Ирина Алферова: «Быть влюбленной – значит по-настоящему жить»

0

Она почти не снимается в кино, нечасто получает новые роли на сцене. Но зрители и по сей день считают ее одной из самых красивых актрис кино и театра.

«Не верьте никому – только себе»

Ирина Алферова родилась 13 марта 1951 года в Новосибирске. Ее родители никак не были связаны с искусством: отец Иван Кузьмич и мама Ксения Архиповна прошли войну от начала до конца и, выучившись потом, оба стали юристами-адвокатами. А вот Ирина с детства видела себя только на сцене: она постоянно играла в самодеятельном театре, а потом решила отправиться учиться в московский театральный институт.

«Поступала я очень тяжело, – рассказывает Алферова. – Приехала из Новосибирска совсем девочкой, шла и спрашивала всех, как пройти в театральный, держа за руку маму. Я была еще таким совершенно маминым ребенком. И никто не сказал: “Да-да, идите, пробуйте”. Все только ужасались: “Что вы, что вы, не надо! Вы не пройдете! Ничего не получится! Какой театральный? У них же там все по блату”. Но прожив жизнь, точно знаю: ничего не бывает по блату! Все ребята, которые поступили, приехали с разных концов России. Только одного мальчика взяли по блату, но на втором курсе он сам ушел — понял, что не справляется. Поэтому я всегда говорю: не верьте никому, верьте только себе. Если у вас есть желание, есть потребность, надо себя испытать. Это абсолютно ваш путь, не подвластный никому, только вам самим».

Но все же после первого курса Ирину чуть не отчислили за профнепригодность. Преподаватели говорили, что Алферова очень красива, но ей было трудно показывать в этюдах те чувства, которые ей были незнакомы. Но Ирину оставили в институте, который окончила она уже как одна из самых перспективных актрис, ее приглашали сразу несколько московских театров. Но тогда же Алферову заметил режиссер Василий Ордынский и предложил роль Даши в телеэпопее «Хождение по мукам». Он поставил условие: сниматься Ирина будет, только если не станет играть на сцене.

Алферова согласилась, ее работу в фильме по сей день называют чуть ли не самой успешной для актрисы. А потом ее пригласили в театр «Ленком». Она прекрасно помнит, как пришла туда впервые: «Шел спектакль “Звезда и смерть Хоакина Мурьеты”. Ни с кем в театре я еще не была знакома, но буквально с первого вздоха ощутила какое-то внутреннее покалывание и безумную влюбленность в спектакль и его атмосферу. А потом увидела на сцене главного героя, его огромную руку, скользящую по партнерше, и будто растворилась в этом образе… В энергии, исходящей от этой руки, было все: и страсть, и надежность, и что-то такое, что мне было нужно в этой жизни. Так что в своего будущего мужа я влюбилась в первую же секунду. Мне вообще нравятся мужчины, подобные Грею в “Алых парусах”, способные удивлять, дарить мечту, предвосхищать желания. Как раз таким человеком был Абдулов».

«Я не могла раствориться в муже и его друзьях»

Ирина и Александр поехали на гастроли в Ереван, и там актер сделал девушке предложение. На что она в шутку ответила: «Пронесешь на руках через весь городской парк – соглашусь!» И Абдулов это сделал. Ирина тогда чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Они с Александром поженились и долгое время считались самой красивой и удачливой парой советского кино, что в сознании народа было закреплено культовым фильмом «С любимыми не расставайтесь!».

Там Ирина и Александр сыграли главные роли двух влюбленных.

А вначале 90-х семья оказалась в центре нескольких скандалов. Поначалу журналистка Дарья Асламова опубликовала отрывки из своих «постельных» мемуаров.

Среди соблазненных был и Абдулов. И хотя он все отрицал, утверждая, что даже не помнит никакой Асламовой, эта история стала первой глубокой трещиной в браке.
 
