Игорь Скляр: «Я не безоблачный счастливчик»

0

Его визитной карточкой остаются песня «Комарово» и роль наивного и обаятельного Кости Иванова из фильма «Мы из джаза». Об Игоре Скляре иногда говорят как о тяжелом, капризном и даже невыносимом человеке. Сам он считает себя просто очень исполнительным.

«Слава далась мне кровью»

Скляр родился 18 декабря 1957 года в Курске в семье инженеров, в детстве он несколько лет учился в музыкальной школе и до сих пор жалеет, что ее бросил: «У меня был абсолютный слух. Я играл на скрипке, но из-за одного недоразумения лирического свойства все оставил. Опозорился перед девочкой, в которую был влюблен. Стал прогуливать занятия, чтобы не встречаться с ней. Когда родители разобрались в ситуации, было уже поздно. В одиннадцать меня снова отдали в музыкальную школу, на фортепиано. Но и тут не сложилось — любовь, гитара, футбол, драки, разборки. Какая там музыкальная школа?! У меня, как говорится, два класса образования — два на скрипке, два — на фортепиано».

В обычной школе он был солистом в вокально-инструментальном ансамбле, на смотрах патриотической песни дети получали премии. Однажды на каникулах Игорь и его друг Женя оказались в Москве. Им так понравилось метро, что они катались там до ночи: «И вот вагоны стали пустеть, – вспоминает Скляр. – Напротив нас сидела пожилая женщина и хмуро нас разглядывала. Мы с Женькой занервничали, до метро мы выпили сухого вина: “Делаем ноги!” Не доезжая до своей остановки, мы рванули в открывшуюся дверь и помчались к эскалатору. Вдруг меня кто-то хватает сзади за шиворот и хорошо поставленным милицейским голосом командует: “Стоять!”»

Парни стали умолять их отпустить. А женщина вдруг протянула Игорю бумажку и сказала: «Вот тебе повестка. Читать умеешь?». Тот от страха чуть не умер, буквы на бланке сливались: «Уважаемые товарищи родители! Просьба привести вашего ребенка для проб в фильм “Юнга Северного флота”«. Скляр по инерции продолжал ныть: «Тетенька, какие дети, у меня еще нет детей, отпустите!» Она с сожалением оглядела ребенка: «Мало того, что ты провинциал, так ты еще и тупой». И ушла.

На пробы Игорь все-таки явился. Женщина из метро сидела в углу и издали его подбадривала – она оказалась ассистентом режиссера. Скляра утвердили на роль, в этом фильме он впервые спел песню с экрана. А в родном Курске тут же стал знаменитостью: «У меня тут же появилась масса поклонниц, телефон трещал, не переставая: “Здравствуйте, меня зовут Таня, можно с вами дружить?” Мама тут же вырывала трубку и орала: “Прекрати сюда звонить, шалава!” Меня это тоже стало раздражать, я начал посылать поклонниц прямым текстом. А они начали мне мстить. Каждый вечер после уроков меня поджидала толпа парней, жаждущих расквитаться за подруг. Я выходил к ним и спрашивал: “Кто первый?” И мы шли драться на стадион в окружении очередников. Тем временем мои друзья подтягивались к стадиону, прихватив “оружие” – морские ремни с якорьками, которые наматывались на руку. Я дрался каждый день. Слава далась мне кровью».

Командировка рядового Скляра на «Мосфильм»

Родители были против того, чтобы Игорь шел в театральный. Мать до последнего момента надеялась, что сын провалит экзамены, вернется в родной Курск и поступит в Политехнический институт. Поначалу его и правда преследовали неудачи. Приехав в Москву на экзамены, Игорь не выучил до конца ни одного стихотворения, думал, что вовремя остановят. Не остановили и не приняли. «Не мой город», — решил Скляр и поехал штурмовать Ленинград. Город на Неве, а точнее, Ленинградский институт театра, музыки и кинематографии принял курского парня с распростертыми объятиями. Преподаватели благоволили талантливому студенту.

Там Игорь также познакомился со своей будущей женой, Натальей Акимовой. После окончания института они вместе поехали в Томск, где стали работать в ТЮЗе. «Для нашего курса было настоящей трагедией отправляться в Томск, – вспоминает Скляр. – Мы ведь были практически готовым, сложившимся театральным коллективом, который планировалось оставить в Питере. Но по личной просьбе первого секретаря Томского обкома КПСС Егора Лигачева, который очень хотел, чтобы у него был театр не хуже соседнего новосибирского “Красного факела”, нас “запродали” в Томск».

