Топ-100

Валерий Леонтьев: «Публика научила верить в себя»

0

Его популярность неподвластна времени, но вместе с тем о личной жизни Валерия Леонтьева известно поразительно мало. Наверное, поэтому о нем всегда ходило множество легенд.

«Насчет “Евровидения” честно скажу: сожалею!»

Валерий Леонтьев родился 19 марта 1949 года в селе Усть-Уса Коми АРСР в семье ветеринара-оленевода. Он с детства мечтал стать артистом, после школы приезжал поступать в ГИТИС. Уже подал туда документы, вышел из приемной комиссии и видит: в коридоре толпится много красивых, прекрасно одетых и умно разговаривающих девушек и парней. «Застеснялся я, – признается Леонтьев. – В последние школьные годы я прожил в маленьком городке Поволжья, а они там страшно все окают. Когда увидел всех этих абитуриентов столичных, уверенных в себе, я испугался.

Мне казалось, что я такой зачуханый, провинциальный мальчишка, который ничего не умеет. И что у меня даже речь кретинская какая-то. Потому я постарался произнести как можно меньше слов, забрал документы из приемной комиссии и даже не попробовал сдать ни одного экзамена». Уже потом, когда он стал артистом, зрители помогали ему растить уверенность в себе: «Вот как выходишь на сцену и видишь, что людям это нравится, и они тебе за это благодарны, то растет сила в человеке. И я стал заниматься. Так и поставил себе цель сделать это делом жизни. Публика научила меня верить в себя».

Но до того момента, когда Леонтьев все же вышел на сцену, ему пришлось побывать и электриком, и портным, и почтальоном, и чертежником, и лаборантом, и подсобным рабочим на кирпичном заводе. Катал по рельсам вагонетку с сырцом из-под пресса к печи, где происходит обжиг. И тесемщиком-смазчиком был на прядильной фабрике. Леонтьев сменил немало профессий, пока не понял окончательно – он хочет только петь.

В конце 1971 года Валерий выступил в Воркуте на городском песенном конкурсе. Тогда Леонтьев понимал, что если он попадал в число пятнадцати лучших, то отправлялся учиться в Москву. Но днем ранее на репетиции артист неудачно упал. Выступать пришел в гипсе и на костылях. В итоге стал победителем всего конкурса, так и не поняв, что именно стало решающим – гипс или хорошее пение. После этого отправился в Москву, где его взяли на работу в филармонию в качестве артиста вокального жанра.

В 1987 году на уровне чуть ли не Политбюро рассматривался вопрос о том, чтобы направить Леонтьева для участия в конкурсе «Евровидение». Но то ли Горбачев возражал, то ли Лигачев – он был главный идеолог. «Сам я не слишком “в материале” и не знаю подоплеку тех событий, как и других отказов, которые катком прошлись по моей жизни, – говорит артист. – А насчет “Евровидения” честно скажу: сожалею! Сожалею, хотя всем сердцем ненавижу конкурсную обстановку! И кто знает, как повернулась бы судьба, и какой стала бы моя жизнь, если бы я тогда произвел впечатление на “Евровидении”».

«Мистер Майами»

Мало кто знает, что у Леонтьева были проблемы с алкоголем. По слухам, в далекие восьмидесятые из-за любви к «зеленому змию» певец едва не стал инвалидом, когда просто упал на лестнице и скатился вниз. После этого случая Валерий пообещал себе – ни капли спиртного. Правда, впоследствии артист забыл о неприятности и даже начал сожалеть о трезвом прошлом. «Я понял, что я себя просто обездолил, красиво выпить в хорошей компании – это удовольствие, я пью вина – белое, иногда красное, могу водочку с селедкой». А еще с годами Леонтьев по-другому начал оценивать себя молодого. С юмором: «Если бы сегодня была возможность взглянуть на это, то я бы наверное уписался бы от смеха, глядя на себя. Часто со мной это и происходит, когда я смотрю очень старые записи, или слушаю старые песни».

