Елена Кравец и Женский Квартал о сексизме, комплексах, Зеленском и Урганте. Зе Интервьюер

0

Новый эпизод проекта «Зе Интервьюер» посвящен главному женскому
юмористическому шоу страны – «Женскому Кварталу». Елена Кравец и
актрисы шоу Ирина Сопонару, Саша Машлятина и Лера Товстолес рассказали
нам о сексизме, проектах «Квартала» без Владимира Зеленского, любимых
комиках, пути к публичности, осуждении родителей и многом другом.

Помогает ли комикессам красота? Кого девушки единогласно назвали одним
из лучших комиков? Есть ли харассмент в украинском шоу-бизнесе? Каково
Елене Кравец пародировать ее подругу – Первую леди Елену Зеленскую?
Как Лера Товстолес убегала с модельного контракта в Корее? Как
благодаря юмору «защищается» Саша Машлятина? Почему Ирина Сопонару не
строила отношений с парнями из сферы юмора? Почему мама Елены Кравец
не хотела, чтобы дочь увольнялась из McDonald’s, и почему сама Елена
не разговаривает со своей дочерью об оценках?

Как юмор «защищает» Сашу Машлятину?
Предположим, у меня рваные колготки, а мне идти к тебе на интервью (я
пришла в целых!) Чаще всего так получается, что я приду к тебе и
скажу: «Ах, смотри, порванные колготы, как смешно!» Или просто в
начале я скажу, какая я дура, себя подколю, скажу про колготы. И если
кто-то скажет: «У тебя че, колготы порванные?», меня это уже никак не
тронет.

Лера Товстолес – о сложностях модельной жизни и харассменте: «Я
сбежала из Кореи»

Это было круто, я люблю эту жизнь, но были сложности. Помню один из
самых сложных дней контракта: я поехала в Южную Корею. Летела туда 13
часов с пересадками, это было очень тяжело. Я приехала в агентство –
оно было отвратительным: меня встретили модели (мальчики и девочки,
которые жили в одной квартире) и просто стали потоком рассказывать
мне, что «это ужас, ты попала, и мы тоже! Если есть возможность, вали
отсюда, потому что здесь ужасно!» Я приехала на 2 месяца, у меня
должна была быть ставка, а модели говорят: «Они отменяют ставку,
заставляют фоткаться «ню»!» А я за тысячи километров от дома, и там совсем другой
менталитет, тебе не за кого зацепиться – это было сложно. И я купила
себе билет обратно [на гонорар] с прошлого контракта, потратила все
деньги. Прилетела в Украину и сразу же полетела на контракт в Стамбул.
Я сбежала, и мне очень стыдно за это. У меня была рабочая виза, и даже
на таможне спрашивали: «Почему вы так быстро возвращаетесь?» Но это
был лучший вариант, там [в Корее] невозможно было заработать. Я
понимала, что буду просто сидеть, потому что они говорили: «Работы
нет, кастингов мало». Это было плохое агентство, от агентства очень многое зависит. [Обычно] ты
ходишь на кастинги, и тебя зовут либо на фотосессии, либо на показы,
кампейны, рекламы, лукбуки…

Вот они [модели] мне показали брошюру, которая лежит в обычных
супермаркетах типа нашего «АТБ». Брошюра бесплатная: там модели просто
прикрывали грудь, а фото было трусов, которые продавались в этом
супермаркете. И когда я это увидела, подумала: «Вот такое я точно не
хочу!». Там были хорошие модели, но просто это был «развод».

Не помню, кто мне это сказал, но, кажется, какая-то известная
личность: «Где много красивых женщин, там всегда будет много богатых
мужчин». Невозможно, чтобы возле модельного бизнеса не крутились
мужчины, которые хотят найти себе невесту. Но харассмент – это такая
штука: тебе предлагают – и ты говоришь: «нет». И если ты уверенно
говоришь «нет», то ничего не будет. А если ты начинаешь [кокетничать]:
«Ну, наверное, да…», то это уже другая история. Поэтому надо четко
говорить: «Нет, я этого не хочу, меня это бесит, идите в жопу!»

