Екатерина Семёнова: «С 11 лет мыла подъезды и о музыке не думала»

0

В конце 80-х – начале 90-х песни Кати Семёновой знал каждый. До сих пор люди напевают мелодию «чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил». Сейчас Екатерина Леонидовна пишет музыку к фильмам (сериал «Каменская-2»), работает как композитор со многими исполнителями: с Алёной Апиной, Ларисой Долиной, Тамарой Гвердцители.

«В “Останкино” у нас полжизни проходило»

— Передачу «Шире круг», которую вы 8 лет вели в паре с Вячеславом Малежиком, снимали в «Останкино»?

— В «Останкино» снимали первые выпуски передачи. В телецентре всего 20 студий. Самые большие — 1-я и 2-я. Там снимали «Огоньки». А съёмки передачи «Шире круг» проходили во 2-й студии телецентра. Тогда у нас в «Останкино» полжизни проходило. Артистов было мало, и снимались мы часто. Потом там стало тесно, и мы ушли на большие площадки — в «Лужники», «Олимпийский».

— Помните интересные случаи на площадке?

— Я перед передачей за бешеные деньги купила костюм, бутылку лака за 25 рублей и какую-то большую сверкающую блямбу — как украшение. Прихожу в гримёрную, а мне говорят: «Давай сегодня в старом костюме выступишь». Я согласилась. Вот в самом разгаре концерт, я объявляю: «Встречайте, на сцене Светлана Лазарева». Поворачиваюсь, а она идёт в моём костюме, с моей блямбой и вся залитая моим лаком! Я в ужасе смотрю и прямо на сцене говорю: «Уходи отсюда!»

Запела в… тубдиспансере

— Где началась ваша карьера певицы?

— Да в тубдиспансере! Я тяжело заболела, пролежала там год. Чтобы разработать лёгкие, надо было либо на флейте играть, либо шары надувать бесконечно. Я на нервной почве запела. Приволокла с собой гитару и стала пользоваться большим успехом у наших бабушек. (Смеётся.) А потом решила попробовать себя в качестве певицы — всем же нравится!

Я даже пыталась поступить в музыкальное училище. Меня три раза подряд не приняли. Однажды мне вообще сказали: «Тебе в трудовую книжку надо поставить печать “Профнепригодна”, и всё». Так я и осталась без специального образования. Зато по линии самодеятельности у меня пошло. Я приняла участие во Всесоюзном конкурсе «Золотой камертон», получила Гран-при.

— Музыкой, наверное, серьёзно увлеклись с детства?

— Я её терпеть не могла. Чтобы не ходить в музыкальную школу, даже сломала себе палец. В один прекрасный вечерок, было мне лет 9, сидела дома. Мама ушла в булочную. И тут меня осенило: я придумала, как раз и навсегда решить проблему с музыкальной школой. Разбежалась и ударила пальцем в стену. Сломала, он у меня до сих пор кривой. Естественно, орала как резаная, меня мама в булочной услышала.

Музыкальную школу оканчивала из-под палки. Мама мне купила в кредит пианино, а через два года её не стало. Учителя говорили: «Ты должна выучиться в память о маме». В итоге окончила на одни трояки. И если бы мне кто-нибудь сказал, что у меня жизнь будет с музыкой связана, убила бы! (Смеётся.) А потом… Так получилось.

— Что ещё вспоминается из детства?

— Маленькой я избалованная была. Папа строил в Китае объекты энергоснабжения, всё время пропадал в командировках. В семье достаток был. И когда толстая Катя ложилась на пол и начинала бить ногами, выполнялись все её требования. Потом не стало отца, он умер в мой день рождения, мне исполнилось 6 лет. Мама умерла, когда мне было 11. Мы остались со старшей сестрой. У неё была своя семья: два ребёнка, муж-алкаш. Было непросто, зато меня не отдали в детдом. Сестра вкалывала на трёх работах, но денег не хватало. Я пошла работать в 11 лет, за полставки мыла подъезды в соседнем доме.

Вставала в полпятого, мыла и бежала в школу. Как-то раз я проспала и вышла на работу в 7 часов. Какая-то мамаша из параллельного класса меня увидела и стукнула на меня директору. Устроили комсомольское собрание, где сказали, что я позорю честь советской комсомолки, зарабатывая деньги. Я ответила, что честь мне не дорога, мне кушать хочется.

Быть бабушкой — это клёво!

— Вы хорошая мама?

— Когда сын Ваня был маленький, я много гастролировала. Но всегда старалась уделять ему каждую свободную секунду. Сейчас он взрослый, мы с ним хорошие друзья.

— Сын пошёл по вашим стопам?

— У моего ребёнка определённое отношение к моему творчеству. Когда ему было четыре, про меня снимали кино. Режиссёр говорит: «Ванечка, тебе нравится, как мама поёт?» Вокруг — камеры, я — сбоку. Сын у меня серьёзно спрашивает: «А ты можешь петь, как Фил Коллинз?» Я говорю, что нет. Он на камеру: «Нет, не нравится!» Сейчас Ваня звукорежиссёр. Диджеит по клубам с 13 лет. По убеждениям своим — растафарианец. Ходит с дредами, слушает регги.

— А в роли бабушки как себя ощущаете?

— Мне нравится, когда тётка в 40 лет говорит: «Я бабушка». Это клёво! Ваня меня немного задержал — бабушкой я стала только в 48. Внука зовут Матвей. Очень деловой. Однажды мы с ним в доктора играли. Я ему кричу из кухни: «Доктор, у меня живот болит». Он из другой комнаты орёт, что я симулирую. Я не сдаюсь, говорю: «Доктор Пилюлькин, вас вызывают к больному». Он приходит в кухню, смотрит на меня как на врага: «Кать, ни-че-го у те-бя не бо-лит». У нас, оказывается, психотерапевт растёт.

Анна Пестерева
«Звездный бульвар»

Поделиться.

Комментарии закрыты