Леонтьев давно женат на Людмиле Исакович, с которой познакомился на гастролях в 1972 году. «Люся была руководителем группы “Эхо” в Сыктывкаре – в этом коллективе я практически начинал как солист, – рассказывает артист. – Нельзя сказать, что буквально с первой встречи возникла симпатия – наоборот, сначала скорее была антипатия с ее стороны. Я ведь приехал из Москвы – а она к этому времени уже организовала инструментальную группу. Первое время мы не очень ладили. А потом постепенно мне понравилось, как она работает, а ей – как я пою. По мере того, как мы узнавали друг друга все больше, стали симпатизировать друг другу. Потом начали вместе ездить на гастроли». 20 лет прожили в гражданском браке, а расписались в Америке в 1998-м, где после покупки мужем виллы Людмила осталась жить. Детей у пары никогда не было. «Одно время я об этом жалел. Больше не жалею, – признается Леонтьев. – Но это не значит, что не пожалею завтра. Конечно, это еще может со мной произойти. Я еще в полном порядке».

Недавно прошел слух, что артист расстался со своей супругой. Но в беседе с журналистами Леонтьев подчеркнул, что до сих пор женат и счастлив: «Откуда вообще эта “фенька” про развод пошла? Это полный бред! Я думаю, что скорее те все благожелатели сыграют в ящик, и закончат свои дни, чем кончится наш с Люсей брак».

Отдыхать Леонтьев уже давно предпочитает в Майами. Как-то, прогуливаясь там по океанскому побережью, певец откликнулся на предложение местного пляжного фотографа запечатлеть его на золотом песочке. Каково же было изумление Леонтьева, когда через несколько дней он узнал: фотограф, не будь дураком, не только отдал ему снимки, но и направил впечатляющие кадры фактурного певца в несколько местных изданий, которые по традиции проводят читательский конкурс на звание секс-символа штата. По результатам опроса, место «мистера Майами» досталось именно Валерию. А пляжный фотограф получил за эти «исторические кадры» солидный денежный приз.

Кроме дома во Флориде, у Леонтьева еще есть дача в Коста-Бланке, что на южном побережье Испании, ее он сдает, чтобы не пустовала. А с домом в подмосковной Валентиновке пришлось расстаться. Валерий подумал, что раз уж бывает там всего три-четыре раза в год, то и оставлять его не нужно – дом ведь, если в нем никто не живет, быстро разрушается. Часто пишут, что Леонтьев уезжает в Майами уже насовсем, бросает выступать на сцене, но это вовсе не так. «Положить на это жизнь и исчезнуть? Закрыть за собой дверь и не появляться перед зрителями? Я пока даже представить не могу себя в такой ситуации», – говорит артист.

«Моя диета в том, что рот надо закрыть»

Каждая его песня – сложная техническая постановка. Микс музыки и новейших изобразительных технологий. Но все подчинено одной, главной идее – создать на сцене энергетический взрыв. Вот почему певец назвал декорации своих нынешних выступлений «андронным коллайдером». Они выстроены в виде туннеля, который завораживает зрителей своей бесконечностью.

Перед публикой один из самых эпатажных артистов российской эстрады предстает в своих самых ярких и безумных нарядах. Так, костюм из перьев птиц, в котором Валерий Яковлевич появился на фестивале в Юрмале, весит 20 килограммов. Леонтьев и сам не знает, сколько у него всего сценических нарядов – думает, что где-то несколько сотен: «Они постепенно вытесняют меня из моего жизненного пространства. Когда у меня была дача, их можно было там сгружать. А потом мне все это надоело, и я устроил чуть ли не акт самосожжения, очень много сжег всего. Но все равно достаточно осталось, да с тех пор еще и нашилось. А дачи нет, в квартире уже некуда ступить, и костер негде устроить. Поэтому буду просто выбрасывать. Хотя что-то отдаю поклонникам, и как-то даже продал какие-то свои известные костюмы на аукционе за 8 тысяч долларов. Эти деньги передали ребенку, больному онкологией, и насколько я знаю, лечение пошло ему на пользу.