Ирина Сопонару: «Если бы на моем месте был парень, этого бы с ним не позволили»
Я всегда сталкиваюсь с сексизмом: в основном, это исходит от
охранников и каких-то консьержей. Это бытовой сексизм. Наверняка я
сталкивалась [с ситуациями], хотя сейчас мне на ум не приходит что-то
[конкретное], когда я понимала, что, если бы на моем месте был парень
– мой коллега, себе бы не позволили то, что позволили со мной. Бывали
ситуации, но я не готова какую-то конкретную привести.

Харассмент [в моем отношении проявлялся] в самом прямом смысле. Я
затрудняюсь сказать, было ли это из-за того, что этот человек был
связан с работой и имел рычаги давления на меня, или это было связано
только с тем, что я симпатичная. Но это было 300 тысяч лет тому назад,
и я даже не обращаю на это внимания.

Елена Кравец об амбициях и собственном шоу: «Я хочу и готова, но пока
не определилась с форматом»
Очень давно смотрю в эту сторону [собственного проекта] и понимаю, что
да: наверное, мне этого хотелось бы. Мне немножко не хватает веры в
себя. Все кажется, что меня хватит на 2-3 выпуска, и все это страшно
сложно… Я просто никогда не «шагала в одинокую», и у меня есть страх
перед этим одиночным заплывом, и где-то это меня стопорит. Но что-то
точно будет. Я понимаю, что хочу и готова, но пока не совсем
определилась с форматом. Работаю над этим, общаюсь с разными людьми –
мне хочется какой-то сольной программки – может, моноспектакля, где я
буду не Леночкой из «Квартала», а Леной Кравец.

Как изменился «Квартал» после ухода Владимира Зеленского в политику?
«Мы очень повзрослели»

Мы очень сильно повзрослели за это время. Ушел человек, который
принимал решения относительно навигации, маршрута: куда идем, с какой
скоростью, куда заходим. Не буду лукавить, было непростое подвешенное
состояние, ощущение непонимания: где мы, что мы, и как мы теперь.
Повзрослели. Посмотрели по-другому на коллектив, на наши умения, и,
как мне кажется, сняли три довольно неплохих концерта и, насколько я
знаю, ребята в поиске новых форматов, чего-то, чего мы не могли
позволить себе раньше. Где-то подразвязаны крылья, как мне кажется.
Каждый начал думать о творчестве и о своей роли в этом.

Каково Елене Кравец играть свою подругу – Первую леди Елену Зеленскую?
Это сюрреализм, реально. Но было нормально. Мы надеваем на себя эти
образы. Я не становлюсь вдруг ответственной за то, за что отвечает
Лена. Я не чувствую себя ею. Во-первых, я знаю физиогномику,
поведение, выражение лица, как она держит руки, наклоняет голову.
[Чтобы понять это,] три дня я «живу» с человеком, которого мне
предстоит играть, я изучаю манеру. У неё [в мимике] присутствует
кротость, но, тем не менее я знаю, что она все слышит, все видит,
очень быстро думает. Просто мы очень давно знакомы.

Елена Кравец о воспитании 17-летней дочери: «Я с 7-го класса не
спросила ее об оценках»

С ними все в порядке! Если честно, я не контролирую. Мне важно, чтобы
я понимала хотя бы примерно, где она, – и это происходит не каждый
день. Она живет своей жизнью. Я не знаю, как она учится: с 7-го класса
я не спросила ее об оценках. На выпускной пойду, конечно! Даже если
его не будет, мы его сделаем. Я слишком её люблю, чтобы разговаривать
об оценках. С папой так же. Мы поговорили, и я объяснила, почему не
стоит следить за успеваемостью, и почему это не коррелирует никак с
успехом в жизни, а успех не определяет твое личное счастье,
удовлетворение. Впереди очень много лет, в течение которых ты будешь меняться, трансформироваться,
встречать разных людей. Важны другие вещи, и это точно не оценки. Мы
закрыли эту темы, поэтому говорим о других вещах: как она себя
чувствует, нет ли у нее душевных болей, страданий, кризисов – может,
её что-то беспокоит или не знает, как поступить в какой-то ситуации.
Но я первая не лезу, жду, пока она начнёт, и мы вместе разбираемся в
какой-то ситуации. Но оценки – ну камон, серьезно?

Источник: PR agency YULA

Share.

Comments are closed.