Зиму артисты пережили трудно. Болели без конца, зарплаты получали маленькие, питались в обкомовской столовой по талонам. Так что Игорь и Наталья были рады уехать. Скляра вызвали на «Мосфильм» сниматься в картине «Анна Павлова», и он приехал домой в Курск, чтобы выписаться из квартиры родителей. Артиста отправили в военкомат сняться с воинского учета. А там ему сказали: «Вам надо идти в армию». – «Но я не могу, я должен сниматься в кино!» Директор фильма обещал устроить отсрочку и прислать письмо из Генштаба. Словом, Игорь был спокоен. В военкомате к нему отнеслись с пониманием и предложили прийти на сборный пункт 12 апреля – просто отметиться. Но вместо этого его загнали со всеми в вагон прямо в парадном костюме. На вокзале мама успела сунуть Игорю в окно банку пельменей, и он уехал служить.

«Мою судьбу решило то, что мой отец играл в шахматы в городском саду и все время выигрывал у военкома, – говорит артист. – К счастью, через два месяца меня перевели служить в Москву, в кавалеристы». Как-то он отправился в увольнение и зашел на киностудию. Там к нему подошел Карен Шахназаров и предложил сыграть в картине «Мы из джаза». Артиста отпустили из полка на съемки, оформив это как командировку рядового Скляра на «Мосфильм»: «Так я стал сниматься в фильме, дослуживая в армии. Мой Костя пел песенку “Старый рояль”, которая после выхода фильма приклеилась ко мне на год. За мной стайками ходили девочки лет по пятнадцать и кричали вслед: “Смотри, “Старый рояль” пошел”!»

Кстати, вскоре может выйти и продолжение фильма «Мы из джаза», где будет рассказано о внуке Кости Иванова, отец которого в свое время эмигрировал в Штаты, там женился на американке и завел свой бизнес. Его сын, выросший за границей, уже ни слова не знает ни по-русски, ни по-украински. Но однажды мальчик вместе с отцом приезжает на пару дней в Киев погостить у родственников. И влюбляется в местный джазовый ансамбль. К ужасу своих родителей, запланировавших для него светлое будущее в своей фирме, молодой американец решает остаться в Киеве и играть джаз. «Я буду здесь тем же Костей Ивановым, только уже в качестве дедушки», – рассказывает Скляр.

«Живу довольно напряжённой жизнью»

До конца 90-х годов его звали сниматься исключительно в легкоформатные фильмы на роли, не перегруженные драматизмом. Так что Скляр даже на несколько лет ушел из кино. «Это не потому, что я такой загруженный и чересчур серьезный, просто с годами люди меняются. Мне уже трудно изображать молодого беззаботного парня. Да, я пою до сих пор “Комарово”, но это должно быть лишь одним из жанров. В этом смысле, я — полигамный мужчина-актер. Люблю разные жанры».

Кстати, «Комарово» он называет чистым баловством: «Мы записали с Игорем Николаевым несколько песен, а эту до сих пор просят спеть в каждом концерте. У меня есть роли и песни, по которым меня узнают большинство зрителей, но для меня они не так уж дороги. А есть работы, которые значительны для меня, глубоки и важны, но их мало кто знает: “Батальоны просят огня” Александра Боголюбова, “Романовы. Венценосная семья” и “В круге первом” Глеба Панфилова, “Год собаки” Семёна Арановича. Я очень ценю работу с профессионалами. Мне важно с режиссёрами работать, а не дружить или тусоваться. Я не безоблачный счастливчик, как это может показаться. Живу довольно напряжённой жизнью. Волнуюсь, когда у меня нет работы. И радуюсь, когда выпадает удачная роль».

Одной из таких он называет своего персонажа Кузьменко в фильме «Уходящая натура». Лента рассказывает о конце семидесятых годов, когда выполнялись и перевыполнялись планы, строились заводы-гиганты, полным ходом шла подготовка к Олимпиаде. А известный режиссёр Звонарёв в это время снимает большой, масштабный фильм о колхозной деревне. Его друг Кузьменко сидит без работы: много пьёт, иногда буянит в Доме кино, однажды даже приходит в кабинет директора киностудии с пистолетом. Ему давно не дают снимать. Когда-то он сделал фильм, прозвучавший на весь мир, а теперь он – изгой и шут гороховый. Звонарёв, спасая приятеля от психушки, берёт его на свою картину.

