Гарик Харламов: «Простить измену выше моих сил!»

0

Не будь этого милого очкарика в российском «Комеди Клабе», его смело можно было закрывать, потому как без Харламова ни одна даже самая острая шутка никогда не станет хитом. Вот уже несколько лет Гарика пытаются переманить в другие проекты, но вроде безуспешно. Самый высокооплачиваемый комедиклабовец, даже получая большие гонорары, не стыдится признаваться, что ест все подряд, не заботится о своем здоровье и внешнем виде. А в быту Игореша, как зовут его в реальной жизни, просто розовая мечта всех девушек. Он сам дома выносит мусор, ходит в магазин и может управляться на кухне. А своей любимой дает полную свободу действий, но нежно предупреждает: изменишь — убью.

«Нет такой шутки, которая нравится всем»

— Гарик, украинский «Комеди» переживает сейчас не самые лучшие времена. Многие говорят, что времена юмора ниже пояса сменяются более интеллектуальными шоу.

— Обычно такие выводы делают люди, которые ничего не смыслят в этом. Моралистов нынче развелось много, все их мнения не переварить. Одно непонятно: если в нашей прекрасной стране настолько культурные люди, кто же тогда до сих пор гадит в наших подъездах? Наверное, с этой миссией к нам приезжают из Америки или Европы.

Если серьезно воспринимать всю критику, то «Комеди Клаб» закрылся бы уже через неделю. Мы пришли к выводу: больше критики — больше стимула для дальнейшей работы. Прислушиваться надо к обоснованным аргументам, даже если они негативные. На эмоциональном уровне мы их даже не рассматриваем. Эмоций много и разных. Всем не угодишь. Юмор — неоднозначная вещь, поэтому до сих пор не появилась шутка, которая бы нравилась всем.

— Тебя периодически пытаются увести из проекта, переманивая лестными предложениями. Не кажется ли тебе, что ты дорос до других проектов?

— Если и так, то в данный момент ничего не собираюсь менять. Все это глупости, и сам я не даю почвы для сплетен.

— Говорят, Харламов и Мартиросян — мафия проекта, которая зарабатывает на десятки тысяч больше других резидентов. Это правда?

— Честно скажу, у нас такие взаимоотношения, что я понятия не имею, кто сколько зарабатывает. Все индивидуально. Я знаю только, сколько зарабатываю сам. И не люблю заглядывать в чужой кошелек.

— Свою карьеру ты начинал кассиром в «Mакдональдсе». Не испытываешь отвращения к этому заведению?

— Слава богу, я работал там, когда жил с отцом в Америке. Не могу сказать, что это было такое уж удовольствие. Конечно, все понимают, что эта еда не слишком полезна. В Москве, например, в первом «Mакдональдсе» на Пушкинской очередь достигала великой стены. Для многих это было в диковинку. Но самое ужасное, что сейчас люди стали более грамотными, но ходят туда до сих пор. И говорить, как это вредно, бесполезно. Именно поэтому я был в свое время хулиганом. У меня было слишком много запретов, а этот плод всегда сладок. Если нельзя, сделаю все равно. Причем на меня тоже иногда что-то находит, я срываюсь, как голодный пес с цепи, и целенаправленно бегу покупать какой-нибудь бигмак. На гастролях этот «деликатес» нас частенько выручает.

«Моя сексуальная жизнь началась в лагере»

— Гарик, ты как-то сам неосторожно признался, что познал женщин еще подростком. При строгих родителях у тебя была столь бурная юность?

— Я никогда ничего специально для этого не делал. Просто так случилось, такой переходный период был, 14 лет, пионерский лагерь и все… Моя сексуальная жизнь не отличалась от жизни обычного молодого парня. Не могу похвастаться, что я слишком уж активен, но при этом неподъемным меня назвать нельзя. Я что-то между…

— У тебя был длительный роман с актрисой из мюзикла «Нотр-Дам де Пари» Светланой Светиковой. Откуда такая страсть к девушкам-певицам?

— Со Светой мы прожили два с половиной года, но так получилось, что расстались. А сейчас я уже пять лет живу с девушкой Юлей, которая не певица и не актриса. И все нормально. Люблю ее очень. Я в этом плане слишком верный и консервативный.

— В семейных отношениях кто-то один обязательно уступает другому. В вашей паре равноправие?

— Мы занимаем позицию, которая предначертана природой: я — добываю, а она обустраивает и вьет гнездо. А в быту я мягкий и пушистый: мусор выношу, посуду мою, счетчик проверяю… Так что ко мне не придерешься. Но бываю и злым. (Смеется.)
Я очень ревнивый. Но вообще, когда человека любишь, всегда ревнуешь. Любовь всегда с ревностью. Нет человека, который совсем не ревнует. Я такой добрый тиран. У нас достаточно свободные отношения с Юлей. Не говорю ей: сиди дома круглосуточно и никуда не выходи. Она спокойно может пойти в клуб или на дискотеку со своей девичьей компанией, предварительно поставив меня в известность. Мне в этом смысле сложно что-то скрыть, потому что я всегда на виду. Если я куда-то пойду, Юле обязательно донесут. Но ей тоже сложно, потому что все наши знакомые знают, что она — моя девушка, поэтому в случае чего меня тоже поставят в известность. У нас доверительные, искренние отношения. Легче ведь открыто сказать: давай простимся, потому что у меня есть другая или другой, чем лгать и изворачиваться.

— Если у вас такая идиллия, почему до сих пор не поставили печать в паспорте?

— Я и сам об этом постоянно думаю. Но я против пышных праздников. Даже день рождения отмечаю в узком кругу.

— А в случае чего сможешь простить измену?

— Это выше моих сил. Есть такое мужское правило, которое звучит примерно так: если ее… значит — тебя.

Из досье

– На самом деле три первых месяца жизни Гарика Харламова звали Андреем. Потом умер дедушка, и мальчика переназвали в его честь Игорем.

– После школы хотел пойти учиться в театральный, но мама была против, потому поступил в Университет управления и там увлекся КВНом.

– После возвращения из Америки, где три года жил с отцом, Гарик с двоюродным братом Ваней решили применить американский опыт в России: ходили по вагонам метро и пели песни под гитару, рассказывали на Арбате анекдоты.

– Когда познакомился со Светланой Светиковой, ей пророчили большое будущее как певице. А Гарик был в то время никому не известным студентом. Разрыв с Гариком спровоцировали Светины родители.

– По данным журнала «Русский Newsweek», за съемку в рекламе йогурта Харламов получил 150 тысяч долларов.

Ирина Миличенко,
«Новая»

Поделиться.

Комментарии закрыты