О разводе же молва заговорила после того, как Алферова снялась в клипе певца Александра Серова, – сразу же возникли слухи об их возможном романе. «Саше это резко не понравилось, мы вообще с ним были разные люди, я любила тишину и покой, а Саша – гостей и бесконечное застолье, – говорит Алферова. – Я даже замуж за него выходить не хотела, понимая, что ему нужна заботливая нянька, а не жена. Я же хотела любви, быть влюбленной – значит для меня по-настоящему жить. Для женщины – только это! Мужчина может прожить без женщины, может найти в себе какие-то безумные вещи, какой-то космос, а женщине нужна только любовь, настоящая, подлинная любовь настоящего мужчины. Если мужчина пишет стихи о любви, то женщина – это сама стихия, сама поэзия, и если она не такая, то надо в ней это пробуждать. Вспомните любовь Дон Кихота, который полюбил не ту женщину, падшую Дульсинею, сказав ей: ты самая-самая! И в ответ женщина не может не полюбить! Но я не могла раствориться в муже и его друзьях. Из-за этого мы и расстались». Ирина вышла замуж за актера Сергея Мартынова, с которым познакомилась на съемках картины «Звезда шерифа». Правда, многие были уверены, что их роман начался еще тогда, когда Алферова была женой Абдулова. Рассказывают, что Сергей покорил Ирину, нарисовав ее портрет, который до сих пор висит в скромной квартире супругов.

Алферова продолжала играть в кино и на сцене со своим бывшим мужем, у них остались хорошие отношения. Смерть Абдулова не смогла разрушить то чувство, которое осталось в сердце Ирины: «Я помню сцену в нашем последнем совместном спектакле. Он играл мужа, а я жену, которые изменяли друг другу. В последнем диалоге мы сидим на кровати и говорим друг другу такие вещи, которые я могла сказать только ему. Мне важно было сказать это как можно более жизненно. “Кто сказал из твоих знакомых, что все проходит?” – спрашивает моя героиня. “Соломон Давыдович”, – отвечает Саша. “Дурак твой Соломон, я тебя до сих пор люблю”, – говорю я. Саша обернулся и отвечает: “Я тебя тоже люблю”».

В день похорон Абдулова Ирина Алферова должна была выступать на сцене в комедийном спектакле: «Это вторые похороны моего партнера, которые останутся в моем сердце. Потрясающего актера Олега Даля, которого хоронили в бедном гробу, потому что денег у театра не было. И похороны Саши, когда друзья сами покупали гроб. И это был лучший гроб. После похорон я поехала на спектакль комедийный, где я играла. Я произнесла один монолог, который оказался совсем не комедийным, я не могла по–другому. И режиссер оставил этот монолог без изменения».

«Я теплая, я могу согревать людей»

Ирина всегда предпочитала кинематографу театр, но долгое время страдала от невостребованности на сцене. Ей много лет не давали заметных ролей в театре «Ленком», где режиссером был Марк Захаров. «Я вынуждена была играть в массовке, ездить в Париж в качестве дамы с веером на заднем плане, в то время как Абдулов изображал страсть на сцене к дочери Марка Захарова Саше, которая играла главную роль Офелии, – рассказывает Ирина. – Меня знает сам Пьер Карден, а я с веером! И не могу получить свои заработанные деньги на гастролях во Франции. Нам платил Пьер Карден по 100 долларов, но их забирал Марк Захаров и страшно боялся, что узнают в Союзе. Я ушла из театра, когда Захаров предложил мне характерную роль в спектакле “Игроки”, где я должна была рычать. Я не выдержала и не зарычала».

Алферова нередко слышала в свой адрес странные определения: дескать, некоторые режиссеры считают ее "холодной", этакой красавицей в башне из слоновой кости. То есть ее «душу живую» упорно не замечали. «А я рыдала через каждые десять минут, – говорит артистка. – От любви и жалости к людям, от того, что увидела несчастного ребенка или сгорбленную старушку. Я каждую минуту умираю от своих и чужих переживаний. Какая же это холодность? Я теплая, я могу согревать людей.
 
Иногда нарочно улыбнусь — чтобы человеку было приятно».

Долгое время она отказывалась сниматься в кино — после работы с Абдуловым в фильме «Капкан»: «Таких замечательных актеров, как Саша, почти уже не осталось.
 
Их у нас очень быстро забирают — может быть, таланта везде не хватает? И там, в космосе, его тоже мало? Талант — бесценное качество, и если человек сказал свое слово на земле, он уходит. Люди гениальные — Олег Янковский, Александр Абдулов, Людмила Зыкина (совершенно потрясающее русское явление!) — они уходят, уходят, уходят. Целое поколение. Я себя тоже к нему отношу, к уходящему поколению, в хорошем смысле слова. Я свои роли выбираю так, будто в космос летаю.

Выбираю долго, тщательно. Выбираю и режиссеров, и партнеров, и пьесу. Если что-то не нравится, говорю: нет, не надо, я поищу другое. Ведь когда работаешь с человеком, общаешься с ним очень долго, очень тесно. И так важно, чтобы твоими партнерами были замечательные люди, которые помогают создавать удачные образы».

