Чулпан Хаматова: «Нравится видеть в жизни прекрасное»

0

Она не любит появляться на телеэкране, старается каждую свободную минуту проводить со своими детьми. Носит джинсы, отдыхает, слушая «Битлз». При этом играет в театре, снимается в кино и тащит на своих хрупких плечах руководство огромным благотворительным фондом.

«По крови я актриса “Современника”»

Чулпан появилась на свет 1 октября 1975 года в Казани. Ее имя переводится с татарского как «утренняя звезда»: «Когда я родилась, мой папа устроил конкурс: предложил ящик водки тому, кто придумает мне самое лучшее имя, — рассказывает актриса. — Победил его друг, которого звали Фат. Довольный, он заполучил ящик водки, а мне с  таким именем порой приходилось несладко — нередко оно работало против меня. Часто случались такие диалоги: “Как тебя зовут? — Чулпан. — Ага, я понял, а зовут-то как?”. А ещё один раз меня назвали Чулпан Хакамадовой».

Она всегда хотела быть актрисой, однако родители были против: «Для папы с мамой это был удар ниже пояса, когда я отправилась в театральный. Ведь сначала я поступила в институт их мечтаний – в финансовую академию. Они уже гордились мной, думали, что у меня будет спокойная, обеспеченная жизнь, а я вдруг взяла и ушла из высшего образования в среднее специальное. Но они не стали меня ломать, хоть и могли». Тем не менее своим детям Чулпан актерской судьбы не желает: «Это очень тяжелая профессия. Внутри она прекрасна, но хватит ли самоиронии и способностей все правильно оценивать, чтобы тебя не ранило? Знать, что тебя всегда будут бить мордой об стол? И через это надо проходить и в этом тоже получать удовольствие от профессии».

Хаматова поступила в Казанское театральное училище. Там преподаватели Юнона Карева и Вадим Кешнер, увидев талант молодой артистки, посоветовали и посодействовали Чулпан продолжить обучение в Москве. И она поступила в ГИТИС, на курс Алексея Бородина. Хаматова уверена, что именно он помог ей стать действительно профессиональной актрисой. Хотя было время, когда ей казалось, что театр никогда не сможет стать семьёй. Она искала себя, играла на сцене театра РАМТ, Театра Луны, Театра Антона Чехова, в Открытом театре Юлия Малакянца. И лишь оказавшись в «Современнике» мнение Чулпан изменилось — многие коллеги стали для неё практически семьей: «Если говорить про “родственные связи” и делать ДНК крови, то я актриса “Современника”. А еще есть Театр наций, где труппы нет и все артисты приглашенные, тоже замечательная площадка. Это здорово, когда режиссер свободен в выборе артистов, а ты, как актер, свободен принять или не принять то или иное предложение».

«У Ахмадулиной и Цветаевой много родственного»

Со временем Хаматова задумала сольную программу, так появился «Час, когда в души идешь – как в руки», с которым Хаматова вновь приезжает в Украину в начале июня. На сцене артистке аккомпанируют саксофонистка Вероника Кожухарова и пианистка Полина Кондраткова. Это не спектакль и не концерт. И те зрители, которые ждали высот актёрского перевоплощения, потом понимают, что их здесь нет. Есть лишь музыка и слово. Как сказала Белла Ахмадулина, «две сильных тишины, два слабых горла: музыки и речи».

«Это не спектакль – это наше яростное желание поделиться возможностью побега из выхолощенной, бесчувственной реальности, – рассказывает Чулпан. – Проект на основе произведений Марины Цветаевой и Беллы Ахмадулиной, который мы привозим в Киев, родился из потребности быть счастливой. Из потребности выразить то, что тебя лечит.

Представьте, все это возникло из ниоткуда. Из моего пребывания в состоянии радости — в прикосновении к текстам Цветаевой и Ахмадулиной. Их тексты сами начали диктовать мне “условия”. Не я как-либо стремилась выстроить эту программу, а, скорее, Цветаева и Ахмадулина “выстраивали” меня. Происходили невероятные чудеса, пока мы это репетировали с коллегами».

Цветаева – любимая поэтесса Хаматовой. «Но я долго не могла к ней прикоснуться, выйти с ее произведениями на сцену, – признается артистка. – Тем не менее, на сцене я читаю не поэзию Цветаевой, а ее прозу. Из Беллы Ахмадулиной — “Сказку о дожде”. Эти тексты внутренне взаимосвязаны. Сама Ахмадулина признается Цветаевой в любви. У них очень много родственного. Ощущение “бескожности”, искренности. Оголенности нервов. Каждая из них не совпадала со своим временем. Внутренне они двигались “против течения”. И никогда не вливались в общее русло».

В прошлом году Чулпан начала играть и в еще одной важной для себя постановке. В «Современнике» она появилась в роли Марии Стюарт в спектакле Римаса Туминаса «Играем Шиллера!» Несколько лет его не было на сцене после ухода из театра Елены Яковлевой. А потом все же решили вновь показать спектакль зрителям, но с другими актерами. «Чулпан не из тех, кто захочет повторять прошлый рисунок роли, даже если он очень интересный, — рассказывала художественный руководитель театра «Современник» Галина Волчек. — Она создала свой образ, куда привнесла свое мироощущение, свои мысли, свое сердце, неповторимые интонации».

