Гару: «За любимую женщину можно и наломать дров»

0

Его голос невозможно спутать ни с чьим. Билеты на его концерты по всему миру раскупаются с ошеломляющей быстротой, и мало кто останется равнодушным, если хоть раз услышит, как он поёт.

По прозвищу «оборотень»

Его настоящее имя Пьер Гаран, и родился он 26 июня 1972 года в канадском городке Шербруке в семье этнических армян. До сих пор артист вспоминает, как бабушка учила его говорить по-армянски. «Когда здороваешься со старшими, – говорила она, – ты должен быть вежлив». Кстати, именно бабушка научила Гару петь. По семейной легенде, как-то она взяла маленького Пьера на руки и тихо сказала: «Когда-нибудь этот голос заставит плакать не одно женское сердце!» И оказалась права.

В доме Гару постоянно звучала музыка в исполнении отца, мальчик тоже играл и пел, что позволило ему достаточно быстро развить слух и чувство ритма: «Моя первая гитара попала ко мне в руки в три года, а первым аккордам меня научил отец, – вспоминает артист. – Когда мне было пять лет, я начал брать уроки игры на пианино, но мне это не очень понравилось. Через год я оставил занятия, так как понял, что это не мой инструмент. Я снова стал играть на гитаре и даже превзошел своего отца».

Главной же мечтой детства Гару была археология — он грезил о грандиозных исторических находках и кладах. Со временем, однако, мальчик понял, что подлинной сокровищницей для него является музыкальное искусство. Долгое время он был образцовым учеником в семинарии Шербрука, частной школе, в которой, кстати, в составе группы The Windows and Doors играл на гитаре песни The Beatles и пел партии Маккартни. Что касается сценического псевдонима певца, то в переводе с французского «Гару» означает «монстр, оборотень». Так прозвали его друзья за пристрастие к ночному образу жизни.

После двух лет в университете, который музыкант оставил, Гару отслужил в армии и там, в духовом оркестре канадских вооруженных сил, играл на трубе. Именно в годы службы парень познакомился с Изабель Болдюк. Девушка играла на кларнете и обладала красивым сопрано. Она и Пьер стали лучшими друзьями, много времени проводили вместе, тайком уезжая из части на служебной машине, встречали вдвоем рассветы и строили планы на будущее. После армии Гару сменил много профессий, от грузчика до собирателя винограда.

Изабель тогда работала в одном шербрукском кафе и однажды известный квебекский певец Луи Алари, услышав, как она напевает, пригласил ее с друзьями выступить в пабе. Конечно, она привела с собой Гару и буквально вытолкнула его на сцену. Только одна песня – и после гробовой тишины зал взрывается аплодисментами, скандируя: «Гару! Гару!». Пьера пригласили петь в этом пабе по выходным. Он, наконец-то, серьезно задумывается о карьере артиста.

«Каждый вечер я становился изгоем»

Его голос обладает неповторимой окраской, даже исполняя песни других музыкантов, он привносит в них нечто свое. Несмотря на разношерстность вкусов местной публики, Гару становится популярным в определенных кругах. Он продолжает сочинять песни, но не исполняет их, приглашает с собой на сцену друзей и коллег, часто выступает вместе с Изабель. А потом с девушкой случается несчастье. 29 июня 1996 года она выходит из бара примерно в 2 часа ночи, отпраздновав окончание учебного года. Изабель решила пойти домой пешком. По дороге на нее нападают трое подонков, они насилуют ее и убивают. Полиция нашла тело только через несколько дней, прочесав все леса в округе. До сих пор Гару глубоко переживает смерть Изабель, и на концертах в память о ней исполняет трогательную Demande au soleil («Спроси у солнца»).

«Я долгое время не мог прийти в себя после этой ужасной трагедии и даже подумывал жестоко отомстить, но месть могла бы плохо для меня закончиться», – говорит певец. Он продолжил выступать в клубах Квебека, где его однажды и услышал поэт Люк Пламодон, один из авторов мюзикла Notre Dame De Paris. Продюсеры никак не могли найти актера на роль Квазимодо. «Когда я шел на прослушивание, я не знал, что пробуюсь на роль горбуна, – говорит Гару. – За пианино Ришар Кочианте начал играть первый куплет Belle, позже я продолжил. Он остановился и посмотрел на Люка Пламондона. Им понравился мой Квазимодо. Они попросили меня спеть Dieu que le monde est injuste. Я прочувствовал ее так, как никогда не чувствовал ни одну песню. На следующее утро они мне сказали “Ты – Квазимодо”».

Гару сыграл эту роль на премьере в Парижском дворце конгрессов. «Потом каждый вечер я становился Горбуном, нелюбимым, изгоем, – вспоминал певец. – А когда уходил из театра, то чувствовал огромную любовь публики». Как ни странно, ему совсем не осточертела Belle, и всякий раз он поет её с новыми эмоциями: «Но дело в том, что это – трио, и мне не с руки петь еще за двоих. Я пел ее в разных странах на разных языках, много экспериментировал, в Россию привозил необычную версию. Знаете, до спектакля Notre Dame De Paris я исполнял легкую музыку, оптимистичную, на моем лице всегда была улыбка, и, переключившись на роль Квазимодо, мне пришлось погрузиться в мир иных страстей. Представляете, в течение трех лет каждый вечер я плакал и на сцене, и в гримерке, испытывая просто физические мучения». Однажды Гару спросили, как ему нравится русский перевод Belle. Ведь строчка: «Я душу дьяволу отдам за ночь с тобой» в устах Квазимодо многим показалась святотатством. «На самом деле за любимую женщину можно и наломать дров», – ответил артист.

«А однажды мне позвонил Стинг!»

В 1999 году в жизни Гару появляется Рене Анжелиль – муж, менеджер и продюсер певицы Селин Дион. Под его руководством Гару записывает свой первый альбом Seul («Одиночка»), с ним работают лучшие музыканты: Брайан Адамс, Ришар Коччианте, Дидье Барбеливиен, Альдо Нова и Люк Пламондон. Альбом расходится тиражом более 2 миллионов экземпляров. В 2001 году Гару дал более восьмидесяти концертов, а его альбом Seul… avec vous («Наедине с вами») стал платиновым во Франции и золотым в Квебеке. Артист становится настоящей звездой франкофонного мира, его концерты и гастроли расписаны далеко вперед. Далее появляются альбомы Reviens («Вернись») в 2003 году, в 2006 – Garou, и наконец, в 2008 англоязычный альбом Piece Of My Soul («Частица моей души»). Последним диском стал Rhythm and Blues, который вышел в прошлом году. Каждый альбом по-своему уникален: по жанру, стилю, содержанию, раскрывает Гару для слушателя с новой, неизведанной стороны. Единственное, что неизменно – потрясающее исполнение, «красивая французская музыка, исполненная красивым французом».

Гару остается хорошим другом Селин Дион. «Ее шоу в Лас-Вегасе фантастическое, я смотрел его бесчисленное количество раз, – говорит артист. – Бывало, мы приходили с месье Анжелилем, мужем и продюсером Селин, с желанием посмотреть три-четыре песни, а потом погрузиться в мир казино, но всякий раз оставались до финала, как завороженные, хотя я большой любитель покера. Голос Селин – просто скрипка Страдивари. На сцене – она не человек, а богиня. А в жизни же абсолютно искренняя, человечная, настоящая. Я мог не раз убедиться, что самые великие звезды в жизни, в общении – самые простые. Мне довелось петь дуэт из “Нотр-Дама” с Миком Джаггером. А однажды мне позвонил Стинг!

Да-да, сам Стинг. А это мой любимый певец! Представляете, беру трубку и слышу: “Мистер Гару, это мистер Стинг!” Было очень странно еще и потому, что он позвонил в мой загородный дом в деревне (кругом только лес, озеро!), по телефону, который никто не знает. И сказал: “Может быть, нам спеть вместе!” Мы записали дуэт и, слушая его, мечтаю спеть с ним еще разок».

