Сергей Ребров: «Не хочу сидеть в запасе, месяцами не видясь с женой и сыном»

0

Расставшись с «Рубином», он перешел в киевский «Арсенал»
Этот футболист всегда сдержан, контактен и, наверное, является одним из немногих, кто не считает, что внимание публики может негативно сказываться на игре.

«Занятия танцами помогли в футбольной карьере»

Сергей Ребров родился 3 июня 1974 года. С самого детства он был увлечен футболом: «Не знаю, как объяснить, но я действительно жил этой игрой, она была для меня всем. Хотя в детстве занимался разными видами спорта, но футбол всегда оставался на первом месте. Я в родной Горловке даже за несколько команд играл». При этом Сергей занимался и танцами: «Дело в том, что у меня мама работала руководителем группы бальных танцев, и я с радостью ходил на те занятия, которые совпадали по времени со школьными уроками. Это даже было санкционировано классным руководителем. Она сказала, мол, раз у меня мама преподает бальные танцы, то я непременно должен сделать несколько пар в классе. Я задачу выполнил. Но во время ее уроков. Нас было четверо из класса — два мальчика и две девочки. Так и прозанимался танцами несколько лет. Мне нравилось то, что все это происходило во время уроков. Наша классная руководительница преподавала алгебру и геометрию. По этим предметам, кстати, у меня практически всегда было “отлично”. Учительница п
отому и разрешала пропускать уроки. Она знала: зубрить мне там нечего — всегда разбирался на “4” и “5”. Правда, в алгебре ориентировался все же чуть лучше, чем в геометрии. А занятия танцами впоследствии помогли мне в футбольной карьере».

Ребров стал профессиональным футболистом, сыграв за «Шахтер» несколько матчей в чемпионате СССР, перешел в «Динамо», попал в сборную Украины.  В этот период наибольшее влияние на него оказал тренер «Шахтера» Валерий Иванович Яремченко. «Он показал мне дорогу, по которой нужно идти, – вспоминает Сергей. – Помнится, когда меня позвали в “Динамо”, я сказал наставнику: “Как вы решите, так и будет”. Не думаю, что ему хотелось меня отпускать, но Валерий Иванович пошел мне навстречу, так как понимал – в Киеве у меня больше шансов раскрыться, вырасти в профессиональном плане. Ведь в то время в “Шахтере” не было такого президента, как сейчас. Донецкий клуб заметно уступал киевскому и по части инфраструктуры, и по уровню игры, и по задачам. Конечно, огромную роль в моей жизни сыграла и встреча с Валерием Лобановским. Но это было уже позже — в конце 1990-х».

Киевская связка форвардов Шевченко – Ребров во второй половине 90-х считалась едва ли не лучшей в Европе и уж точно лучшей в ее восточной части. Они абсолютно не похожи манерой игры, и поэтому, наверное, так органично дополняли друг друга. «Я горжусь тем, что мы сделали в 1999 году, когда добрались до полуфинала Лиги чемпионов, – говорит Ребров. – Игра “Динамо” приносила людям настоящую радость. Помню, после матчей несколько раз наблюдал картину, как болельщики возвращались домой: мороз — градусов 5—10, а они пешком идут в совершенно другой конец Киева и машут флагами. И ведь никто из них даже не думал, что на улице холодно, а идти так далеко. Люди искренне радовались каждой нашей победе».

За Шевченко и Ребровым стали охотиться ведущие клубы, и в 2000 году Ребров перешел за 18 миллионов долларов в «Тоттенхэм». Но он не смог оправдать надежды лондонского клуба, забив за несколько сезонов только 10 мячей в Англии. После этого год отыграл в стамбульском «Фенербахче» и стал в его составе чемпионом Турции. В 2004 году вернулся в Англию, в лондонский «Вест Хэм», выступавший тогда в первом дивизионе.

В 2005 году Сергей вернулся в киевское «Динамо», где и собирался играть до конца карьеры. Но в 2008 году Ребров подписал с казанским «Рубином» трехлетний контракт. Забив все свои голы во второй половине сезона, Сергей внес важный вклад в чемпионство казанской команды. Таким образом, Ребров стал чемпионом трех стран – Украины, Турции и России.

«В Европе на первом месте игроки, а не тренер»

Поработав со многими тренерами и увидев различный подход к делу, Сергей может назвать основное отличие между европейскими тренерами и нашими: «Первые более бережно относятся к футболистам, стараются никого не обделить вниманием. Я считаю, тренер всегда должен разговаривать с игроком, вне зависимости от того, в основном он составе, или выходит на замену. Футбол — командный вид спорта, а для того чтобы играл коллектив, наставнику нужно сплотить всех футболистов. Иногда достаточно даже просто поговорить с ними пару минут перед тренировкой. А мы еще, к сожалению, живем коммунистическими понятиями, когда есть главный, и никаких тебе оговорок. В Турции же с этим вообще строго: если ты старший, значит — главный, и все перед тобой кланяются. Тренер что-то сказал — футболисты голову опустили и чуть не плачут. В Англии же игроки стоят на первом месте, потому что в футбол играют именно они, а не тренер».

А вот именно в Турции было самое запоминающееся для Реброва празднование победы: «Когда с “Фенербахче” выиграли чемпионат, ехали в автобусе по улицам города, забитого болельщиками, и должны были проезжать мимо нашего дома. Я позвонил и говорю: “Выходите, мы будем ехать в автобусе!” Жена Люда, мама моя и Дима вышли на улицу, а… автобус туда не доехал — двигались медленно и уже часа четыре, поэтому решили дальше не добираться. Перезваниваю домой и говорю: “А мы уже почти на базе”, на что они отвечают: “А тут весь город стоит и ждет вас!”»

