Антонио Бандерас: «Немного усилий, и вы снова влюбитесь в свою жену!»

0

Ему стоило многих сил пробиться в Голливуд, который сам Бандерас, как ни странно, ненавидит, открыто называя его самым лживым местом на земле: «Только со стороны кажется, что это товарищество близких по духу, прекрасно относящихся друг к другу коллег. На самом деле весь Голливуд – не что иное, как огромный музей восковых фигур».

Встреча с Альмадоваром

Урожденный Хосе Антонио Домингес Бандерас появился на свет 10 августа 1960 года в Малаге. Его отец был офицером полиции, а мать учительницей. Сам Антонио, как и все местные мальчишки, купался в море, играл в футбол, часами просиживал у маленького черно-белого телевизора. Но в 14 лет Бандерас устроился на работу в местный театр: «Сверстники увлекались рок-н-роллом, а для меня ничего не существовало, кроме игры на сцене. Мы все время жили на колесах, переезжая с представлениями из деревушки в деревушку. Приходилось быть и рабочим сцены, и костюмером, и гримером, и осветителем. Но это было очень здорово».

Мать Антонио надеялась, что суровая гастрольная жизнь образумит сына, но случилось обратное — он еще больше заболел театром. Окончив в 1980 году Национальную школу драматического искусства, Бандерас, одержимый своей мечтой, уехал из тихой Малаги в Мадрид. «Мне повезло, что я оказался в столице именно в тот момент.

После смерти Франко в искусстве начался бум, который продолжался несколько лет. Это называлось La Movida, “движение”. Появились новые дизайнеры, режиссеры, новая музыкальная молодежь. Наконец-то можно было говорить, что думаешь, и идеям не было конца».

За три года Антонио сменил много мест: работал официантом, продавцом, бесплатно участвовал в экспериментальных постановках. Наконец Бандераса приняли в труппу Национального театра Испании. Шесть лет он играл все, что предлагали, — от классики до Брехта и американской драмы. В 1982 году после спектакля за кулисы к Бандерасу пришло само будущее. Режиссера Педро Альмодовара в то время еще не знал никто. «Как-то открывается дверь и входит дикий такой, потрепанный тип, режиссер андеграунда, славившийся тем, что не признает никаких правил, – вспоминает Антонио. – Спрашивает, хочу ли я сниматься в кино. Я говорю: “Конечно, а о чем кино?” Он отвечает: “Про шайку сумасшедших из Мадрида”. Я подумал тогда, что этот режиссер сам или сумасшедший, или гений. Он оказался и тем, и другим». Так было положено начало 10-летнему сотрудничеству, благодаря которому и Альмодовар, и Бандерас стали звездами мирового кино.

В то время Антонио слыл немыслимым донжуаном: «Я пользовался успехом у противоположного пола. Мадридские женщины были не такие, как мои подружки в Малаге. Они казались и более земными, и более сложными. И такие чудесные выдумщицы!» Но неожиданно для себя Антонио по уши влюбился. Зашел в кафе неподалеку от Национального театра выпить чашку кофе и замер, увидев изящную девушку с темными волосами и большими глазами. Ее звали Ана Леса, она тоже была актрисой. Антонио принялся завоевывать ее сердце – дарил цветы, писал стихи и даже сочинял песни. Через девять месяцев Бандерас и его возлюбленная поженились. Родители Антонио сразу приняли Ану и стали относиться к ней как к дочери. Так же тепло был принят и Бандерас в семье своей жены. Друзья актера были в изумлении: невероятно, чтобы бывший Казанова был так безнадежно влюблен. «Встретив Ану, я почувствовал себя гораздо счастливее, – говорит Антонио. – Теперь рядом со мной был человек, с которым я мог поделиться всем — и хорошим и плохим».

«Мадонна сделала мне бесплатную рекламу»

В 1988 году Альмодовар выпустил свой знаменитый фильм «Женщины на грани нервного срыва», который был удостоен чести открывать фестиваль в Каннах. А Бандерас стал национальным героем, хотя у него была сравнительно маленькая роль. Картина получила «Оскар», и на церемонии вручения премии Антонио познакомился с Мелани Гриффит, которую раньше он видел только в кино, в фильме «Деловая женщина»: «На ней было белое платье с жемчугом. Почему-то это застряло в памяти. Но она прошла дальше, а я стал опять глазеть на других звезд. Странное, странное было чувство».

