Скрытая угроза

0

На Дальнем Востоке расследуется уголовное дело о причинах аварии на танкере "Каракум-нефть", который сел на мель у берегов Итурупа. На острове Курильской гряды, между тем, пытаются просчитать экологические последствия катастрофы.

Танкер доставлял дизельное топливо из Приморского края в Курильск. На борту находилось свыше 1200 тонн груза. Уже у курильского порта "Каракум-нефть" настиг шторм. 15 февраля танкер вышел в море, чтобы переждать там непогоду, но сел на мель и получил пробоины. К счастью, обошлось без пострадавших – экипаж эвакуировали с терпящего бедствие судна.

Вокруг аварии сразу же возникла некая информационная "пелена". Создавалось впечатление, что кто-то пытается приуменьшить масштабы катастрофы. В СМИ появилась информация о том, что у аварийного судна якобы нет пробоин и разлива нефтепродуктов не произошло. Причем подавались эти сведения со ссылкой на данные Дальневосточного регионального центра МЧС России.

О том, что успокоительные сообщения не соответствуют действительности, рассказали жители Курильска. На местном форуме горожане заявили о желтых пятнах на воде и побережье. "Солярка по всему побережью и запах аж за Курильском стоит", – написал один из форумчан.

"Танкер получил пробоину в районе машинного отделения", – сообщила 16 февраля Дальневосточная транспортная прокуратура, заявив, что "загрязнения нефтепродуктами акватории моря нет".

Прибывшие к месту аварии сахалинские водолазы, исследовав судно, сидящее на мели, обнаружили не одну, а целых девять пробоин. 18 февраля Дальневосточное следственное управление на транспорте СКР возбудило уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 263 УК РФ (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации морского транспорта, повлекшее по неосторожности причинение крупного ущерба). В официальном пресс-релизе СКР признавалось, что произошла утечка более 300 кубометров топлива. "На протяжении 10 километров береговой полосы ближайших к месту аварии танкера населенных пунктов выявлены следы присутствия нефтепродуктов", – сообщила пресс-служба СКР.

Вслед за этим в СМИ стали один за другим появляться бодрые сообщения о ликвидации последствий аварии. Специалисты "начали откачку" нефтепродуктов из танкера… Вот они уже откачали сотни кубометров… Вот осталось 10%… Наконец, "все выкачали", — сообщали информагентства о работе ликвидаторов.

Все эти рапорты курильчане встретили скептически. Опытные местные жители предположили, что на самом деле топливо из пробоин утекло в морскую акваторию. "По-моему, все эти сводки, что выкачано столько-то кубометров и столько-то машин вывезено – все это пыль в глаза, мертвому припарки – возят морскую воду", – заявил на городском форуме один из очевидцев.

"Загрязненный нефтепродуктами снег и шуга собраны и утилизированы в специальной печи", – утверждала пресс-служба регионального управления МЧС о ликвидации выбросов на берегу.

Но и эта успокаивающая информация была встречена курильчанами с недоверием. "После шторма и метели 21 февраля снег, пропитанный соляркой, разнесло по всем окрестным прибрежным лесам да полям, весной он весь растает и будет и на земле, а с дождями и талыми водами – в озерах, ручьях и реках. И эту солярку никак не собрать!", – уверен один из завсегдатаев городского форума.

Противоречивыми оказались даже оценки властями вреда, нанесенного экологии курильского острова. "Предварительно можно сделать вывод о нанесении серьезного ущерба экологии данной местности; в зоне распространения нефтепродуктов находятся два населенных пункта, расположенные на берегу моря, три нерестовых речки, три рыбоводных завода, рыбообрабатывающее предприятие, и сосредоточено примерно 70% населения острова", – сообщил 22 февраля официальный сайт города Курильска. Однако спустя несколько дней СМИ передали заявление главы городской администрации Тиграна Авеняна, из которого следовало, что о вреде экологии в связи с аварией говорить нельзя, ибо масляные пятна и пленки "регулярно ликвидируются".

Такие разномастные высказывания государственных служб и чиновников свидетельствуют о том, что властям очень не хочется, чтобы резонанс вокруг аварии привел к каким-то серьезным последствиям. Возможно, кто-то из высших чиновников понимает, что "шум" вынудит власти пойти на ограничения в транспортировке нефтепродуктов из соображений безопасности.

"Инцидент с танкером "Каракум-нефть" – не первая в этом зимнем сезоне авария. За последние полгода произошло около десяти подобных случаев, в том числе – с трагическим исходом", – прокомментировала ситуацию корреспонденту "Росбалта" координатор арктической программы "Гринпис России" Евгения Белякова.

В числе трагедий наиболее резонансным было крушение буровой платформы "Кольской", произошедшее в декабре прошлого года. Тогда погибли десятки людей – членов экипажа платформы и бурильщиков. Владельцы платформы не имели права на ее транспортировку в неспокойное время года, и, тем не менее, пошли на риск, приведший в итоге к гибели людей.

По мнению Евгении Беляковой, причиной крушений судов, связанных с нефтедобычей и перевозкой топлива, является обветшалость флота.

Пользователи судов, фрахтовщики или владельцы в погоне за прибылью эксплуатируют старые суда, при этом часто нарушая правила эксплуатации.

Но чиновникам и промышленникам не нужны расследования трагических случаев и аварий, так как в планах российской экономики – освоение Арктики нефтедобывающими компаниями. Оно повлечет за собой рост объема танкерных перевозок, а значит и увеличение количества и масштабов морских катастроф.

"В Арктике условия еще суровее, а штормы еще сильнее, чем в районе Курильской гряды", – констатировала Евгения Белякова.

Развитие отечественной экономики продолжает идти по пути экстенсивного освоения природных недр. Ущерб окружающей среде и смерти людей в авариях становятся платой за прибыль промышленников.

По материалам: Rosbalt.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты