Андрей Пальчевский: «Самым богатым украинцам я ссужал деньги»

0

Признаться, давно удивляет наше родимое ТВ отсутствием новых лиц – ну разве что изредка появляются ведущие новостей. Но вот чтобы кому-то «извне» вдруг доверили вести какой-то проект, а если он к тому же еще и авторский… Одним из таких редчайших исключений стал Андрей Пальчевский, бизнесмен, человек с разнообразными талантами, ныне известный украинцам как ведущий программы «Глубинное бурение» на Первом национальном. А недавно еще стало известно, что Пальчевский появится с новым проектом еще и на канале «Интер».

«Стране давно нужно интересное и доброе шоу»

– Андрей Иванович, зачем вам телевидение? У вас ведь все есть…

– А я сею разумное, доброе, вечное.

– Вы верите, что это возможно с помощью телевидения?

– Верю. Более того, считаю, что это возможно на отдельно взятом канале. Как Ленин когда-то считал, что возможна революция в отдельно взятой стране. Понимаете, нельзя постоянно копаться в помойке. Надо поднять голову и посмотреть вокруг. Это то, чем бы я хотел вообще заниматься по жизни. Чарли Чаплин хотел посвятить жизнь борьбе с мировым идиотизмом, а я – тому, чтобы мы как можно быстрее вылезли из помойки.

– Недавно вы сообщили, что будете вести на телеканале «Интер» новое шоу…

– В стране давно назрела потребность нежареного шоу, которое бы было одновременно интересным и добрым. Я понимаю, что добродетель скучна, что очень интересно, когда один политик обзывает другого или художник бьет писателя по голове. Это все замечательно. Но все-таки мы люди и не самые плохие. Я, правда, не знаю, как выглядят самые плохие, и что они смотрят по телевизору. Не удивлюсь, если они все время смотрят политические передачи. Из-за политических передач в нашей стране люди уже путают демократию с хамством и безответственностью. И мне кажется, что настало время нам немного отойти от этих баталий. Есть ведь еще и вечные темы – любовь, здоровье, дети, предательство, к которому людей надо готовить, кстати, сызмальства. В том смысле, что особенно в последние 10 лет мы предаем сами себя, и нас предают буквально на каждом шагу. Как говорил Достоевский, в подлости мы хорошо разбираемся. Вот, может, нам как-то пора выйти из подлости, дать людям возможность почувствовать себя дома в окружении близких… Я не говорю об убаюкивающем мужском тембре в телепередаче или о вечных хеппи-эндах, о красовании костюмами, прическами, о приглашении звезд, у которых все в порядке. Это, кстати, тоже вызывает раздражение, набивает оскомину. Я говорю о том, что у нас на телевидении уже явно нарушен баланс. И со мной наверняка согласятся 99% людей.

– Я слышала, что вас давно обхаживали с разных каналов…

– Да, были предложения.  Например, мне предлагали сняться в двух или трех шоу в роли главного героя-любовника. Я похож на героя-любовника?

– А зачем вам нужен был Первый национальный канал?

– Я могу объяснить. Первый национальный – самый слабый участок нашего фронта. Поэтому ему нужны сильные игроки. В последнее время на канале появились три-четыре сильных игрока. И мне приятно, что свою малую лепту я тоже внес. Тем более, не забывайте, этот канал общенациональный, его смотрит вся страна. А мы, например, брали интервью у генсекретаря ООН Пан Ги Муна. К слову, он поразил тем, что помнит, что я лечу в космос. Не перепутал.

– Когда это знаменательное событие уже состоится?

– Первый полет обещают в конце следующего года. Так что ждать осталось недолго. И чем ближе к полету, тем я больше боюсь.

– Скажите, зачем вам это надо?

– Мне всегда хотелось полететь в космос. У меня даже на номерах написано «Гагарин». Но в отличие от телевидения меня никто не приглашал летать – кстати, по многим показателям… Но хотелось бы. Как поется в песне, Гагарин так прекрасен, что нас колбасит.

