Топ-100

Анатолий Кот: «Первые деньги зарабатывал, сдавая бутылки»

0

Звезда «Маргоши» и «Черных волков» рассказал о том, как сдавал бутылки и уходил из театра на заработки, как снимался в опасных гонках на скорости в 300 км и прыгал с парашютом, и зачем фиктивно женился на Юлии Высоцкой.

— Анатолий Леонидович, это сейчас вас знают как Зимовского из «Маргоши» и как подполковника Шкалина из «Солдат», но ведь был период, когда вы завязывали с актерством?

— Да, это было в 90-х. Я тогда ушел из театра на радио: вел прямой эфир, а это по четыре часа у микрофона и без права запнуться. Я там и ди-джеем был, и новости читал, и программы авторские делал. Прямой эфир – это адреналин, который ни с чем не сравним. Мне было очень больно отказываться от сцены. Но передо мной стоял вопрос – либо радио, где платили по тем временам сумасшедшие деньги, либо театр – за копейки. И я очень благодарен своему руководителю – Мазынскому Валерию Евгеньевичу за то, что он отпустил меня на заработки, он наверняка знал, что я вернусь.

— Выбрали-таки сцену.

— О да. Сейчас работаю в театре Армена Джигарханяна. Мне там очень комфортно. Я могу быть полностью открытым с Арменом Борисовичем – рассказываю ему все о своей жизни.

— Над чем сейчас вы с ним работаете?

— Армен Борисович доверил мне роль в комедийном спектакле «Кафе «Жизнь в розовом цвете». Из Франции приехал замечательный режиссер Левон Манисян, армянин по происхождению, с конкретным виденьем того, что хочет поставить, и все получилось. Я привык доверять режиссерам, которые знают, что хотят сделать. Так же было и на недавних съемках в «Братстве десанта».

— Там же сразу два режиссера было?

— В этом-то и суть! Армен Назикян и Виктор Татарский. Это был очень интересный подход – для ускорения процесса, для мобильности. Четыре первых серии готовит один режиссер, а вторые четыре – другой. Все было четко и слажено. Возьмем, к примеру, автомобильные гонки. Раньше подобные сцены снимали так: брали платформу, на которую загоняли машину, свет, камеры и там же присутствовал режиссер. А сейчас прогресс шагнул вперед, и если ты умеешь водить, то машина обвешивается камерами, а ты едешь и за рулем отыгрываешь сцену, а режиссер наблюдает за этим по видеосигналу или просматривает все потом. Это очень круто!

— После съемок в «Братстве десанта», с кем-то из актеров подружились?

— Я впервые работал с Максимом Коноваловым и Катей Проскуриной. По сюжету Катя любимая женщина моего героя и героя Сергея Горобченко. Она замечательная актриса и настоящий профессионал – удивительным образом преображается в кадре! С кем-то из ребят мы были знакомы до этого. Я рад, что встретился с Сережей Горобченко, Егором Пазенко, Фархадом Махмудовым, с которым знакомы уже более 10 лет.

— Зрителю всегда нравятся мужские истории, в центре которых, кроме перестрелок и погони, еще и лирическая линия.

— В «Братстве десанта» мой герой, Иванов, живет вместе с героиней Екатерины Проскуриной, бывшей супругой Демина (героя Сергея Горобченко). Перед съемками мы обсуждали с Катей взаимоотношения наших персонажей. Она сказала: «Да, мы живем с Ивановым, практически женаты, с ним у нас какие-то чувства, но люблю я Демина». И с тех пор каждый раз я подшучивал над ней при встрече, говоря: «Здравствуй, Катя! Какие-то чувства пришли к тебе поздороваться». (Смеется.) Загадочная женская душа – одного люблю, второго… тоже люблю. В отношениях Кати и Иванова не все гладко – происходят и разрывы, и примирения на фоне общения с бывшим мужем, с которым у моего героя весьма натянутые отношения. Демин ревнует, ему трудно воспринять, что его бывшая жена и дочка живут с Ивановым. Головой-то он понимает, но сердце диктует другое. А в силу того, что им вместе приходится работать над одним делом, приходится помимо жизни пересекаться и на службе. Все эти слои нахлестываются, и получается интересный водоворот.

— В кино вас постоянно зовут на роли плохих парней.

— Не только меня. Многих актеров. Знаете, мы ведь в жизни совершенно другие. Но именно это дает нам, артистам, возможность создавать разные образы – и отрицательных персонажей – злых убийц, и настоящих мужчин, которые ради дела жертвуют собой. Я ведь действительно люблю свою работу.

— Говорят, сейчас актеры уже не умеют идти на жертвы ради роли?

— Бывало и холодно, голодно и смены по 20 часов – не каждый выдержит, но это наша работа. Как и жизнь по гостиницам и поездам, когда дома месяцами не бываешь. Заболел ли ты, простыл, но в кадр-то нужно. Синяки замазывают, глаза закапывают и вперед – сниматься. Что касается жертв… то мне приходилось поправляться на 20 кг ради «Дня учителя», а ради «Бомбы», чтобы похудеть, две недели сидеть на одной только гречке. Но это жертвы в удовольствие. Ведь хочется, чтобы все получилось. Снимаясь в «Гонке за счастьем», я попросил каскадеров войти в поворот гоночной трассы на полной скорости. А сам находился на пассажирском сиденье. Невероятные, я скажу ощущения! Я вообще люблю адреналин: летал на дельтаплане, прыгал с парашютом: видел землю с высоты птичьего полета – там наверху такой воздух чистый и невероятное чувство парения.

— Вас ведь из-за этого адреналина чуть не покалечило однажды?

— Было дело. Как-то раз на съемках мне очень сильно ободрали спину. Просто никто не подумал, что может так получиться. Меня протянули по земле и содрали кожу. Я неделю после этого спал на животе. Вот тогда-то я и задумался – а вдруг я однажды покалечусь сильно и что тогда? Стало жутко. Тогда-то я и завел себе агента, который оговаривает все условия моей работы, включая оплату.

— Кстати, о деньгах – помните свои первые заработки?

— Первые деньги зарабатывал, сдавая молочные бутылки. Вырученные копейки шли на карманные расходы — ну там кино, лимонад. А что-то более серьезное – 10 рублей – заработал у отца в гараже, когда откручивал бампер у какого-то «Москвича 412», который он восстанавливал после аварии. Я этого не чураюсь: и за конем ходить умею, и барановать могу – отец меня всему этому научил. Знаете, у него были золотые руки: он чеканкой занимался и вырезанием, фотообои делал, шкуры выделывал, дубленки с шапками шил. А еще отец смог воспитать и вырастить пятерых детей в советское время – самое трудное, на мой взгляд.

— Вы были женаты на Юлии Высоцкой – говорят, что это был фиктивный брак.

— Мы с Юлей однокурсники. Однажды ее пригласили в Национальный театр имени Янки Купалы, но оказалось, что по паспорту она не гражданка Беларуси, а без гражданства ее могли не взять в театр. Единственный вариант – выйти замуж за кого-нибудь из минчан. Я просто помог ей. Мы до сих пор дружим.

Алекс Панченко,
«Сегодня»

Share.

Comments are closed.