Топ-100

Гия Канчели: «Люди всегда будут делиться на пацаков и чатлан»

0

В музыкальных кругах Запада его знают как серьёзного композитора, автора семи симфоний и множества иных сочинений. На Востоке его визитная карточка — музыка к фильмам Георгия Данелии.

– Многие деятели культуры сегодня ностальгируют по советским временам. Теперь, когда все вынуждены сами собой торговать, о свободе творчества речи не идёт.

– Мне повезло, я всегда имел постоянную работу в кино — в общей сложности написал музыку более чем к 50 фильмам. Это всегда кормило и давало возможность быть абсолютно независимым в творчестве — мог писать одну симфонию хоть два-три года. Причём, чем хуже был сценарий кино и слабее режиссёр, тем с большим удовольствием я соглашался на работу с его картиной.

– Это почему?

– Потому что на музыку к плохому кино уходило от силы три-четыре недели, а с хорошим режиссёром всё могло затянуться на полгода, а то и год. Они просто измучивали меня. Потому что сами мучились. Зато итог был совсем другой. А плохой фильм никакой хорошей музыкой уже не поднимешь.

– Вас послушать, так переход в капиталисты на шестом десятке лет дался вам проще простого! И языки иностранные сами собой выучились.

– Видимо, у меня счастливая судьба. С языками насколько плохо у меня, настолько хорошо у моей супруги — она свободно владеет английским, знает немецкий, понимает фламандский. Никакого перехода из строя в строй я действительно не почувствовал. 56 лет я прожил в Тбилиси, где, несмотря на отдельные сложности, моя музыка была всегда востребована. Когда развалился Союз и в 1991 году к власти пришёл Звиад Гамсахурдия, меня это очень огорчило, но тут же появилась возможность получить стипендию Немецкой академии искусств в Берлине — и мы уехали туда с супругой и сыном.

В Германии я подзаработал, написал первые серьёзные сочинения, и заказы из разных стран пошли один за другим, что дало возможность продолжить жизнь на Западе, пока в Грузии сложные времена. Поскольку эта возможность у меня до сих пор есть, я по-прежнему живу там.

– Неужели душа не рвётся на родной Восток?

– Для меня место жительства не имеет никакого значения. Я и при советской власти уезжал на месяцы в Дома творчества, где лучше всего работалось.

– Ваш коллега и друг Раймонд Паулс долгое время заседал в Сейме Латвии, за что его тут многие ругали. Эстонский маэстро Арво Пярт посвятил целую симфонию в поддержку Ходорковского. По-вашему, художникам стоит заниматься политикой?

– Тут по-разному бывает. Я никогда этого не делал и не собираюсь. С другой стороны, оставаться полностью нейтральным ко всему — невозможно. Если душа болит за что-то, то это непременно отразится в твоём творчестве.

– На что последнее время ваша душа сильнее всего реагирует?

– Она всегда отрицательно реагирует на фанатизм. Особенно на националистический и религиозный. Когда фундаментализм обретает лицо террористов-смертников, разум теряет всякий смысл. Столь же критично я отношусь и к чрезмерному возвеличиванию православия. И вообще на мой взгляд, маниакальная любовь к своей родине — это тоже необычайно отрицательное явление.

– Когда же люди перестанут делиться на пацаков и чатлан?

– Думаю, никогда. Одна утопия равенства была создана Марксом и Энгельсом — помните, чем всё закончилось? На мой взгляд, единственный ответ тут — знаменитая фраза Черчилля: демократия — это не самое лучшее, что придумало человечество, но лучшего ещё никто не придумал. Если кто-нибудь создаст более совершенное устройство мира, то, может, противостояние начнёт убывать. А пока одни ходят в фиолетовых штанах, другие — в оранжевых, одним — всё, другим — колокольчик в нос.

– Уже несколько лет подряд Георгий Данелия обещает продолжение «Кин-дза-дзиады» — в виде мультика. Когда же?

– Я говорил с Георгием Николаевичем — он обещал, что премьера состоится в феврале 2013 года. Два месяца назад я закончил запись музыки для анимационной версии, так что ждать осталось недолго. Хотя в целом процесс длится уже седьмой год.

– Сейчас стало модно снимать ремейки. Как вам такая тенденция?

– Я к ремейкам не очень положительно отношусь. Но в данном случае он оправдан, ведь произошла смена жанра. Данелия громогласно заявил, что больше не сможет снять ни одного художественного фильма, и пришёл к мультипликации. Думаю, что этот анимационный фильм будет иметь не меньший успех, чем художественный фильм.

– Вы свою музыку там сильно меняли?

– Не очень. Все основные темы перешли в анимационную версию, просто были перезаписаны по новым технологиям. Плюс добавились абсолютно новые темы, потому что всё же это другой жанр и герои выглядят по-другому.

– Вы давно знакомы с Раймондом Паулсом?

– Больше чем полвека. Помню, как он молодым пианистом приезжал в Тбилиси и играл так необычно для того времени, что я не пропускал ни одного его концерта. С тех времён у нас тёплые взаимоотношения.

– У вас с Паулсом есть нечто общее в судьбе – мегапопулярные песни, которые пел весь Союз и к которым он и вы относитесь прохладно. У Паулса это «Миллион алых роз», у вас – «Чито-Гврито» (в переводе с грузинского – «птичка-жемчужинка»).

– Кажется, вы первый человек, который правильно произнёс её название. Обычно мне говорят «чита-дрита» или «чита-грита».

– Вы предвидели, что она станет хитом?

– Боже упаси! Думаю, и Раймонд не знал, что «Миллион» запоют миллионы.

– Вы назвали эту песню «венерической», сравнив по заразности с соответствующей болезнью, – неужели так не любите?

– Понимаете, во всём бывшем Советском Союзе разговор со мной или обо мне начинается с этой песни, и лишь потом иногда пишут о чём-то другом. А вот на Западе, где я уже 20 с лишним лет живу, ни одна живая душа не знает про «Мимино». В музыкальных кругах меня знают по моей симфонической музыке. Но как только я возвращаюсь в бывшие республики СССР – сразу становлюсь «чито-гврито».

Кристина Худенко,
«Суббота»

Share.

Comments are closed.