Топ-100

Александр Малинин: «Популярность – это крест»

0

Народный артист России Александр Малинин предпочел бы быть безвестным, если бы знал, насколько известность отравляет жизнь.

– Вы, Александр, действительно долгие годы сохраняете свою поистине бешеную популярность, не устраивая громких пиар-скандалов. Лишь в последнее время вами всерьез заинтересовалась желтая пресса…

– Я и в самом деле достаточно популярен и при этом долгие годы не читал ни единого негативного комментария в свой адрес. Да, собственно, я никогда и не понимал тех людей, которые строят из себя отрицательных героев. Я в жизни такой же, как и на сцене. Искренне и честно живу и так же искренне и честно пою. Наверное, поэтому кто-то и подумал: «Какой-то он правильный, чистенький!» – и появилась эта спланированная, заряженная и явно проплаченная акция в «Пусть говорят». Других вариантов просто нет.

Я был очень расстроен. А потом понял: история действительно некрасивая, но в ней есть положительный момент. Те, кто вообще не знал или забыл о том, что есть такой певец – Александр Малинин, мной заинтересовались. У меня стало еще больше поклонников! Так что я теперь ни о чем не жалею.

– Но, согласитесь, практически каждый, кого Господь наградил даром, теоретически может получить свою порцию славы. Гораздо труднее потом эту славу удерживать. Как вам это удается?

– Тут много разных аспектов… О себе могу сказать без ложной скромности: я никогда не подводил своего зрителя, все свои концерты работал вживую. А те, кто думает, что можно нарубить денег под фанеру и это не отразится на их дальнейшей жизни, ошибаются. Обманешь публику один раз, во второй она уже не придет. Самое главное – каждый должен быть в своей области профессионалом и делать то, что он умеет лучше всего.

– Но вы же не станете спорить с тем, что в шоу-бизнесе сначала нужно стать известным и уж только потом ваш профессионализм будет оценен?

– Вы правы, на эстраде все непросто. Пока человек неизвестен, не имеет студии и хорошей аппаратуры, он не свободен в своем творчестве, не имеет возможности творить по-настоящему. Но, с другой стороны, популярность, которой все так стремятся достигнуть, на самом деле – крест. Огромная нагрузка – постоянно находиться в центре внимания. Во всяком случае, если бы я сегодня начинал все сначала и знал при этом, насколько все это отравляет жизнь, ни за что не согласился снова стать известным.

– И чем бы вы в таком случае занялись?

– Может быть, стал бы скульптором – я же с детства любил лепить из пластилина. Но, видно, не судьба… Хотя, с другой стороны, я всегда знал: буду артистом, даже не представлял, что придется не выступать перед публикой, а заниматься чем-то другим. Вот и занимаюсь своим делом, не могу без него жить.

– Насколько я знаю, в последнее время вы не можете жить еще и без камеры? Даже придумали себе девиз: «Ни дня без фото!»

– Это, я вам скажу, круто! Благодаря фотоаппарату в моей жизни многое поменялось. Я теперь начал замечать интереснейшие вещи, которых прежде не видел!

– Вы, говорят, делаете классные фотопортреты своих коллег?

– И они мне позируют с радостью, расслабляются во время фотосессии. Потому что полностью мне доверяют.
 
– Заслужить доверие коллег по шоу-бизнесу дорогого стоит. Большинство артистов ожидают друг от друга подвоха, стараются даже как можно меньше общаться.

– От этого никуда не денешься… Я и сам раньше всем доверял, судил о других по себе и часто ошибался. Теперь жизнь меня переучила.

– Каким вы стали?

– Сложно говорить о себе, но мне кажется, я человек неплохой. По крайней мере, стараюсь жить по христианским заповедям и отношусь к людям, которые меня окружают, с любовью.

– Это очень заметно уже хотя бы по тому, как вы поете романсы!

– Спасибо. Мне очень интересна и важна реакция слушателя. С годами у меня родилось свое ощущение романса, своя манера исполнения, свой – малининский – стиль. Я стараюсь донести до людей красоту и душевность этого жанра и стремлюсь достичь того, чтобы у всего зала бежали по коже мурашки.

– У вас есть любимый романс?

– На этот вопрос я, наверное, не смогу ответить. Любовь основывается на ассоциативных ощущениях.

– Безусловно. Правда, у исполнителей, которые сегодня выбирают себе такой репертуар, существует серьезная проблема – молодежь эти произведения не слишком-то жалует…

– Дело вовсе не в этом! Да, сейчас молодые предпочитают другую музыку, ну и пусть! Когда они до тошноты наслушаются гадостей, которые им предлагают в этом болоте, поймут, что есть настоящее искусство. Однажды они его оценят! Так что, поверьте мне, жанр романса жив и будет жить. То, что я исполняю, пели двести лет назад и будут петь еще двести лет!

Но не скрою, мне нравятся некоторые вещи и в поп-жанре, и даже в рок-стиле. Каждая музыка направлена на определенное настроение. Сегодня кому-то хочется потанцевать, он идет в ночной клуб и с удовольствием слушает «туц-туц-туц!». Завтра его же может пронять народный хор, послезавтра – военная песня.

– Как вы сами определяете, какие произведения из вашего репертуара нужно обязательно исполнить в том или ином концерте, а какие сейчас лучше на время отложить?

– Чтобы начать это понимать, нужно созреть. Другое дело – в отношении к артисту существуют некие штампы. Публика желает слушать в его исполнении именно это, а не что-нибудь другое. И никто не задумывается о том, что, например, мне хотелось бы сегодня вечером показать и иные грани моей творческой натуры.

– Уж кто-кто, а вы, Александр, вполне можете позволить себе любые эксперименты!

– Нет. Никому и ничего нельзя навязывать. Во всем должна присутствовать органика как человеческая, так и творческая. Я и сам, когда хожу на чьи-то концерты, хочу слушать песни, которые люблю.

– Но в любом репертуаре время от времени появляются и новые композиции. По какому принципу вы их отбираете для себя?

– Все просто: мое – не мое, чувствую – не чувствую. Знаете, я ведь покупаю песни наперед, и потом они иногда годами ждут своего часа. На сегодняшний день у меня уже собран материал на целый новый альбом, так что за свое будущее мне можно не беспокоиться – репертуар уже лежит.

– И что из вашей заначки мы услышим в ближайшее время?

– Планов громадьё. Но эту информацию я пока не хотел бы открывать. Она, сами понимаете, большой секрет!

– Скажите хотя бы одно: мы увидим совершенно нового Малинина или вы останетесь верны своему стилю?

– Отвечу так: в творчестве вообще невозможно быть консерватором. Творят всегда что-то новое, во всем, даже в классических канонах. А я, как вы понимаете, служу искусству…

Владимир Ермолаев,
«Невское время»

Share.

Comments are closed.