Прогулки по затонувшим кораблям

0

Петербургский бизнесмен Алексей Гайдук уже много лет проводит отпуска в океанских глубинах. И манят его не столько морские обитатели, сколько подводные пещеры и затонувшие корабли.

Первое погружение на… дно бассейна обернулось для него неприятностями. Мальчику было 12 лет, и он занимался плаванием и водным поло. Однажды в бассейне оказались ребята, занимающиеся подводным плаваньем, один из них положил на бортик свой акваланг. Алексей недолго думая схватил его и поплыл по дну бассейна. Когда смельчак вынырнул, его здорово отругал тренер аквалангистов, так как испугался, что с подростком без навыков ныряния могло что-то случиться.

По следам истории

С тех пор прошли годы. В один из отпусков Алексей Гайдук оказался с младшей дочерью Ольгой в Египте. Может быть, папа с дочкой и провели бы весь непродолжительный отдых на пляже, если бы не курортные зазывалы, предлагавшие погрузиться на дно Красного моря с аквалангом. То погружение тоже не слишком «зацепило» Алексея – он больше переживал за 10-летнюю Олю, нежели наслаждался подводным пейзажем. Но Оля спокойно плыла за инструктором и, казалось, ничего не боялась.

Во время следующего отпуска Алексей решил приобщить к дайвингу супругу. Хотя и тот подводный визит для него был не больше чем развлечением. Страсть и желание заниматься дайвингом профессионально пришли только со временем.

«Я сразу попал в ассоциацию, занимающуюся техническим дайвингом, связанным с пещерами, различными смесями газов, затонувшими объектами», – рассказывает Алексей. Кроме того, он находил курсы, где ныряли на хороших глубинах, например, на Мальте. Там бизнесмен занимался, сдавал экзамены, получал определенный сертификат и возвращался в Петербург. После этого он договаривался с какой-либо группой, отправляющейся на конкретный объект, и нырял с ее участниками.

Технический дайвинг – отнюдь не способ расслабиться. Здесь нужно быть предельно собранным, ответственным, причем, не только за себя, но и за своих партнеров. Для Алексея Гайдука эти партнеры – дочери Юля и Оля, которые уже давно получили высокие дайверские статусы. Но отец все равно каждый раз за них переживает.

«Ты заходишь в пещеру или внутрь затонувшего корабля, – рассказывает Алексей. – Это замкнутое пространство, источник опасности. Можно за что-то зацепиться, застрять, заблудиться и, в конце концов, не выплыть оттуда». Однако Алексею и его дочерям, несмотря на опасности, очень интересно восстановить цепочку исторических событий, реконструировать их. Он с девочками предварительно изучает, какие в выбранном ими месте лежат затонувшие корабли, их историю. Иногда они делают даже небольшие открытия. «Читаешь, например, что такое-то судно затонуло в результате попадания торпеды. Погружаешься и видишь, что края пробоины вывернуты не внутрь, а наружу, – говорит бизнесмен. – Значит, причиной гибели корабля стала не торпеда, а скорее, сброшенная сверху бомба. Почему не вытащены якоря? Потому что люди не успели ничего сообразить. Судно стояло на якоре, “отдыхало”. В этот момент налетели самолеты, бросили бомбы – и судно затонуло. И ты начинаешь восстанавливать эту историческую картину. Вот это-то меня и привлекает».

Не меньше, чем затонувшие суда, Алексея Гайдука манят подводные пещеры. А вот Оле в пещерах пришлось пережить неприятный испуг. Дело было на Мальте. Отец с дочерью вошли в извилистую пещеру, и Оля неподалеку от выхода крепко зацепилась. И хотя ей удалось достаточно быстро освободиться, испытанный страх потом еще давал о себе знать.

Морские видения

«У меня тоже был подобный неприятный опыт, и тоже на Мальте, – признается Гайдук. – Там три судна затонувших лежат. Какое-то мистическое место, потому что многие там теряются. И на один из этих кораблей мы погружались – я, Оля и инструктор. Еще на берегу определились с планом, собирались всплывать через 7 минут после декомпрессии (декомпрессия заключается в остановках на определенных глубинах на известное время, чтобы газы, накопленные в тканях тела, вышли через легкие). Ничего не предвещало беды. Спустились к суднам на глубину 40 м. Смотрю – время истекло. Показываю жестами инструктору, мол, 7 минут. А он мне: «Все о’кей». Спрашиваю жестом: «Поднимаемся?». Он снова: «Все о’кей». Остается 5 минут. Я опять инструктору сигнал подаю. А он мне снова жест “о’кей” показывает. Мне это уже не понравилось. Я ему: “Нет! 5 минут!” Он: “Хорошо, пошли”. И вдруг поворачивается в другую сторону, в открытое море. Думаю, наверное, хочет нам что-то еще показать, и только я один паникую. Но нет! Вижу, что и ребенок показывает мне жестом, мол, куда идем? А инструктор все глубже уходит! Тогда я Олю останавливаю, быстро догоняю инструктора, дергаю его, а тот продолжает показывать, что идем дальше! У нас уже воздух кончается, время уходит… Тогда я ему показываю, что мне плохо, у меня якобы паника. Только после этого он пришел в себя, собрался, показал жестом всплывать. Всплыли далеко от берега, в середине пролива!»

Уже на берегу инструктор признался, что у него была галлюцинация. Он шел на глубину, а думал, что идет к рифу. Потом дайверам сказали, что они должны были бросать инструктора, иначе бы вместе с ним погибли.

Хотя ласты Алексея бороздили воды Мальты, Кубы, Сейшел и Мальдивов, Майами и Кипра, Доминиканы и многих других точек на карте, Алексей Гайдук признается, что еще много где не был. Например, не погружался в воды Северного Ледовитого океана. Кстати, об океанах он говорит почти как о людях.

«Индийский, например, какой-то нежный, ласковый, а вот Тихий – очень жесткий, с ним лучше не шутить, – признается Гайдук. – Он огромный и мощный. На меня Тихий океан произвел особое впечатление, и бог даст, с большим удовольствием я еще не раз к нему вернусь».

Анна Кострова,
«Невское время»

Поделиться.

Комментарии закрыты