Евгений Стеблов: Меня утвердили вместо актёра, которого уже побрили наголо

0

У Евгения Стеблова в нынешнем году юбилей: 50 лет. Но не ему, а картине, в которой актёру удалось впервые заявить о себе, — «Я шагаю по Москве».

Мало что понял, но сниматься хотелось

— Евгений Юрьевич, как вы считаете, мог бы этот фильм родиться в нынешнее время?

— Не мог бы. Это Божье провидение — то, что в одной картине встретились Георгий Данелия, Гена Шпаликов, Андрей Петров, Никита Михалков, я, Галя Польских, покойный Лёша Локтев и Вадим Юсов, наш оператор. Это всё — Божий промысел. «Я шагаю по Москве» — один из первых импрессионистических фильмов, фильм-настроение, потому он и стал классикой. Там нет особо навороченного сюжета, но в нём сильны атмосфера, настроение…

— Как вы попали в эту картину?

— Этот эпизод описан в замечательной книжке Георгия Данелии. Мы с моим однокурсником Витей Зазориным — ныне он народный артист — вышли из института, и у нас была альтернатива: либо пойти в кафе-мороженое, либо на «Мосфильм». Был в ходу такой приём: а вдруг заметят и в кино пригласят. В итоге оказались на «Мосфильме». На проходной случайно столкнулись со студентом вечернего факультета, который сообщил, что на четвёртом этаже в производственном корпусе снимается фильм «Я шагаю по Москве» и требуются молодые герои. Мы зашли, нам дали почитать сценарий. Я поначалу мало что понял, но сниматься очень хотелось. Потом нас показали Данелии, он распорядился сделать фотопробы — причём не мои, а Витины. Но благодаря ассистенту по актёрам, второму режиссёру Лике Авербах (она, кстати, открыла и Галю Польских), фотопробы сделали и мне. И это оказалось моим звёздным шансом! Когда Данелия увидел результат фотопроб, решил сделать кинопробы, несмотря на то, что артист на роль Саши был уже утверждён и даже побрит наголо! В итоге утвердили меня, а тому актёру отказали. Данелия рассказал мне об этом на 30-летии картины. Но имя актёра, который в фильм не попал, он так и не назвал.

Дружба с Михалковым — это судьба

— Вы давно дружите с Никитой Михалковым. Познакомились с ним на съёмках фильма или раньше?

— Это даже не дружба — это судьба. Я познакомился с ним в старших классах школы, когда уже поступил в юношескую студию при Театре Станиславского. Он тоже был студийцем. Так что на съёмках фильма «Я шагаю по Москве» мы встретились как приятели. Подружились на картине «Перекличка». Много позднее, в середине 90-х годов, меня пригласили в город Рыбинск на выступление. У нас в семье название этого города упоминалось всегда: мой прадед по отцу Павел Стеблов был директором гимназии в Рыбинске, помимо этого — главой городской думы. А председателем дворянского собрания в Рыбинске был двоюродный дед Никиты — Сергей Владимирович Михалков, тёзка его отца. Они, естественно, общались. То есть, представьте, ещё наши предки были знакомы! Мы с Никитой — люди одного течения: и по времени, и по взглядам на искусство…

Находка для «Рабы любви»

— У вас была необычная роль — актёра Канина в фильме «Раба любви» Михалкова. Расскажите, как вы работали над этим образом.

— Я вообще очень импровизационный человек, и мысль, как сыграть Канина, тоже родилась неожиданно. Никита Михалков видел прототипом этого персонажа одного актёра отечественного немого кино. Я посмотрел фильмы с его участием и решил: раз роль небольшая, то необходим какой-то неожиданный эффект! И наделил Канина тонким голосом. Придумал, что он, простудившись, потерял голос и пришёл работать в немое кино.

— Где вы «подслушали» этот голос?

— Когда мы с Никитой снимались в фильме «Перекличка» — он был на 2-м курсе, я на 3-м, — директором картины был уникальный человек Николай Миронович Везберг, бывший владелец фирмы «Тульские самовары». Все свои деньги он отдал Дзержинскому, когда советская власть укоренилась в России. И Дзержинский спросил его: «Зачем вы отдали мне все деньги, а не мотанули с ними, например, за границу?» На что тот ответил голосом, как у моего героя Канина: «Вы поляк, вы этого не поймёте!» Дзержинский был поляком-католиком, а Николай Миронович — православным евреем. Для него Россия была всем. Внешне он был похож на генерала де Голля, всегда ходил во французских костюмах…

— Есть ли у вас табу в профессии?

— Конечно. Есть нравственные ограничения. Я православный, верующий человек. Поэтому избегаю играть характеры с бесовщиной.

Сын Сергей выбрал свой путь

— Евгений Юрьевич, у вас есть взрослый сын Сергей. Коснулась ли вас проблема отцов и детей?

— Я счастливый отец, да и вообще счастливый человек. Бог послал мне любовь — я был счастлив 38 лет в браке с женой Танюшей, пока не овдовел. Сейчас я во втором браке, и, к счастью, у нас всё тоже благополучно. С сыном Серёжей у нас никогда не было непреодолимых конфликтов: и когда он был ребёнком, подростком, и впоследствии, когда стал самостоятельным человеком.

— Сын не хотел пойти по отцовским стопам в актёрство?

— Хотел и пошёл. Серёжа окончил актёрский факультет, потом уже стал режиссурой заниматься, работать на телевидении — в компании Никиты Михалкова. Сначала штатив носил, а потом стал вторым человеком в этом подразделении. Был и телевизионным режиссёром, и продюсером. Окончил годичные Высшие курсы режиссёров у Владимира Хотиненко. Ещё студентом снялся в главной роли в фильме «Глаза» — и сразу обрёл популярность, особенно у женщин постарше. Маму его играла Света Крючкова. А потом он снялся в американской версии «Преступления и наказания»… Написал Серёжа и пьесу, я её поставил, а играли в ней мы с ним вдвоём. Это было в начале 90-х. Потом он стал искать деньги на съёмку картины как режиссёр-постановщик. Четыре фильма отработал вторым режиссёром. Снял 19 серий телевизионного проекта «Кулагин и партнёры», потом полнометражный фильм — и ушёл. Сначала из профессии, а потом уже из жизни мирской — в монастырь…

— Почему он принял такое решение?

— Мне сложно сказать, это его личное решение. Пока была жива его мама, моя супруга, он не решался уйти. После смерти Тани мы с Серёжей как паломники ездили по христианским местам в Израиль, на меня это произвело очень сильное впечатление. И на сына тоже. Возможно, тогда он и принял окончательное решение. Серёжа был женат, развёлся… Он выбрал суровый монастырь, находящийся под надзором Патриарха… Но это его путь, его решение. Для меня главное — чтобы мой сын был счастлив. Мне приятно, что я имею возможность сотрудничать с этим монастырём.

— Каким образом?

— Мы провели серьёзную акцию в Петербурге. Если говорить мирским языком, это была масштабная музыкально-литературная композиция с видеорядом, хором, ансамблем, солистами Мариинской оперы… Я был одним из ведущих.

Катя Максимович
«Сорока»

Поделиться.

Комментарии закрыты