Ребров никогда не числился в своих командах среди злостных нарушителей режима или бунтарей: «Я всегда был достаточно дисциплинированным… И меня уважают. Даже если что-то случалось, понимали, что это не по какому-то злому умыслу, а случайно. Штрафов, кажется, у меня вообще не было. Может, долларов на 100 однажды попал. И то – очень давно».

На связи с королем Иордании

Уже много лет самое главное для Реброва – его семья: «Мы с женой столько времени вместе, она для меня самый близкий человек, которому могу выкладывать все, что творится в душе… Естественно, как и в любой семье, бывает непонимание, но до серьезных ссор не доходит. А периоды жизни в Англии и Турции, где иногда даже поговорить не с кем было, нас здорово сплотили. Кроме того, Люда знает меня досконально, понимает, когда нужно что-то сказать, а когда — промолчать. Иногда мне вообще ничего не нужно: расстроен до такой степени, что никто, кроме сына Димы, не может расшевелить. Когда вижу его, все проблемы моментально отходят на второй план. С какими бы проблемами ни сталкивался, главное, чтобы они оставались за порогом. Простоял в пробке пару часов — злишься, на работе не все в порядке — психуешь… Отрицательные эмоции накапливаются. Но, когда прихожу домой, окунаюсь в этот уют, вижу родных людей, с которыми спокойно и интересно, и весь негатив исчезает. И это, пожалуй, самое важное».

Сергею и его жене порой было тяжело кочевать с маленьким ребенком по другим странам: «Случалось разное. Особенно страшно было, когда Дима болел. В Англии, бывало, звонили врачам, а они первым делом спрашивали, есть ли страховка. Когда говорили, что нет, отказывались приезжать. Помню один случай. Диме было около года, он разбил стеклянную игрушку и потянул в рот. Мы испугались, что сын проглотил стекло, и поехали в больницу делать УЗИ. Там — огромная очередь. Просидели часа полтора».

У Сергея есть необычное увлечение – он заядлый радиолюбитель. Около дома он даже сделал радиовышку: «Люди, когда видят это чудо, замирают с открытыми ртами — она высотой с 9-этажный дом». «Даже как-то спрашивали соседи, не открыли ли мы, случайно, точку кабельного телевидения, — смеется Людмила. — Хотели, видать, подключиться».

«В нашей стране мое увлечение еще непривычно для людей, — продолжает Сергей. — Хотя и в Англии, когда мы установили антенну, соседи нервничали: приехал, мол, какой-то русский и расставляет тут разные “капканы”». Радиоприборы украинца глушили в районе сигналы телевизионных антенн. Англичане решили сами скандал не устраивать, а поэтому вызвали полицию. До штрафов не дошло, но с хобби Сергею пришлось на время расстаться.

Сергей не может узнать, кто из радиолюбителей сейчас с ним обычно на связи: «Каждый имеет свой позывной, но никто не говорит фамилии, и, тем более, чем занимается в жизни. Хотя точно знаю, что со мной на связь вышел король Иордании. А так… Многие знаменитые люди увлекаются радиолюбительством, тот же Уэйн Грецки, или принц Монако Альберт, но как часто они выходят на связь, не известно.

Радиосвязь становится все более популярной, особенно в развитых странах, где люди могут себе это позволить. Мне больше всего интересно общаться азбукой Морзе (ее выучил сразу, как только отец привлек к радиоделу), да и на чемпионатах мира это наиболее престижно. Только сейчас молодые радиолюбители не особо горят желанием ее выучить — есть довольно много других видов связи».

«Играю, не чувствуя возраста»

Ребров был связан контрактом с «Рубином» до конца 2009 года, но все же решил уйти из клуба: «Расставание прошло без особых проблем. Как мне показалось, в Казани для многих мое желание уйти было, скажем так, несколько неожиданным. Но отпустили, не препятствовали. Да и чего здесь было ставить какие-то барьеры? Это же мое решение. В чем, спросите, причина? Все довольно просто: чувствовал, что на меня в этом сезоне рассчитывают не так, как в прошлом, а сидеть в запасе, месяцами не видясь с женой и сыном, не хотелось…»

«Арсенал» вышел на Сергея сразу, как только стало известно о его уходе из «Рубина». «Мой агент улаживает все подобные вопросы, – говорит футболист. – Я вообще, когда уехал из Казани, допускал мысль, что если не появятся варианты в Украине, то уже и не буду ничего искать, а просто останусь дома. Но тут возник вариант с “Арсеналом”. Если бы не “канониры”, вероятно, я бы вел речь о завершении карьеры».

Недавно Сергею исполнилось тридцать пять лет. Что же это за возраст для футболиста? «Как-то и не задумывался над этим, – говорит Ребров. – У футболиста, вообще, есть несколько критериев, по которым он может объективно решать, когда ему следует заканчивать выступления. Во-первых, здоровье (тут немалую роль играет то, были ли у него серьезные травмы), во-вторых, личное желание спортсмена и, в-третьих, спрос. Словом, если ты можешь и хочешь играть, и есть клуб, который заинтересован в твоих услугах, то нет никаких препятствий. Да, многие футболисты — в том числе и мои друзья — заканчивали гораздо раньше 35-ти. Но я на протяжении всей карьеры старался быть профессионалом, следил за собой и за тем, чтобы подольше остаться в футболе. Поэтому, наверное, пока и играю, не чувствуя возраста».

Подготовила Лина Лисицына
По материалам «Новая», «Сегодня», «Газета.ua»

Поделиться.

Комментарии закрыты