Хаматова признается, что ей сложно не иметь личного отношения к тому, кого она играет: «Актёрская профессия — это профессия художника. Творца. К тому же мы не создаём документальный фильм, показывающий историческую правду. И в Марии Стюарт, безусловно, есть какая-то частичка меня — в том, как я вижу сегодняшнюю жизнь, как оцениваю тот или иной поступок и как сопряжена с этим. Мне хочется, чтобы зрителю было понятно, что я имею в виду. Хотя сама я никогда не была в таких обстоятельствах. Я не могу понять психологию моей героини или в чём-то обвинять её. Сочувствую ли я ей в её финале? Безусловно. И безусловно, она интересна мне как актрисе: всегда интересно играть такой неоднозначный характер: не положительный, но и не отрицательный».

«Разница менталитетов на Западе и здесь колоссальна!»

Немалую часть жизни Чулпан Хаматовой занимает благотворительность — работа в фонде «Подари жизнь». Но так было не всегда: «Жила я как артистка, варилась в театральном соку, а на тех, кто с этим не связан, даже не наводила резкость глаза, — рассказывает актриса. — Но однажды в театр пришла молодая девушка-доктор и попросила провести благотворительный концерт классической музыки, сборы от которого должны были пойти на приобретение аппарата для облучения крови для детской клиники гематологии. Первая попытка оказалась провальной — денег мы не собрали, но я загорелась идеей и предложила моей подруге Дине Корзун, с которой мы играли в фильме “Страна глухих”, заняться этим серьёзно. Мы сами организовали концерт, собрали звёзд: Олега Янковского, Алису Фрейндлих, Олега Табакова. В итоге аппарат мы купили, и уже не смогли остановиться — в 2006-м основали наш фонд».

С его появлением и с погружением Чулпан в эту работу у нее поменялись круг общения, друзья, приоритеты в жизни. «Хотя сейчас я снова могу в кино сниматься, – улыбается Хаматова. – Появилось время, и всё благодаря уникальной команде, которая у нас работает. За эти годы многие из них стали для меня родными. А однажды наступил момент, когда ту работу, которую поначалу делали мы с Диной, они взяли на себя. Вообще должна отметить, что в России благотворительность вышла уже на другой уровень. Из собрания добрых и неравнодушных людей наш фонд превратился в команду тех, кто понимает, что имеют дело с чужими деньгами и эти деньги должны тратиться эффективно. Но, к сожалению, детей, которым требуется помощь, остаётся очень много».

У самой Чулпан подрастают три дочки. Актриса была замужем три раза. От первого мужа Ивана Волкова (сын актеров Ольги и Николая Волковых) Хаматова родила двух дочерей – Арину и Асю. Несколько лет жила в гражданском браке с танцовщиком Алексеем Дубининым. Нынешний муж Чулпан – актер и режиссер Александр Шейн, в этом браке она родила дочь Ию.

Когда Хаматову спрашивают, сложно ли совмещать работу в фонде, театр, съёмки и воспитание детей, она пожимает плечами: «Смотря как к этому относиться. Если тебе хочется, чтобы это было сложно, это будет сложно. Вопрос ракурса. Можно фокусироваться только на проблемах и жить с этим ощущением. Я знаю, что если буду так делать, то просто погибну под этим. Поэтому я фокусируюсь на положительных аспектах того, что у меня трое детей, а тем более три девочки. Мне больше нравится видеть прекрасное. Я понимаю, что жизнь не может быть раем, она и прекрасна, и интересна тем, что в ней есть пороги. Это касается, конечно, не только воспитания детей, это моя жизненная философия. Мне с детства больше нравилось радоваться, а не грустить, и искать во всём светлые стороны».

Она старается развиваться в своей профессии, связывать это и со своей общественной деятельностью: «Я прохожу всевозможные воркшопы, изучаю различные актерские техники, существующие в мире, которые не могут добраться до России. Мне было очень интересно узнать, что, помимо системы Станиславского, есть разные хитрые подходы к профессии: как готовить свое тело, настроить голос и, вообще, как существовать на сцене немного по-другому, нежели мы привыкли.

Но я учусь не только в рамках актерской профессии. В моей жизни начался очень интересный период: в прошлом году мы подписали соглашение с одним из старейших американских фондов, который входит в тройку крупнейших в США. Они сказали: “Да, вы достойные ребята, мы будем вам помогать!” Они учат нас, как нужно общаться с врачами, а как с селебрити, существуют целые законы, которые продуманы и проверены временем. их нужно брать и пользоваться, что мы и делаем. Единственное, они не могут обучить нас общению с властью, поскольку данный фонд никогда с ней не контактирует по той простой причине, что власть может быть слишком кратковременной и не выгодно тратить время на построение контактов с ней».

Сначала Чулпан и остальная «чиновничья верхушка» фонда «Подари жизнь» провели довольно много времени в Штатах. Сейчас туда направляются координаторы по волонтерскому движению, врачи, работники социальной части, которые общаются с мамами больных детишек. «Конечно, разница менталитетов колоссальна! – замечает Хаматова. – У нас мама, как правило, остается одна. Отцы, узнав, что ребенок болен, уходят из семьи, оправдываясь, что им страшно. И фонд “Подари жизнь” кормит и одевает маму, которая вынуждена бросить работу. Отказаться от этой деятельности мы не можем. Мы спросили, как решают эту проблему в Америке? Наши собеседники сделали квадратные глаза и сказали: “У нас приходят соседи и предлагают помощь!” У них не было ни единого случая, когда мама больного малыша не получила первичную помощь от тех, кто живет с ней по соседству. Так что и мы стараемся научить людей замечать проблемы других и всегда помогать друг другу».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Невское время», «Зеркало недели», Lady.tsn.ua, «Областная газета», Kazan24.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты