Далида: «Я – это все женщины»

0

Казалось, в жизни у нее было все: чарующая обворожительная красота и великий талант, слава и поклонники. Но рядом всегда были одиночество и смерть.

«Мисс Египет»

Иоланда Джильотти (так звучит настоящее имя певицы) родилась 17 января 1933 года в бедном каирском квартале Шубра, куда иммигрировали в свое время ее родители-итальянцы. Музыкальные способности девочки были заложены в генах, ведь ее отец – Пьетро Джильотти – считался первой скрипкой в Каирской опере.

Первое несчастье обрушилось на Иоланду еще в самом раннем детстве. В десятимесячном возрасте в глаза малышки попала инфекция, и местный эскулап, предпочитавший дедовские методы, рекомендовал родителям наложить ей на глаза повязку на четыре дня. Это усилило инфекцию и привело к косоглазию. В результате к четырем годам Иоланде пришлось перенести две операции на глазах. С тех пор она никогда не могла находиться в темноте и, даже ложась спать, оставляла ночник включенным.

В детстве будущая звезда имела немало комплексов: нескладная девочка, в очках, подвергающаяся насмешкам одноклассников. Впрочем, она хорошо училась. Образование в ее католической школе было достойным – преподавали французский, английский, арабский языки. Здесь Иоланда приобрела и первые навыки сценического искусства, принимая участия в школьных театральных постановках. А жизнь тем временем готовила ей новое испытание. Когда Иоланде было 12 лет, скончался её отец. Девочка очень тяжело переживала его смерть и еще больше ушла в себя.

Сразу же после окончания школы Иоланде пришлось идти работать – материальное положение сильно пошатнулось. Девушка устроилась на должность секретаря в фармацевтическую компанию и отчаянно скучала на рабочем месте. Ее звездный час наступил спустя несколько лет, когда в 1954 году Иоланда победила на конкурсе «Мисс Египет». Впрочем, триумф принес ей одновременно и неприятности: фотография в тигровом купальнике, опубликованная в одном из модных журналов, не была одобрена ни матерью, ни соседями, ни юношей, с которым была помолвлена будущая звезда, – времена на дворе стояли пуританские.

Родственники обрушились с упреками, а помолвку пришлось разорвать. Иоланда ушла с надоевшей уже работы, устроилась манекенщицей, а вскоре начала сниматься в кино. Именно тогда девушка обзавелась псевдонимом Далила – в честь библейской героини. Позже он трансформируется в Далиду.

Звездный час

Ее манил Париж, ей хотелось стать кинозвездой. Было еще далеко до завоеванных впоследствии платиновых дисков и «Оскаров». Пока Иоланда, простившись с мамой, садится в самолет и отправляется во Францию. Это оказалось возможным благодаря помощи спонсоров, рассчитывавших на проценты с будущих контрактов. Что ж, их расчет оказался верным. Но мир узнал Далиду не как киноактрису, а как певицу.

На конкурсе «Номер один завтрашнего дня», проходившем в зале «Олимпия», артистку заметил директор радиостанции «Европа-1» Люсьен Морис. Он понял, что наткнулся на настоящий бриллиант и занялся карьерой начинающей певицы. В 1956 году Далида записала свой первый хит «Бамбино», а уже через год стала национальной гордостью Франции – к тому времени было продано 300 000 её пластинок и получен первый Золотой диск. Потом были хиты «Гондольер», «Как прежде», «Прощай, прощай Бамбина», многочисленные награды, турне по Франции, и Европе, поездка в Штаты. За недолгий период Далида стала знаменитой и богатой и перевезла в Париж всю свою семью.

Впрочем, на протяжении всей жизни она отдавала дань и кинематографу. Последний ее фильм — «Шестой день» (1986) – выпущен за несколько месяцев до смерти. Исполненная в нем главная роль настолько удалась Далиде, что ее как актрису сравнивали с великой Анной Маньяни. Она любила перевоплощаться: на фотографиях Далиды узнаешь в ней то парижскую девочку в ситцевом платье образца 50-х годов, то роковую итальянку, то воплощенную Нефертити, то одетую в египетский национальный костюм восточную красавицу, то вдруг — «тургеневскую девушку». После этого невольно поверишь в слова, повторяемые певицей в одной из ее песен: «Я — это все женщины».