– А очередь из таких приватных космонавтов, как вы, длинная?

– По-моему, 250 человек.

– Сколько стоит билет в космос?

– Не помню. Но могу сказать то, что гораздо важнее. Я позвонил своему секретарю и сказал: «Купи билет». Дорогие покупки боюсь пропускать через себя. Я не знаю, сколько стоят мои машины, дачи и прочее. Всегда звоню секретарю и знаю, что она купит дешевле.

«Аверин цитировал Шекспира и Ницше»

– Расскажите, а что дальше будет с «Глубинным бурением»?

– Программа «Глубинное бурение» оказалась на редкость удачной в своем жанре. Мне было бы жаль ее покинуть. И потом в жизни всегда надо думать о том, кто продлит твое дело. Я пока не ввел космонавта №2. А хотел бы, между прочим… Но у нас на телевидении вообще нет понятия космонавта №2, что меня очень смущает. У нас 20 лет один ведущий, который долдонит одно и то же.

– Но, знаете, не всякого ведущего можно заменить. Скажем, если убрать Андрея Малахова, это уже будет другое шоу. Все ведь держится на харизме ведущего.

– Малахов не только харизматичный, но еще и неглупый человек. В один прекрасный день он может сам прийти и сказать: у меня есть друг Коля и подруга Маша, которые могут справиться не хуже меня. Тем более Малахов уже давно стал мегазвездой, не думаю, что у него есть какие-то финансовые проблемы и т.д. Это тоже большой груз…

Я думаю, что ведущие крупных передач – это люди очень состоятельные. А состоятельность определяет степень вашей свободы. Мне часто задают такие вопросы. Я официально не вхожу в 100 самых богатых украинцев, но могу неофициально сказать, что людям из этой сотни я ссужал деньги…

В нашем медийном пространстве сложилась система, будь то танцы, песни и прочее: одни и те же. Однажды я спросил у Шустера, который бился головой о стенку и кричал, что больше не может работать в этой стране, почему он приглашает одних и тех же. Он сказал: да, надо подумать. И пригласил еще хуже. Он 20 лет приглашает одних и тех же. Это что? Любовь с первого взгляда?

Но, видимо, считается, что надо тасовать десять человек. А вдруг придет яркий, а вдруг придет сильный? Тогда начнутся вопросы: где же вы раньше, Петр Соломонович, были? Вот что самое главное. Ханга лет десять назад в своем «Принципе домино» у меня тоже спросила, почему я до сих пор не на телевидении. А я вам объясню: существует система, которая не пропустит ни красивой певицы, ни хорошего певца. Это касается не только поп-, но и любой культуры: театральной, оперной. Вот за то, чтобы пробивать бреши в этой заскорузлой обороне, я выступаю. Я принципиально против того, чтобы, например, приглашать 50-й раз в студию женщину-политика, от которой уже всех тошнит, потому что ее рот изрыгает, а не говорит. Но все, тем не менее, вынуждены это слушать. Это, что, тактика такая? Ну, наверное…

– Я так поняла, что, поскольку и космонавта №2 нет, и какие-то другие мотивы вами руководят, бросать «Глубинное бурение» вы не собираетесь ни в коем разе?

– Я этого не сказал. Жизнь штука сложная… В ближайшее время у вас будет возможность насладиться еще несколькими передачами. Кстати, вся наша команда, которая делает «ГБ», каждым выпуском все больше гордится: мы поймали кураж. Но я как раз за то, чтобы оставлять на взлете. Это как расставание с женщиной… Но, в конце концов, мы работаем для людей. А мотивация – выигрываешь ты, выигрывают все – это то, что вообще мной руководит по жизни.

Я могу сказать, что у «ГБ» большие перспективы. Разумеется, все понимают, что это нишевый продукт, и если к нам на съемки приходит доктор физико-математических наук, то программу смотрит небольшая часть населения. Тем не менее, этих людей становится все больше и больше, и их не смущают сложные беседы.