Бандерас вызвал тогда огромный интерес у киноэлиты. Ведущий Билли Кристал представил его публике как новый секс-символ, пришедший на смену Ричарду Гиру. Неожиданно для всех Мадонна заявила, что Антонио – тот мужчина, с которым она больше всего хотела бы оказаться в постели. Приехав в Испанию, она пригласила Бандераса на презентацию своего нового фильма. Антонио появился, но… под руку с Аной. Когда Мадонна увидела их вдвоем, она закрылась в ванной и долго негодовала: «Мне просто не верится, что он может привести с собой жену! Это катастрофа!» Но для самого Антонио никакой катастрофы не было: «Высказывания Мадонны стали для меня бесплатной рекламой. Мы с Аной были благодарны ей. Если женщина находит меня привлекательным – прекрасно. Но я должен был ясно дать понять, что у меня есть жена и мы с ней счастливы».

Прошел год. Американский режиссер Глимчер пригласил Бандераса на пробы для картины «Короли мамбо» про братьев-музыкантов с Кубы. Антонио, вернувшись в Мадрид, тут же нанял репетитора, чтобы поставить английское произношение. Бандерас работал на износ и, в конце концов, мог произнести любую реплику из картины на чистом английском. На съемках «Королей мамбо» Антонио провел полгода и с каждым днем понимал, что его будущее должно быть связано с Америкой: «Что бы ни случилось, как бы ни был принят фильм, я правильно сделал, что согласился на эту роль».

«Короли мамбо» не оправдал рекламной шумихи, предшествовавшей его выходу на экраны, но сделал свое дело. Если до этого Штаты оставались единственной страной на Западе, где не сияла звезда Бандераса, то после проникновенно сыгранной роли Нестора его стали замечать и американские режиссеры. Предложения не заставили себя долго ждать. Первое – роль в картине «Дом духов», где Бандерас с радостью поработал в компании голливудских знаменитостей и получил огромный гонорар. Потом был фильм Джонатана Демма «Филадельфия» и знакомство с Томом Хэнксом. Перед Бандерасом открывались все новые двери. Картины следовали одна за другой.

И чем успешнее складывалась его карьера в Америке, тем больше менялась его жизнь. Сначала Ана повсюду ездила с ним на съемки, но один проект сменялся другим, и у нее скоро поубавилось желания мотаться по свету.

«Я взял больше от танцоров фламенко, чем от Терминатора»

Бандерас много работал – на очереди был «Отчаянный» Роберта Родригеса. Режиссер увидел Антонио в одной из картин Альмодовара: «Меня поразило, как он двигается. Он полон упругой энергии, которая бывает только у испанцев и итальянцев, и умеет так мобилизовать эту идущую из нутра силу, что ему нельзя не верить». «Возможно, я взял больше от танцоров фламенко и тореадоров, чем от Терминатора», – говорил сам Бандерас.

Вслед за «Отчаянным» актер заключил контракт еще на три фильма подряд. Особенно интересными были съемки картины «Перебор». Во-первых, ставил ее соотечественник Бандераса Фернандо Трубэа. Во-вторых, предстояло работать с Гриффит, одной из любимых американских актрис Бандераса. Антонио клялся, что в течение съемок их отношения с Мелани оставались платоническими. Муж Гриффит Дон Джонсон навещал жену, к Антонио приезжала Ана. Бандерас пытался убедить себя, что их с Мелани взаимное влечение развеется само собой, когда съемки закончатся. «Но этого не произошло, – вспоминает актер. – После съемок мы часто перезванивались, потом опять встретились, и вот тут я понял, что по-настоящему влюблен».

Об их романе немедленно стало известно, кто-то даже писал, что эта рекламная уловка для создания ажиотажа вокруг «Перебора». Устав от сплетен, они предстали перед камерами на вручении наград за лучшие видеофильмы в июне 1995 года. «Именно в тот день мы решили, что пора расставить все по местам, иначе пресса с ее домыслами превратит нашу жизнь в полный кошмар», — говорил Бандерас. Но все же фотографы не пропускали ни одного их с Мелани поцелуя на публике. Теперь, когда отношения актеров перестали быть тайной, казалось, что все хотят на этом заработать.

«Я не готов быть сам себе режиссером»

Бандерас всегда считал себя прежде всего испанцем, поэтому и не думал покупать дом в Лос-Анджелесе, хотя, начиная с 1991 года, проводил в Калифорнии все больше времени. У Гриффит, несмотря на наличие двух детей, в тот момент тоже не было постоянного дома — в результате развода с Джонсоном, которого она с трудом добилась, она лишилась всей своей недвижимости в Калифорнии. Некоторое время Антонио и Мелани жили порознь, каждый был связан своим контрактом и должен был находиться там, где происходят съемки.

К тому же Ана вовсе не собиралась терять своего мужа. Она заявила прессе, что, несмотря ни на что, не хочет давать развод. Как раз в то время Антонио должен быть ехать в Испанию: пора было познакомить родителей с Мелани, и Бандерас хотелось получить их благословение.

Испанские газеты тут же заклеймили Гриффит как разрушительницу домашнего очага, а вот Ану почитали как великомученицу, которая ждет возвращения блудного мужа. Бандераса, что интересно, пресса жалела: черт попутал, с кем не бывает, окрутила испанца развязная американка. Родственники Антонио едва поздоровались с Мелани, ей дали ясно понять, что она здесь чужая. Ледяной прием оказал на Бандераса действие, прямо противоположное тому, на что рассчитывали родители. Он твердо решил, что останется с Мелани.

В то время Мадонна пригласила его сыграть в «Эвите». Гриффит поехала с Антонио, она не хотела дать возможность певице соблазнить актера и ни на шаг не отходила от него. К тому же именно тогда состоялся развод с Аной, а Мелани объявила, что ждет ребенка, который и появился на свет осенью 1996 года. А в мае в Лондоне Бандерас и Гриффит поженились.

С той поры они живут вместе, что довольно удивительно для голливудской пары. «Я и Мелани наделали много ошибок в прошлом, поэтому договорились их не повторять, – говорит Антонио. – В совместной жизни не всегда бывает солнечно. Случаются пасмурные дни, но мы боремся с непогодой сообща». На вопрос «Вы сами не удивляетесь, что до сих пор не разошлись?» Бандерас отвечает просто: «Мы – нет, но другие удивляются. Людям обычно не хватает времени на выстраивание отношений. Приложите немного усилий, и вы снова влюбитесь в собственную жену!»

Ему приходится оставаться в Америке: «Надо работать. Хотя Голливуд сейчас в глубоком кризисе: полное отсутствие новых идей, сплошные римейки и сериалы. Никто не хочет рисковать, всем нужны кассовые сборы. Действительно интересные фильмы сейчас снимают только в Европе. После того как я закончил режиссировать свой второй испанский фильм, “Летний дождь”, мне было очень трудно возвращаться обратно в Лос-Анджелес. Так чудесно жить дома, в Малаге!..»

Для Бандераса режиссура – своего рода выплата долга родине: «Испанские фильмы нечасто попадают в американский и международный прокат. Я собираюсь изменить ситуацию и снимать фильмы в Испании». С собой в главной роли? «Нет. Не готов быть сам себе режиссером».

И, несмотря на то, что каждый зритель желает Антонио успехов на режиссерском поприще, все надеются, что Бандераса и самого еще ждут немало ролей на экране. Он ведь и вправду не стареет – даже не седеет, ведь верно? «Посмотрите на виски! Они седые! – восклицает Антонио. – Признаюсь, я иногда подкрашиваю волосы. Вовсе не потому, что не могу примириться с возрастом, просто стараюсь не выходить из образа. Я ведь актер, и от этого никуда не денешься».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам People’s History, «Салiдарнасць», «Вечерняя Москва»

Поделиться.

Комментарии закрыты