Когда Ирина еще училась в театральном, ее педагог все время повторял: артисты — почти как военные, в их профессии все очень жестко. Впоследствии так оно и оказалось: Алферова поняла, что надо беречь здоровье, а самое главное — душу. Потому что если в душе пустота, нечего будет сказать, зрители сразу это увидят.

Актер — профессия, в которой надо жить, которой надо отдаваться без остатка. «Когда мы поступали в ГИТИС, на каждое место претендовали две тысячи человек — и это к четвертому туру, а на начальном этапе еще больше, – вспоминает Алферова. – “Как только вы уходите, — говорил преподаватель, — ряды смыкаются. На ваше место встает армия из тысячи тысяч. И будьте уверены, вместо вас вашу работу сделают другие. Сделают точно так же профессионально, замечательно, как это сделали бы вы”. Я эту мысль приняла. Но сегодня, уже долго работая в профессии, я понимаю — ряды не смыкаются. Вот что я хочу сказать. Остается пустота, пропасть, которая никак не может сомкнуться. Ну не появился второй Андрей Миронов! Другие, иные — да, они есть. Но место Андрея пустует, и занять его, я думаю, невозможно.

Наверное, так и должно быть: поколение рождается, ведет за собой, а потом уходит».

«Идеальный день рождения – на сцене»

Алферова никогда не считала себя красавицей, однако всегда следила за собой: «Однажды я сказала себе: “Ирочка, для тебя время не существует”. Хожу на занятия по фитнессу дважды в неделю, даже подкачала руки, чтобы в случае необходимости режиссера придушить. А еще я обожаю купаться чуть ли не в кипятке. Мои близкие всегда трогали воду и говорили: “Боже, ты же сейчас сваришься! Вредно, сосуды!” И вдруг один профессор, проводивший долгие исследования по энергетике, мне говорит: “Знаете, энергетику очень легко потерять. И ее надо восстанавливать”. Я спрашиваю: “Как?” А он отвечает: “В кипяток ложиться”. Я этого не знала, но всем говорила: «Вам вредно, а моему организму хорошо, мне этого хочется, и я так делаю». Но каждому делать это я не рекомендую, можно запросто с непривычки ошпарить руки-ноги.

Что касается моего стиля питания, то никогда ни в чем себе не отказываю! Ем все, что хочу. Вот намедни съела две огромные булочки с маком и маслом. И ничуть не жалею! Считаю, что не следует мучить себя изнуряющими диетами. Это же стресс для организма! Ведь можно настолько приучить свой организм к диетам, что будешь поправляться даже от одного маленького сухарика!»

По мнению актрисы, быт и искусство — взаимоисключающие понятия: «Кручусь, многое не успеваю, но трагедии из этого не делаю. Честно говоря, к дому не очень привязана, никогда не было тяги иметь свой уголок, украшать и обустраивать его. Я как пришелец, и главное — чистота, минимум вещей. Люблю, когда голые светлые стены, а всякие занавесочки с рюшечками, скатерки, статуэтки меня раздражают, выбрасываю все лишнее. К книгам отношусь с благоговением, это отдушина, источник раздумий и радости.

Мне всегда так жаль женщин, хлопочут, сутками стоят у плиты, готовят, а пришли гости, все съели за 15 минут — и стоило так надрываться? Столько безумно тратить время? Слава Богу, мои близкие трагедии из быта не делают, в меру сил помогают мне, кто хочет, тот готовит. Но все же я очень ответственный человек, не бездельница, на свои плечи взваливаю львиную долю домашних дел, и такого, что пустой холодильник, у нас не бывает. Когда праздник или должны прийти гости, то, как правило, отправляю своих гулять, а сама всем занимаюсь. Это не жертва, и упрекать, что не помогают, не буду, просто считаю, что мучиться должен один и наоборот счастлива, что они придут в красоту и избежали мерзкого труда. Быстренько привела себя в порядок — и давайте общаться, ведь для этого собираемся».

Даже в свой день рождения актриса предпочитает работать, она вообще не любит всевозможные юбилеи: «Для меня это наказание, – признается Алферова. – Для меня день рождения идеален, если я провожу его на сцене. Главное в такой день – это всегда работа!»

Подготовила Лина Лисицына,
по материалам «Смена» , «Жизнь» , «Вечерняя Москва» , «Зеркало недели» , «Вечерний Новосибирск», Alferovairina.webtalk.ru

Поделиться.

Комментарии закрыты