Топ-100

Александра Маринина: «Мы с Каменской очень похожи»

0

Она порадовала своих поклонников очередной книгой, причем достаточно объемной. Вслед за трехтомной сагой «Взгляд из вечности» у Марининой выходит двухтомный роман «Личные мотивы». Любимая героиня писательницы – Анастасия Каменская – расследует очередное дело.

– Два года назад у вас вышел трехтомник, теперь книга «Личные мотивы» в двух томах. В вас проснулась любовь к эпическим полотнам?

– Я увлеклась и не рассчитала размер рукописи. И если бы эту книгу выпускать только в одном томе, то пришлось бы набирать очень убористо, уменьшать шрифт и расстояние между строчками. Когда вот такая толстая книга издается в однотомнике, то многие читатели жалуются, что из-за мелкого шрифта невозможно читать. Надо иметь в виду, что подавляющее большинство моих читателей – это люди, которые читают в метро, электричках, и поэтому набирать книгу мелким шрифтом было бы негуманно. И мы решили сделать книгу в двух томах.

– В книге мы вновь встречаемся с Каменской. Появились ли у нее какие-то новые черты?

– И да, и нет. Она увлеклась фотографией и продолжает в этом совершенствоваться. Тут мы с ней не похожи, а что касается моих личных впечатлений, то Каменской нужно было на пару недель съездить в командировку к Черному морю. И я с ужасом поняла, что совершенно не представляю себе, что такое современный черноморский курорт. Последний раз на Черном море я была в 1987 году. Поэтому мы втроем с мужем и подругой, которая является моей помощницей, полетели в Адлер. Съездили на машине в Сочи, посмотрели, что представляет собой этот город сегодня. Все мои впечатления собраны в книге в вымышленном городе Южноморске, куда приехала Настя.

– Поездка к морю – это приятная жертва. А какие еще жертвы приносит автор, чтобы написать книгу?

– Писатель все время приносит жертвы. Потому что все направлено на работу. Например, если вдруг появляется возможность куда-то съездить, начинаешь думать, что эта поездка может быть чревата простудой, а простуда – неделя болезни. Неделю болезни я себе сейчас позволить не могу, значит, я не еду. Жертвы приносятся постоянно.

– Получается, не герой списывается с автора, а сам писатель проживает жизнь своего героя, для того чтобы потом ее описать?

– Иногда действительно приходится самой идти на какие-то эксперименты, чтобы потом суметь передать этот опыт читателю. Книга «Личные мотивы» была закончена в августе. И уже с сентября прошлого года я начала собирать материалы для следующей книги, которую очень надеюсь написать за весну, чтобы к сентябрьской книжной ярмарке она была готова. Там преступление происходит с работником театра. Мне нужно было понять, что почувствует Настя, попав в театр. Мы ходили в театры и пытались разговаривать с творческими работниками.

– Много ли за это время вам удалось посмотреть спектаклей?

– Да, мы очень много ходили в театр. Всю осень и начало зимы – по 7–8 спектаклей в месяц. Я получила массу новых для меня впечатлений, потому что до этого меня вытащить в театр было просто невозможно. В принципе, я жуткая лентяйка. А тут, поскольку это связано с работой, мы планомерно покупали билеты и посмотрели пять разных постановок «Дяди Вани», очень полюбили эту пьесу, двух «Васс Железновых», три «Вишневых сада». Очень интересно сравнивать, как различные режиссеры ставят одни и те же пьесы.

– В книге «Жизнь после Жизни» Каменская ушла со службы на пенсию, правда, вскоре она вернулась к своей работе, но уже как частный детектив. Подводила ли она при этом какие-то жизненные итоги?

– Мы с Каменской в чем-то очень похожи. Поскольку я таких итогов пока не подводила, то и она не будет. Если я для этого когда-нибудь созрею, то, поскольку все непростые задачи я обычно сначала перекладываю на Каменскую, она этим займется. Но сама я не готова подводить какие-то итоги. Я еще молоденькая.

– В этом году исполняется 20 лет с выхода вашей первой книги. Этот юбилей вы как-то отмечать будете?

– Я бы сама и не вспомнила про эту дату, если бы из издательства мне не позвонили и не сообщили про юбилей. Если издательство вдруг захочет каким-то образом дату отметить, тогда что-то будет, я сама ничего праздновать не буду.

– Помню, как-то вы сказали, что литературный труд для вас – лучший способ выйти из депрессии, а что вас вгоняет в депрессию?

– Вопрос тяжелый, я стараюсь не допускать, чтобы что-то меня вогнало в депрессию, но случается, что мне не удается вовремя остановиться, ухватиться за спокойное состояние. У меня был период, когда я не могла писать два года, во мне сидел страх компьютера, страх перед словом. Я с удовольствием и много разговаривала, но совершенно не могла писать. И вот моя подруга взяла тетрадку и ручку и заставила меня написать две фразы, и я поняла, что это не страшно, что мир не рухнул, я по-прежнему в силах, я все смогу и все получится. Единственный способ не падать духом – не останавливаться, не опускать руки, сжать зубы и через «не могу» пытаться сделать, и тогда все будет нормально.

– Многим женщинам сохранить хорошее настроение помогают диеты и прочие способы борьбы с лишним весом. Вы разделяете эту точку зрения?

– Нет, нисколько, считаю это громадным заблуждением. У меня был большой лишний вес. Мне казалось, если я похудею, то стану абсолютно счастливой, потому что все остальное – муж, кошки, слава, деньги – у меня есть. Я похудела на 20 килограммов, но жизнь не заиграла новыми красками, не начала переливаться всеми цветами радуги, я впала в депрессию, очень плохо себя чувствовала. Если кто-то считает, что борьба с лишним весом может принести счастье, то говорю сразу – это ошибка. Вы потратите огромное количество сил и нервов, будете себя истязать диетами, отказываться от любимых лакомств и, может быть, достигнете цели, но счастья это не прибавит. Вот какая ты есть, так и отлично.

Александр Славуцкий,
«Вечерняя Москва»

Share.

Comments are closed.