Илья Герчиков: «Не верьте в чудесные омолаживающие средства»

0

Вот уже почти сорок лет Илья Герчиков остается директором известной латвийской парфюмерно-косметической компании «Дзинтарс».

— Илья Залманович, «Дзинтарс» расположен напротив кладбища. Как вам такое соседство?

— Мысли о вечном заставляют быть в тонусе. А если серьезно, «Дзинтарс» — одно из самых старых парфюмерно-косметических предприятий Европы и вот, живет и здравствует. Было основано в 1849 году аптекарем Бригером, поскольку в те времена парфюмерию, косметику и мыло продавали в аптеках. А сегодня оно — одно из немногих выживших производств в Латвии.

— И вы здесь без малого 40 лет директор. Наверно, скажете, что попали сюда случайно. Или с детства мечтали быть парфюмером?

— Да случайно, и понятия не имел об этой отрасли. Вообще-то по образованию я инженер-механик. В Латвию меня занесло случайно: позвали на сахарный завод, пообещали квартиру. Я довольно быстро стал продвигаться по карьерной лестнице: уже через полгода стал главным механиком, затем — главным инженером, а потом, в 27 лет, и директором, одним из самых молодых в СССР. Мои успехи заметили. Решили перевести меня в Ригу на «Дзинтарс». Я ничего не понимал ни в парфюмерии, ни в косметике. Но опять сработал квартирный вопрос: мне пообещали жилье. К тому моменту у меня уже было двое детей, ко мне переехали родители, надо было расширяться. В общем, дал согласие, и с 1 апреля 1974 года меня назначили директором «Дзинтарса».

— Пришлось с нуля освоить профессию парфюмера?

— Полностью! Помню, как учился разбирать составляющие сырья, нужно было на память знать различные масла. Учился различать по запаху розу крымскую от розы молдавской, болгарской, турецкой и французской. Надо было уметь разложить запах на составляющие — это гвоздика, а это фиалка. До сих пор пользуюсь этими знаниями.

— Какие парфюмерные пристрастия были у советской элиты?

— Советские руководители разнообразием вкусов не отличались. Особенно не различали нюансов — например, французские одеколоны им казались не ярко выраженными, слабыми. Брежнев пользовался одеколоном «Рижанин», который мы часто поставляли в Кремль, и 9-е управление КГБ проверяло весь завод на предмет безопасности. У «Рижанина» очень сильный, мощный запах, дубовые ноты, мускус — его предпочитали мужчины с основательным характером, приверженцы традиций.

— Считается, что знаменитые духи «Красная Москва» — это лучший продукт советской школы парфюмерии. Согласны?

— Ну, разработчиком «Красной Москвы» все-таки был известный французский парфюмер Брокар, так что это качественный продукт. Секрет — в традициях, в профессионализме, а во Франции они есть. У всех есть доступ к натуральному сырью, а вот удачно складывать составляющие в продукт не каждый может.

— Зюскинд в своем знаменитом романе «Парфюмер» изложил идею создания запаха, который будет нравиться абсолютно всем. Это реально?

— Думаю, что это невозможно, абсолютная утопия. Запах — сугубо индивидуальная характеристика. Мы реагируем на мускус другого человека. Вообще по предпочтениям в парфюмерии можно многое сказать о человеке. По тому, какой запах выбирает женщина, можно сказать, например, крашеная она блондинка или нет.

Люди не всегда хотят подчиняться системе, но следование ей облегчает жизнь. Вот недавно все заговорили о парфюмерии с феромонами. Никто этих феромонов не видел. И на самом деле привлекательность человека состоит из слишком многих составляющих, мы любим не только носом, но и глазами, ушами. Хотя именно запах вызывает то, что называется «искра пробежала». С какого расстояния человек чувствует запах? Это индивидуально — зависит от силы запаха, от силы обоняния. Но вот что касается феромонов — это чистый маркетинг.

— Какие научные открытия последнего времени вы считаете наиболее перспективными для вашей отрасли?

— Безусловным прорывом я считаю открытие гиалуроновой кислоты, которая прекрасно удерживает влагу. Но не верьте особенно в какие-то чудесные суперомолаживающие средства. Старение происходит по многим параметрам. Намазаться кремом и таким образом надеяться вернуть молодость — глупо. Разумеется, косметика призвана сделать так, чтобы человек хорошо выглядел. И вот эти задачи она решает. Все остальное зависит от образа жизни. Если вы курите, ежедневно не очищаете кожу — никакие открытия не смогут компенсировать отрицательные последствия. Сегодня очень популярно все органическое, в том числе и косметика. А ведь с ней нужно уметь обращаться. Говорят, например, что не очень приятный запах указывает на то, что средство натуральное. На самом деле это низкий профессионализм.

Но за каждым открытием стоит кропотливая исследовательская работа. Например, когда одна известная компания выпустила средство с липосомами, ученые даже не удосужились посмотреть, что сама липосома была крупнее поры кожи и пробивала ее. Это травмировало кожу. Поэтому надо грамотно подбирать продукты, нужно, чтобы средство было правильно транспортировано под кожу. В нашем деле от пользы до вреда — один шаг. Например, одна американская фирма выпустила помаду с элементом, который увеличивает объем губ. Это сейчас очень востребовано. Обычно мы получаем на сырье листы безопасности — то есть фирма дает гарантии, что при определенных условиях не будет вреда. Но в процессе наших проверок мы заметили, что это исходное сырье разъедает пластиковый стаканчик! Мы написали фирме — они месяц молчали. Потом еще раз написали — они ответили: уменьшите в 10 раз ввод сырья. Уменьшили, но тогда пропадал весь эффект увеличения губ. Кстати говоря, и сам эффект странный: губы увеличивались неравномерно — с одной стороны больше, с другой меньше.

С такой продукцией мы не работаем. Мы не консерваторы, но мы — осторожные. Именно по этой причине пока не используем стволовые клетки. Неизвестно, как они себя ведут, и эта непредсказуемость создает большой риск. Мы всегда помним главный принцип — не навреди. Наверное, поэтому нам уже столько лет доверяют.

Виктория Юхова,
«Итоги»

Поделиться.

Комментарии закрыты