Её отношения с Морисом носили не только деловой характер. После развода Люсьена с женой и долгого пятилетнего романа, в октябре 1961 года, влюбленные, наконец, поженились. На концерте жены в «Олимпии» несколько месяцев спустя Морис первый вскочил с восторженными аплодисментами. Но этому браку не было уготовано долгой жизни – спустя три месяца после отзвучавшего марша Мендельсона во время гастролей в Каннах Далида познакомилась с художником Жаном Собески. Он был молод, хорош собой, и подавал большие надежды. Морис же был весьма ревнив, поэтому вскоре состоялся развод.

Завистники уже насмешливо потирали руки, предсказывая окончание успешной карьеры Далиды, но та стремительно продвигалась, а отношения с бывшим мужем перетекли в дружеские и теплые. Он всегда был рядом и не пропускал ни одной премьеры певицы. А романа с Собески у Далиды так и не вышло.

«Рождена, чтобы петь»

Развод требовал обновления жизни, и певица купила свой знаменитый особняк на Монмартре. Поначалу она упорно отказывалась исполнять песни, написанные специально для нее. В ее репертуар входили песни, ранее исполнявшиеся Эдит Пиаф, Робертино Лоретти, «Битлз» и многими другими. Но это ничуть не умаляло достоинств ее исполнения — бархатный, ни с чем не сравнимый голос Далиды творил чудеса, песни обретали иную жизнь. Со временем в репертуаре певицы начали появляться песни автобиографичные, похожие на исповедь.

Она записывала блистательные хиты – «Маленький Гонсалес», «Самый длинный день», «Прости, любовь», «Решётки моего дома», «Я решила жить», гастролировала по Азии, вновь пела в «Олимпии», отмечая выход своего десятимиллионного диска, проданного в мире. Тогда ее путь к сцене благодарные зрители выложили великолепным ковром из роз. Оставаясь аристократической европейской шансонье, Далида часто выступала на своей родине и в странах Ближнего Востока. И тогда она преображалась — оживленно разговаривала с залом по-арабски, пела на египетском и ливанском диалектах. Многие до сих пор восторженно вспоминают ее почти ежегодные сольные концерты в Бейруте и Каире.

Для выступления в Карнеги-Холле в Нью-Йорке в 1978 году она подготовила программу на английском языке. Ее известная песня «Умереть на сцене» тогда была тоже переведена на английский и получила название «Рождена, чтобы петь». Того требовали оптимистичные настроения американской публики. Сами же концерты превращались в грандиозные шоу — ведь Далида, ко всему прочему, была и одаренной танцовщицей.

«Мои песни – это мои дети»

Очередная любовь настигла певицу в 1966 году, когда она познакомилась с молодым и амбициозным итальянским исполнителем Луиджи Тенко. Чувство вспыхнуло с первого взгляда. А через год, на фестивале в Сан-Ремо, они исполнили песню, написанную Луиджи. «Прощай любовь, прощай». Вопреки всем ожиданиям, она не прошла в финал. Но это оказалось не самым страшным для Далиды – последствия их совместного выступления не могли померещиться и в самом кошмарном сне.

В тот же вечер, придя в свой гостиничный номер, Тенко выпустил себе пулю в голову. Первой его тело обнаружила Далида. Впрочем, в найденной возле тела предсмертной записке Луиджи обращался не к ней – лишь к публике и жюри. Это событие настолько потрясло певицу, что после месяца тяжелейшей депрессии она попробовала последовать за Луиджи. Это произошло в роскошном парижском отеле «Принц де Галь», где они с Тенко пережили немало счастливых минут. Спасло ее только то, что отельная горничная знала о странной привычке певицы спать со светом. На этот раз тот был выключен.

Отравление барбитуратами привело к 90-часовой коме и временной потере голоса. Первым, кто очутился у больничной койки Далиды, оказался Морис. Каждый день он приносил ей розы. Люсьен еще не знал, что и сам близок к роковой черте.

После ужасного события Далида увлеклась философией и буддизмом. Они подарили ей и новую любовь – следующим спутником певицы стал Арно Дежарден, автор книги «Дорога мудрости». С ним Далида путешествовала по Тибету, Непалу, и Индии. Однажды восточный мудрец сообщил певице, что ее миссия – петь и дарить людям радость. Может быть, именно эти слова отчасти помогли пережить поставленный ей вскоре диагноз – бесплодие. Впоследствии она всегда повторяла: «Мои песни – это мои дети».

А судьба преподносила ей новые испытания. Вскоре после расставания с Дежарденом Далида получила страшное известие о самоубийстве Мориса. К тому времени он уже долго мучился от тяжелой болезни. В тот вечер, на концерте в Афинах, где ей все же пришлось выступить, она пела только для него и чувствовала его присутствие в зале. А вскоре скончалась мать певицы.

Далида все еще продолжала бороться. И были новые хиты – «Дарла Дирладада», «Со временем», дуэт с Делоном, концерты в «Олимпии». Была и новая любовь: в 1972 году певица познакомилась с эксцентричным художником Ришаром Шамфре, гордо именовавшим себя Графом Сен-Жермен. «Мне 17 тысяч лет. Я родился между небом и Землей», – любил повторять он. На самом деле, Ришар был обыкновенным жуликом. Но они были счастливы.

«Жизнь для меня стала невыносимой»

Начало 80-х было временем истинного зенита славы Далиды. Чего стоило ее шоу 1980-го года во Дворце Спорта в Париже, когда в течение вечера она 12 раз меняла костюмы, танцевала в окружении 11 танцоров под аккомпанемент оркестра из 13 музыкантов! Выступления шли 18 вечеров – при полном аншлаге в зале.

Меж тем, вскоре личная жизнь опять дала крен. Семь лет артистка была вместе с Ришаром и надеялась, что так будет всегда. Но Шамфре, по ошибке выстрелив в любовника кухарки, попал на два года в тюрьму, отношения постепенно сошли на нет. В этот раз Далида собрала свою волю в кулак и использовала работу как единственное средство от депрессии: получила бриллиантовый диск, отправилась в мировое турне. Очередной траурный марш прозвучал для нее в июле 1983 года – Ришар Шамфре повесился в собственном доме. На этот раз последствия для Далиды были не только психологические, но и физические – свет прожекторов на сцене причинял ей немыслимую боль. К 1985 году ей пришлось перенести еще несколько операций на глазах.

Певицу не оставляло чувство одиночества, она стала пить, употреблять наркотики. «Я немало прожила и многого достигла. Но в моей жизни что-то не сработало», – сказала как-то певица. Последние годы Далида провела в своем особняке на Монпарнасе, совершенно удалившись от людей. Лишь пара карликов, Петро и Лючия, скрашивали её дни, вернее, они только лишь помогали по хозяйству, не более. Но и с ними приключилась беда: в 1987 году Петро и Лючия внезапно заболели неизвестной болезнью и вскоре умерли один за другим. Видимо, эта двойная смерть оказалась последней каплей. Далида, отгородившись от всего мира, полагала, что ее никто не понимает, все любовники, которые у нее теперь появлялись, надолго не задерживались, а наркотики и алкоголь сильно подорвали здоровье.

Правда, она делала попытки выйти в свет, последний раз ее видели в парижском зале «Олимпия». Это было за несколько дней до смерти. Она пела с Шарлем Азнавуром и выглядела как всегда ослепительно. Зрители были в восторге. А затем в газетах появился некролог, сообщавший о том, что Далида покончила с собой: когда ее нашли, она лежала в изящной позе, в ослабевшей руке оставался недопитый бокал, а рядом белел кусок картона с последними прощальными словами певицы: «Жизнь для меня стала невыносимой. Простите меня».

За последующие десятилетия были проданы миллионы ее записей, а на одной из площадей в районе парижского Монмартра, названной в честь Далиды, был установлен памятник певице. Она стала третьей французской женщиной – после Жанны д'Арк и Сары Бернар, – удостоившейся такой чести.

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Суперстиль», «Зеркало недели», «Спроси Алену»

Поделиться.

Комментарии закрыты