Топ-100

Гоша Куценко: Мое единственное спасение – сон

0

Главный антикиллер СНГ приехал в Киев, чтобы лично представить свою новую картину-сказку «Книга мастеров». Гоша поведал о том, как он борется с кризисом среднего возраста и о том, что забыл в политике.

Хотел побыть Ильей Муромцем


— Гоша, фильм «Книга мастеров», в котором вы сыграли Кащея Бессмертного, только вышел в прокат (в украинских кинотеатрах — с 29 октября), как уже поползли слухи, что его продолжение будет всецело посвящено вашему персонажу?

— Я вообще первоначально хотел Бабу Ягу сыграть. Но, увы, роль досталась Лие Ахеджаковой. Впрочем, мне грех жаловаться, мой чахлик невмирущий тот еще дядька — такой себе тысячелетний, в меру упитанный, ревнивый. Нечисть! А еще он рокер и гот. Жаль, мне так и не дали в руки гитару, иначе я бы что-нибудь на ней сбацал. На самом деле я получил массу удовольствия от своей роли. Так что если студия Дисней надумает снимать продолжение со мной в главной роли, я готов блеснуть! Полетал бы там на Горынычах, повоевал бы с кем-то…

— «Любвь-морковь 1 и 2», «Книга мастеров» — что-то вас в последнее время на семейную аудиторию перемкнуло…

— Ничего подобного! Как раз в ноябре выходит «Антикиллер 3». Кровавая резня, о которой мои друзья сказали: «А что, современное кинцо получилось». Я вообще люблю кино — это же прекрасный способ выпустить пар. Пострелять всяких там негодяев, братков. Кстати, о братках: их же уже почти не осталось. Кончили всех.

— А что происходит с вашим многострадальным проектом «Лабиринт отражений» — экранизацией романа Сергея Лукьяненко?

— Проект заморожен. У нас отобрали права на книгу… Так что если съемки и будут, то, скорее всего, уже без меня. А жаль… Я сейчас пытаюсь пробить свой другой «долгоиграющий» проект — «Троя». Такая себе сказка о трех былинных русских богатырях. Я бы там Ильей Муромцем был! В шлеме и с мечом.

— Но ведь вы же собирались оставить кино и сконцентрироваться на музыкальной карьере!

— Год назад — в разгар кризиса — у меня такая мысль мелькала… я тогда как раз без работы сидел. Вот и подумалось: хорошо, проживу и так — у меня есть музыка, театр. Нормально. Я тогда славно отдохнул. Но без кино я все же не могу. Я люблю это дело. Более того, кино — это мой наркотик. Без него у меня ломка начинается. Я серьезно! Но сейчас у меня график более чем полный — есть чем заняться.

— Как же вы отдыхаете?

— А я не отдыхаю! Я спасаюсь! Сон — мое единственное спасение и мое самое большое наслаждение. Когда я высыпаюсь, я чувствую себя Человеком!

В политике живу иллюзиями

— Для чего вы пошли в политику и вступили в ряды партии «Единая Россия»?

— Я вот уже четко понял — не надо смешивать! Я попал в этот партийный клуб для того, чтобы узнать правду о стране, о том, что в ней происходит… А потом мне стало ясно, что людям с таким складом психики, как у меня, политика просто противопоказана! Я ведь умру, когда узнаю эту правду — пусть даже 15 процентов этой самой правды. Не смогу перенести… Но и покидать ее я все равно не намерен. В этом смысли я — иллюзионист: живу в мире собственных иллюзий. И знаете, мне в этом мире хорошо. Потому расставаться с этими иллюзиями я не хочу. Мне кажется, что для меня это было бы очень болезненно. В этом смысле я абсолютно сказочный персонаж. Как и мой Кащей.

— Вы родились в Запорожье. Когда в последний раз там бывали?

— Увы, сейчас меня с этим городом больше ничего не связывает. Разве что памятники моим бабушке с дедушкой. Вот Днепропетровск — другое дело. У меня там до сих пор родственники живут. Стараюсь навещать. Как раз не так давно был там со спектаклем. А что касается Запорожья… даст Бог — приеду туда, прогуляюсь по плотине ДнепроГЭС. Молодость вспомню.

Мои моральные ценности трещат по швам

— Кстати, о молодости. В следующем году вам стукнет 43 года. В это время у многих мужчин зачастую наступает кризис среднего возраста. Вы как-то ощущаете его бремя?

— Многие налысо бреются. У меня этот этап уже пройденный. А вообще… тяжелый вы вопрос задали. Об этом кризисе буквально кричит мой организм. Я его даже в общей атмосфере чувствую. Будь он неладен. Мои моральные ценности все трещат по швам.

Более того, совсем недавно я вдруг понял, что у меня выросла дочь. А я даже не заметил этого! Не почувствовал. После этого я понял, что еще многого не вкусил от этой жизни, от семейных ценностей (в сентябре актер вновь возобновил отношения со своей гражданской женой, с которой они до расставания на несколько месяцев в этом году встречались более пяти лет. — Прим. авт.). Единственный вариант избежать этого гнета — не думать о себе. Тогда становится как-то полегче. А вот когда начинаешь все анализировать — тогда становится тяжко. Впрочем, как мне кажется, через это любой мужик проходит. У кого-то это проходит болезненно, у кого-то менее. Но кризис среднего возраста бывает у всех! Даже у олигархов, находящихся на вершине денежной горы.

— Гош, а откуда взялась вся эта история, что вы якобы являетесь сыном Михаила Козакова? Это ведь байка чистой воды.

— Ха?! Моя работа! Моя утка-придумка. Сделал ее по приколу — мы ведь с Михаилом Михайловичем внешне очень похожи. Ну, я и стебанулся немного. А все эту историю за чистую монету приняли (смеется). Должен признаться, шутка оказалась выгодной — я в свое время с нее немало дивидендов собрал. Как же — сын самого Козакова! Подумать только! И закрытые двери сами по себе открывались. Кстати, сам Михаил Михайлович по достоинству оценил шутку и от меня, образно говоря, не отказался. Я трижды играл с ним в кино — дважды в роли его сына. Правда, сын из меня оказался никудышный — я ведь так и не поздравил его с 75-летием. За что мне положительно стыдно. Я ведь его очень люблю — он великий актер и человек.

— Как вы поддерживаете физическую форму?

— Как вам сказать… В общем и целом, я и спортзалы — два совершенно несовместимых понятия. Ну не могу я в этих душегубках таскать «железо». Мне нравится быть на воздухе. А помещения не очень люблю — все эти кондиционеры, пыль… Нет, для роли я могу даже на турнике повисеть, если понадобится. А так… только на воздухе. Например, возле океана — там можно и побегать. Хотя, скажем, секс в квартире для меня куда предпочтительнее, чем на той же природе. Вот такой вот парадокс.

Алекс Панченко,
«Сегодня»

Share.

Comments are closed.