Отношения двух этих друзей-врагов и находятся в центе фильма. Скандалы, едва не доходящие до драк, сменяются примирениями. А тут ещё личные сложности: жена-актриса, требующая роль, любовница-актриса, которой тоже нужна работа. Личные и творческие проблемы кажутся иногда неразрешимыми. «Это фильм о противоречиях, обидах, нереализованных возможностях, – говорит Скляр. – Но также он и о том, что человек может всегда оставаться человеком».

«Нам всем не хватает способности к самоограничению»

Долгие годы у актера крепкая семья с Натальей Акимовой. Официально пара расписалась лишь после 10 лет совместной жизни, и у них сразу же родился сын Василий. Как говорит Скляр, он очень серьезно относится к браку, поэтому твердо уверен, что Наталья — это его первая и последняя жена, и именно поэтому Василий появился только после того, как они расписались, ведь у ребенка должен быть отец и мать. Поначалу сын не хотел идти по стопам родителей и становиться актером, и даже поступил на философский факультет в один из университетов Санкт-Петербурга, но потом решил, что он больше артист, чем философ, и стал учиться в театральном.

Выдержал там полтора года и ушел. Работал в доме престарелых, занимался изданием журнала, но так и не нашел себя в жизни. Скляр никогда не стремился подталкивать его на какую-то стезю, постоянно что-то подсказывать. «Я думаю, что хотя родители и стараются помочь во всем своим детям, это нереально, – говорит Игорь Скляр. – Они сами все равно сделают свой выбор».

Для своей семьи актер построил большой дом в Павловске, сразу же завел собак. Живут у него две таксы – Тиль и Дак. А вместе Дактиль получается. Если бы ещё был третий – лабрадор Птеро, – то они бы были ПтероДакТили. На третью собаку домочадцы не соглашаются, говорят, хватит двух. «Мы с собаками ходим “на охоту”, – рассказывает Скляр. – У нас есть все охотничьи дипломы, которые положены. Раз в неделю или две Дак и Тиль обязательно ходят на тренировки, притравки. Раньше охотились на кротов в парке. Теперь гоняют ежей по участку. То есть им есть чем заняться. Хотя иногда, когда мои ДакТили лежат и своими почти человеческими глазами смотрят на меня, я вижу такую тоску! Кажется, им так хочется поозорничать. У нас куча всяких мячиков, пищалок. Дак и Тиль так замечательно научились из любой игрушки выгрызать именно пищалку.

Таксы виртуозно делают каверзы благодаря своему недюжинному таксячьему уму. И при этом они такие потешные! И телосложение смешное. Ноги короткие, грудь колесом, а сколько достоинства в глазах и позе! Старшего хоть вверх ногами переверни – он всё равно на тебя смотрит как будто сверху вниз».

Есть у Скляра также корова, а еще молодой жеребец. «Вообще, я имею третий спортивный разряд в конкуре, когда-то служил в кавалерии, – говорит артист. – У меня в военном билете написано: «Рядовой кавалерист, коновод-трубач”. На своем пока еще не езжу, он еще молодой.

Это все равно, что на шестнадцатилетнего ребенка взвалить 200 кг. Он еще обучается. Также у меня живут шесть карасей в пруду. Были и экзотические рыбы, их мы на зиму сдавали в итальянский ресторан, где есть бассейн. А потом там и оставили. Возить их туда сюда — тягомотно. Вообще природа – это то, без чего человек не может быть человеком.

Во мне, как и в каждом, заложено стремление к познанию мира. Только большинству свойственно не расширять познание, а находить то, что может доставить всё новые и новые удовольствия. Например, купил ты себе машину, о которой мечтал. Через месяц мечта становится обыденностью, а ещё через два надоедает. И тебя уже тянет купить более совершенную машину. И так во всём. Стремление человечества всё к новым удовольствиям – пагубно. Главное, чего не хватает нынешнему человечеству, – способности к самоограничению. Имея нынешние мозги и возраст 16 лет, я бы, наверное, занялся нейрофизиологией. Человеческий мозг, как и глубины океана, мало изучен. И здесь нас ждет еще множество открытий».

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Невское время», «Русский курьер», Wjtoday.ru, Gazeta.a42.ru, «Зоря», Kino-teatr.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты