расход.

Ольга Гордиенко,
УНИАН

Поделиться.

Комментарии закрыты