Вот мы сделали программу с Леонидом Парфеновым. Высший пилотаж! Я ему сказал: вы являетесь образчиком родникового русского языка. Он, конечно, начал отнекиваться как человек высокой культуры. И тут же заговорил такими словами, которые, я думаю, не каждому выпускнику лингвистического факультета понятны. Но, учитывая уже мой богатый жизненный опыт, я ответил ему примерно такими же словами. И мы сделали программу нарочито сложную.

Или взять программы с Гребенщиковым, Гошей Куценко, кстати, очень глубокий оказался человек, не только симпатичный… Как говорится, узок круг этих людей, страшно далеки они от народа… О Гоше Куценко, точно так же, как и о Максиме Аверине, с которым мы тоже сделали программу, люди в общей массе не ожидают ничего, кроме «Глухаря». А Максим тут начал цитировать Шекспира, Ницше, Толстого.

– Ну, вообще-то Куценко и Аверин учились в театральном. А там классики как «Отче наш». Поэтому не думаю, чтобы это было таким уж откровением для зрителя – актер цитирует Шекспира!

– Я думаю, что вы ошибаетесь. В общей массе зрители считают, что большинство наших актеров вообще не учились профессии. А еще в планах у нас главный акушер-гинеколог Киева, совершенно замечательный человек. В программе речь пойдет о жизни и смерти. А еще мы расскажем о том, как он плавал в Тихом океане. И к нам приедет один крупный лондонский экономист и расскажет, будет ли евро, и что делать с банками.

«Евро 2012 – путь в никуда»

– Мы говорим сейчас о европейской валюте или о футболе?

– О футболе в нашей стране, как о покойнике: или хорошо, или ничего. Но, если хотите, могу ему задать вопрос: выгодно ли с экономической точки зрения проводить чемпионаты по футболу? Я лично считаю, что это прямой путь в никуда.

– ?!

– Вспомните мои слова, когда в 2013 году подсчитают, во сколько Украине все это обошлось, когда наш национальный долг увеличится в два раза, и мы поймем, что за него придется отвечать нашим детям. Только супервыступление нашей команды может это как-то компенсировать… Однако не будем забывать, что в сегодняшнем греческом кризисе обвиняют Олимпиаду в Афинах: греки до сих пор не расплатились за те долги.

Так что футбол для жизни государства – очень серьезная игра. Например, Югославия распалась из-за футбола: в стране началась война. Потому что играли две команды, представляющие сербов и хорватов. Началось все с драки на футбольном матче, а через день уже воевала вся страна.

– Скажите, а какова судьба документального проекта Life Lost, который для вас делал экс-главный продюсер Первого национального канала Алексей Семенов? Говорят, он что-то не доделал…

 – Доделал. Я не знаю, куда ушел Семенов, пусть работает там, но не забывает, что его ноги растут из нашего фильма.

– И если что, вы их оторвете?

– Они такие красивые, жалко отрывать! Семенов – один из самых элегантных людей, каких я встречал, обладающий хорошим чувством юмора. Наносить травму человеку, который хорошо выглядит и при этом обладает чувством юмора, неприлично. Поэтому пусть живет. Но я взываю к его совести: пусть доделает фильм.

Знаете, когда я оценил его чувство юмора и близость к народу? Представьте себе: пятизвездочный отель, вниз по лестнице спускается в дорогих туфлях и костюме за пару-тройку тысяч долларов Алексей Семенов. Я у него спросил: «Что ты здесь делаешь?» – «Да я за кипяточком!» – ответил Семенов. За кипяточком! Он это так хорошо сказал, с этим своим нижегородским акцентом – он же, как и Горький, волжанин. Но Семенов никакой не горький, он скорее сладкий.

«Дуся»

Поделиться.

Комментарии закрыты