«Отцовство изменило мой характер»

Но ошибется тот, кто решит, что путь Гару усеян только розами. Одной из неудач можно считать визит артиста в Россию в 2004 году. Тогда устроители решили «развести» публику, пообещав в афише «заключительный показ легендарного мюзикла Notre Dame De Paris, а на самом деле никакого спектакля в Ледовый дворец не привезли, и за всех отдувался Гару, давший, по сути, сольный концерт. Народ в России тогда артиста знал неважно, ждал мюзикла, и, почуяв неладное, толпами уходил с концерта, ругая всех и вся.

Но теперь та некрасивая история забылась, песни и клипы Гару стали крутить по ТВ и радио, его низкий, сексуально пропитанный тембр тронул сердца меломанов. И теперь концерты парня из Квебека идут везде на ура, у него множество поклонниц. Ведь «горбун из Нотр-Дама» в реальности под 190, стройный, спортивный, улыбчивый, и в то же время не пафосный. Особую пикантность Гару придает его форма ушей, что заставляет наших фанаток дарить любимцу не только шикарные букеты роз, но и забавные игрушки Чебурашки (это его веселит, и Гару порой поет по-русски несколько фраз из мультяшной песенки).

Как и о других известных людях, об артисте ходит много сплетен, и его это совсем не радует: «Печально, что людей больше интересуют подробности личной жизни артистов, а не их творчество. Личная жизнь звезд — для них самих сложный вопрос, потому что им приходится много времени проводить вне дома. Что касается меня, в одном из французских журналов как-то появилась большая фотография, на которой я был изображен с Изабель Аджани, а в статье говорилось, что у нас большая любовь и мы собираемся пожениться. В действительности же мы с ней никогда не встречались!»

Гару всегда старается сохранять землю под ногами: «Мне хочется думать, что люди аплодируют не тому, что я из себя представляю, а тому, что я делаю. Эти аплодисменты вдохновляют меня отдавать зрителям еще больше своего творчества и своей души». Однажды его спросили, какими цветами он бы описал свою музыку, ведь есть люди, которые ее не могут слышать. «Как-то я ездил в Африку на сафари и попал там в приют, где были дети, чьи родители умерли от СПИДа, – ответил Гару. – Я снимал их на камеру и видел в маленьком экране темнокожих деток в ярких одеждах. Эта картина мне показалась очень жизненной. В повседневности мы не всегда замечаем такие краски».

Гару любит жить полной жизнью и не понимает людей, которым ничего не интересно. А вдохновляют его женщины, хотя он совсем не ищет идеал, считая, что такового не существует. «Однако бывает идеальная связь между женщиной и мужчиной, – утверждает певец. – Но такие отношения нужно суметь построить самим».

В 2000 году Гару познакомился с бывшей фотомоделью Ульрикой, и вскоре на свет появилась очаровательная малышка Эмили. Однако, несмотря на рождение дочери, артист не захотел связать себя узами брака. Хотя и старается быть хорошим отцом для Эмили: «Её появление на свет, конечно же, очень сильно изменило мой характер. За два месяца до рождения моей дочки я попал серьезную автокатастрофу. Когда я съехал с дороги, то подумал, что могу умереть. Но тут же у меня возникла мысль о том, что скоро мне предстоит быть отцом и у меня появится ответственность перед моей дочерью. Эта ответственность сильно поменяла меня».

Он продолжает выступать с сольными концертами, а еще признается, что как-то поймал себя на желании вернуться в мир мюзикла, может быть, в роли не только артиста, но и продюсера: «Не исключено, что мы, семь солистов Notre Dame De Paris, вновь соединимся в каком-нибудь шоу. Еще я пару лет назад впервые сыграл в кино, в фильме “Любовь: билет туда и обратно”. Раньше отказывался сниматься, но это оказалось так здорово. Так что, все может случиться».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Фонтанка», Devushkino.ru, «Гастроном», «Волжская коммуна»

Поделиться.

Комментарии закрыты