К сожалению, у нас такие акции, как продажа концертных вещей, костюмов с аукционов, не широко практикуются. Хотя их можно было очень даже хорошо пристроить и кому-то помочь. А так висят бесполезные тряпки, спрессованные в шкафах». Последние лет десять костюмы Леонтьеву шьет дизайнер из Санкт-Петербурга Татьяна Кудрявцева, которой артист настолько доверяет, что иной раз, когда видит, что какие-то вещи поизносились или просто надоели, звонит ей и просит: «Тань, сшей мне чего-нибудь». «У нее есть манекен по моим размерам, туловище такое на подставке. Так что она присылает мне вещи практически без примерок, – поясняет Леонтьев. – Моя же задача состоит только в том, чтобы не расползаться вширь и не отходить от заданных параметров».

У артиста есть один концертный костюм, с дыркой на ремне по определенному объему: «И когда я чувствую, что эта дырка начинает меня напрягать, а застежку надо переставлять на следующую, тогда и начинается диета. А заключается она в том, что рот надо закрыть. Вот это и есть диета, которая работает лучше всех остальных». А распорядок дня при его профессии невозможен. Потому что в один день Леонтьев может спать, скажем, до 4 часов дня и даже должен, потому что в 8 утра только приезжает в гостиницу. Но на следующий день нужно в 4 утра уже встать, потому что в 7-50 уже вылет. И тем не менее, главное все-таки — успеть высыпаться.

«У меня есть какой-то примитивный комплекс физических упражнений, которые я делаю, едва проснувшись, чтобы скорее “воткнуться”, начать соображать, что происходит, – рассказывает артист. – Но гантели я с собой не вожу, хотя когда-то возили даже штангу – во времена социализма, когда в городе работали по 10 – 20 дней, можно было привезти, оставить ее на концертной площадке и приходить туда заниматься, что мы и делали, пока ее однажды во Львове не свистнули – как-то мы пришли, а штанги нет».

«Меня нужно вовремя хвалить»

Леонтьев всегда был очень суеверен. Никогда не кладет свою афишу на кровать или диван – этому его еще в молодости приучили администраторы, пугали, что тогда сборов не будет. По этой же причине артисты всегда боролись с семечками. Если перед концертом кто-то грыз семечки, «его натурально били по рукам». Ни в коем случае певец заранее не подсчитывает количество концертов – к неудаче. Это суеверие Валерий Яковлевич придумал сам и пользуется им уже много лет.

К своей славе Леонтьев относится философски: «Когда ты славен год, два или три — это пьянит. Ты снимаешь пену. Когда ты славен много лет, ты начинаешь понимать, что слава — это огромная ответственность. Такое немодное слово — “ответственность”, устаревшая терминология, но другого слова нет, и не может быть. Именно ответственность! Перед теми, в чьих глазах ты славен. И сегодняшняя слава предполагает, что ты завтра сделаешь нечто такое, от чего ты будешь снова славен. Еще больше славен. Иначе это уже не слава».

Леонтьев не терпит лести, но очень чувствителен к похвале. Только заслуженной похвале. «Честно говоря, если меня вовремя не похвалить, ничего хорошего не получится. Когда во время студийной записи кому-то что-то не нравится и мне об этом говорят, я начинаю петь еще хуже. Как только начинают хоть что-то хорошее находить в моем пении, крылья вырастают. Мне очень важно, чтобы меня хоть немножко похвалили. И недоброе слово, и равнодушие убивают вдохновение».

Публика на его концертах остается все такой же – изменилась разве что в плане технической оснащенности. «Зрители упакованы разными штуками – носителями информации, которым они пользуются во время концерта. Но для меня взаимоотношения с залом за 40 лет не изменились, – говорит Леонтьев. – И это легко объяснимо: ко мне приходят люди, которые меня любят, хотят меня видеть и слышать. Поэтому я не ощущаю каких-то перемен». При этом он уверен, что артист не имеет права стареть: «У меня нет другого выхода, пока я на сцене. А дряхлеть будем потом – на диване».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Сегодня», Gazeta.ua, «Невское время» , «Курская правда», Like.lb.ua

Share.

Comments are closed.